Строптивая невеста Кавказа

Глава 6. Тимур

Дверь в дом Рустама открылась одним поворотом ключа. Ключа, который мне как бы и не давали хозяева дома. Я их сам взял, когда уезжал в офис. Рассчитывая, что вернусь поздно вечером, и желая не тревожить молодоженов.

Ввалился внутрь, выдохнув весь офисный ад. Тут же натыкаюсь на Люсю. Вот уж не думал, что они дома. Хотя… Рустам сам себе хозяин, а Люся так вообще официально в домохозяйках. Но вроде как пока.

- О, Тимур, ты вернулся! – голос Люси звучал неестественно бодро, как у ведущей утреннего эфира на детском радио. – Как первый рабочий день в статусе… эмм… временно свободного мужчины?

Смотрю на молодую жену брата. Она в своем фирменном фартуке с надписью «Не целовать, готовлю». На носу красовалось свежее пятно чего-то красного – видимо, аджики.

Заметно успокоившись по пути временного дома, теряю самоконтроль.

- Блестяще! – рявкнул, падая на стул в кухне. – Просто праздник какой-то! Евгения Дмитриевна сегодня превзошла саму себя. Она не просто не хочет со мной разговаривать. Она теперь физиологически меня не переносит, - машу руками так, будто рассказываю приключенческий фильм. – Я пришел мириться, а она посмотрела на меня, как на тапок, в который только что наступила собака, и побежала рыгать! Я для нее теперь – человеческий ипекакуана! Средство для очищения желудка!

Люся замерла с половником в руке. Ее глаза стали круглыми, как лепешки, которые она, судя по всему, пекла, параллельно запекая мясо.

- Может, у нее… несварение? – слабо предположила невестка, нисколько не испугавшись и не смутившись моего крика.

Рустам вошел в кухню, услышав мой крик. Он был в домашних штанах и с книгой по клинической психологии в руке. Идеальный зритель для моего позора.

- Опять? – спросил он просто, сев напротив и посмотрев на меня недовольно.

- «Опять» - это слишком мягкое слово! – я ударил кулаком по столу, и стакан, стоящий на поверхности звякнул в ответ. – Это уже не ссора, Рустам! Это – токсикоз на мою личность! У нее аллергия на мое существование! Я ей как рыбий жир в детстве: вроде полезно, но от одного вида тошнит! Причем БУК-ВАЛЬ-НО!

- Успокойся, - Рустам отодвинул свою книгу подальше от моей трясущейся руки. – Мы сегодня с Люсей, - говорит немного веселее, пытаясь подбодрить меня, -ездили в детский дом, волонтерили.

Я замираю на мгновение. Но только на мгновение, потому как во мне бурлит новый шквал злости и возмущения.

- Вот! – вскакиваю так, как будто он вручил мне оружие против Жени. – Вот видишь! Вы по чужим детям разъезжаете. Вам свое завести мало, вы хотите еще и сирот пригреть! Потому что вы – НОР-МАЛЬ-НЫ-Е! А у меня жена – мать с аварийной системой отторжения! Она даже своего собственного ребенка завести не хочет, а вы о чужих мечтаете! Где справедливость?!

Я орал уже на весь дом, и, видимо, за его пределы тоже. Потому что следующего, что произошло, вообще никто не ожидал.

Входная дверь дома резко распахивается и перед нам оказывается Зарина. Моя сестра. Она одним шагом не только переступает порог дома, но и долетает практически до меня, находящегося далеко от входной двери.

- Ты чего тут орешь, как раненый, простите за такие уточнения, в з@дницу баран? – отрезала Зарина, упирая руки в бедра. – Даже я у себя дома услышала твой крик! Так ведь давление у соседей скакать начнет!

- Пусть скачет! – заорал я в ответ. – У меня тут вся жизнь в штопор уходит, а ты о каком-то давлении! Моя жена меня…

Я не успел договорить. Зарина, к моему шоку, сделала один решительный шаг и обняла меня. Крепко, по-мужски, похлопав по спине. От нее пахло домашней выпечкой и детским шампунем. Я обомлел. Зарина. И вдруг объятия? Она обычно выражает сочувствие подзатыльником или фразой «Соберись, тряпка!».

- Все, все, - буркнула она неожиданно мягко, но тут же ее тело дернулось. – Апчхи! – чихнула она прямо мне в плечо.

Потом отстранилась, посмотрела на меня странным, оценивающим взглядом.

- Тимур, а духи… - она снова чихнула, уже в сторону. – Апчхи! Извини. Аллергия у меня дикая на половину ароматов. Но у тебя… - она принюхалась к воздуху вокруг меня, скривившись, но с преувеличенным восторгом в голосе. – А ведь классно пахнешь! Прям… мужественно! Такой… древесно-ядерный шлейф! Мой Вано просто с ума сойдёт! Ему такой нужен!

- Что? – я не успел опомниться, как её быстрые руки уже рылись в полочке у входной двери, где я с утра бросил свою спортивную сумку.

- Вот! – торжествующе воскликнула она, вытаскивая оттуда мой почти полный флакон туалетной воды, подарок Жени. – Одолжишь! – нет-нет, все правильно, это был не вопрос, а утверждение. – Вано на днях на корпоратив должен пойти. Хочет произвести впечатление! Апчхи!

И, не дав мне и слова вымолвить, чихая на каждый шаг:

- Апчхи! Завтра! Апчхи! Верну! – сестренка выскочила на улицу, жадно вдыхая свежий воздух и с силой захлопнув дверь.

В доме моего брата Рустама воцарилась тишина. Люся медленно помешивала что-то в кастрюле, смотря задумчиво на входную дверь и явно анализируя произошедшее. Но по глазам было видно, что ничего не понимала. Рустам сначала с минуту смотрел на дверь, потом на меня. Потом опять на дверь. Потом опять на меня.

- Либо у Зарины началась невиданная аллергия на брата, - говорю задумчиво, пытаясь выразить свои мысли, чтобы услышать мнение Рустама и Люси, - либо она только что под шумок провернула самую дурацкую кражу века. Зачем Вано, который работает на пастбище своего отца мой дорогой и «древесно-ядерный шлейф»?

Рустам только развел руками, сведя брови к переносице. Люся плюнула на мозговую деятельность и вновь стала что-то активно делать возле духовки.

Ответа не было. Было лишь стойкое ощущение, что мир, и без того перевернувшийся с ног на голову сегодня, теперь еще чихает мне в лицо.

*************************************************

Аннотация к книге "Пышка для Дерзкого "

- Стоять…
Негромко и без лишнего устрашения, но так, что я не просто встаю перед преградой в виде руки бритоголового, но тону в его глазах.
Дерзкий…
Что в нем дерзкого? Умный. Вдумчивый. Добрый. Со мной ласковый. Даже слишком…
- Дерзкий! Опять себе телку с лучшими буферами хапаешь?! Пацанам бы хоть оставил!
Но он молчит. Практически нависает надо мной и молчит. Он не отдаст. Не отдаст меня ни пацанам, ни кому-либо еще.
Зачем?
Чтобы своей сделать. Подчинить. Влюбить. А потом просто растоптать…
- Таисия Михайловна, у вас был половой контакт с Федором Егоровичем? – спрашивает следователь.
- С кем? – не понимаю сразу.
- У него кличка «Дерзкий».
- Был…
- Защищенный?
- А это здесь при чем? – пытаюсь быть такой же дерзкой, как и ОН.
- А вы знали о его проблемах со здоровьем? – без эмоций на лице.
- Нет.
- А он знал… И вы такая не единственная…