Строптивая жена Властелина Пограничья

Глава 6

Эйвис

Артур стальными тисками сдавливает мне кисть руки, и нож, разрушая звенящую тишину, падает к ногам. Джейкоб заворачивает руку Рауля за спину, с трудом сдерживая вырывающегося племянника.

Как нашкодивших котят нас тащат в спальню. Не так, ох не так я мечтала войти в первую брачную ночь в спальню к мужу.

Молча нас зашвыривают в комнату, закрывают дверь на ключ.

– Утром откроем, – кажется, это голос Джейкоба. – Вам есть чем заняться, только не поубивайте друг друга.

От страха я плохо соображаю. Только сейчас я осознаю, что натворила. Я взяла в руки оружие и направила его против мужчины, воина. За это запросто могут казнить. Даже несмотря на то, что я маг с очень ценной специализацией – целительство.

Теперь всё зависит от доброй воли Рауля. Но я не жалею. Нельзя спускать даже попытку ударить. Один раз позволишь – всё это будет продолжаться постоянно. И самое удивительное, что будешь виновата сама. И даже поверишь в это. Как Айрис, как моя подруга из Южных земель. Я не хочу быть на их месте.

– О чём задумалась? – рычит Рауль, медленно надвигаясь на меня. На ходу он снимает камзол и бросает его на пол.

Я молча пожимаю плечами, внутри съёживаюсь от страха.

– Довольна?

Нависает он надо мной. Я опять пожимаю плечами.

– Когда нужно помолчать, у тебя словесный понос. Когда, наоборот, нужно говорить, ты молчишь, – злится он.

– Послушай, Рауль, мы оба неправы…

– Да неужели? – перебивает он меня. – Вот прям оба и неправы?

Он даёт волю гневу. Хватает первую попавшуюся вазу и швыряет её об стену. Она разлетается на тысячу осколков. Я молчу и молюсь. Что бы он ни сказал – буду молчать. В таком состоянии он не отдаёт отчёт своим действиям.

Рауль мечется по комнате, как запертый в клетку зверь. Чтобы отвлечь внимание от своей особы, хочу переключить его на любовницу. Странный выбор в первую брачную ночь, но и свадьба у нас странная.

– Не переживай, Джейкоб обязательно найдёт Эбигейл, – ляпаю я не подумав. Только сейчас не хватало упоминания её имени.

– Джейкоб! – зарычал Рауль, отреагировав совсем на другое имя, чем я рассчитывала. – Вы все с ума посходили с этим оборотнем. Артуровы девчонки кипятком писают только от одного его вида. Ты млеешь от одного упоминания его имени.

– Я не млею. Но и ты не забывай, что Джейкоб Альфа. И женщины чувствуют его силу.

Рауль подходит ко мне очень близко. Поднимает моё лицо рукой, больно сдавливая подбородок.

– Силу говоришь. Ты хочешь почувствовать настоящую силу? – вкрадчиво спрашивает он, отчего у меня по спине пробежал холодок. Я не намереваюсь дразнить Рауля.

– Не хочу, – шепчу я и сглатываю образовавшийся в горле комок.

– Ты же хотела, когда строила глазки моему дяде, – его голос даже ласков, но хочется убежать подальше и спрятаться.

– Я не строила глазки. Почему ты всё извращаешь? – нельзя показывать свой страх.

Рауль наклоняется ко мне и впивается в губы поцелуем, словно наказывая. Жёстко, больно.

Я всхлипываю. Слёзы, непрошеные и сейчас неуместные, застилают глаза. Катятся по щекам. Я не могу их смахнуть. Не хочу быть слабой. Не хочу давать повод для насмешек.

Рауль чувствует солёный привкус поцелуя. Отрывается от меня, давая передышку. Я вытираю щёки рукавом, как в детстве.

Он обнимает меня, поднимает на руки, словно укачивая. Шепчет на ухо какие-то слова, я не разбираю какие. Только это неожиданное сочувствие разбивает плотину моей сдержанности. Я рыдаю. И уже плевать, что он подумает обо мне.

Рауль сел в кресло, строив меня у себя на коленях. Он не разжимает объятия ни на минуту. Его рубашка промокла от слёз.

– Поплачь, мой маленький воин. Ты сегодня храбро сражалась. Нужна разрядка.

Его объятия успокаивают. Я всхлипываю и замолкаю. Боже мой, как я сейчас выгляжу с красным опухшим лицом.

– Не смотри на меня, – прошу я шёпотом.

– Почему? – удивлённо спрашивает он. – Ты прекрасна.

Я ему не верю. Когда действительно была красивой – не нравилась, а с опухшим лицом – нравлюсь.

Рауль целует меня. По-другому не так, как в первый раз. Нежно, успокаивающе.

А мне всё равно страшно. Я никогда не была с мужчиной и об интимной стороне вопроса не знаю только понаслышке.

Его поцелуй становится всё более смелым. Руки добрались до шнуровки платья. Я в ужасе вскакиваю с колен. Кидаюсь к сервированному столику, как к единственному спасению.

– Может вина? – предлагаю я с надеждой.