Строптивое сердце

ГЛАВА 2.

Камилла поняла, что всё её спокойствие было явно напускным, потому что стоило парню остановиться возле неё и взять в свою руку её пальчики, как сердце забилось в груди пойманной птичкой, дыхание мгновенно сбилось, а лицо опалило жалом. Но девушка быстро одернула себя. Что она, парней не видела что ли? Да за ней ещё и не так ухаживали! Воспоминания об академии позволили собраться и ответила она уже совершенно спокойно и, пожалуй, даже несколько резко. Всё же первая его фраза была настолько похожа на попытки познакомиться с ней студентов-магов, что всё её волнение мгновенно пропало, сменившись раздражением. Такой красивый а туда же! У этих благородных что, один на всех справочник по знакомству с девушками?

Камилла попыталась забрать руку у нежданного ухажера, но парень не отпустил, мягко но неуклонно удерживая её в своей. На тыльной стороне её ладони все ещё горел огнем след прикосновения его губ, от твердых пальцев мужчины шло тепло и внезапно Камилле так невероятно остро захотелось провести этот вечер в его компании. Просто побыть рядом. Совсем чуть-чуть. Полчаса, не дольше! И она вопросительно посмотрела на подругу, спрашивая её мнение. Всё же приглашали их обоих. И кто бы сомневался, что Юна, наклонившись к ней, шепнёт:

– Соглашайся! Ты что, не видишь, как он на тебя смотрит?! Соглашайся!

И она согласилась...

Пяточек в центре зала был крохотным, если не сказать больше, но когда Торвальд остановился и обернулся к ней, вокруг стало заметно свободнее и Камилла в изумлении поняла, что окружающие их парочки поспешно расступились, но не успела она осознать причину этого, как парень осторожно но крепко прижал её к себе и повел в танце. И совершенно неожиданно окружающий мир перестал существовать. Осталась лишь крепкая рука под ее пальцами, жар сильного тела, который она чувствовала даже через несколько слоев одежды, музыка и движение. И Камилла забылась, отдалась на волю мужских рук, ведущих ее за собой, позволила Торвальду держать её в объятиях, позволила прижимать к себе почти на грани приличий и даже не удивилась тому, что после того, как музыка смолкла, мужчина и не подумал выпустить её из своих рук, напротив, он прижал её еще сильнее, наклонился к губам и легко едва заметно коснулся их своими, осторожно, словно был готов в любой миг отстраниться, если почувствует сопротивление. Но сопротивления не было! Камилла и сама не знала, почему не уклонилась, поняв, чего именно хочет Торвальд. Вернее знала, но признаться самой себе в этом было совсем не просто: все дело было в том, что она сама хотела, чтобы он её поцеловал! О, Светлые Боги! Она сама хотела этого! И сама потянулась навстречу парню, ощутив, что он отстраняется. А вот когда Торвальд осознал, что она не против, мир в очередной раз перевернулся и девушка ощутила, как её легко, словно она вовсе ничего не весит, подхватили на руки и куда-то понесли.

– А ну немедленно поставь меня на место! – Камилла вывернулась и попыталась влепить наглецу пощечину, но её уже и так опустили на пол и Торвальд поймал её руку и, поднеся её к губам, поцеловал ладошку.

– Не сердись, – виновато попросил он, – просто я не хотел, чтобы на нас все пялились!

– Что? – от резкой смены темы девушка на миг растерялась, а потом стало поздно: парень сделал быстрый шаг вперед, снова заключил её в объятия, запустил руку в густые волосы и поцеловал на этот раз уже по-настоящему: так, что у девушки перехватило дыхание.

Играла музыка, шумела таверна, уже битком забитая людьми, и только в укромном закутке за импровизированной сценой, отгороженном от основного зала тонкой занавесью со скрытым за ней служебным выходом, никто не обращал на это внимание. Тор целовал сладкие губы, пьянея все больше от вкуса прижимающейся к нему девушки, её восхитительного аромата и отклика на его прикосновения. Камилла больше не пыталась вырваться из его объятий. Или оттоптать уже раз пострадавшую ногу острым каблучком туфли. Или залепить пощечину... Нет! Стоило де Аламеро отпустить девушку, прервав поцелуй и разомкнув руки, как она, уже почти сбежавшая из их закутка, внезапно остановилась, резко развернулась к нему и зло прошипела, стараясь перекричать слишком громкую музыку:

– Не смей больше так делать! Никогда! Слышишь! Никогда без моего разрешения!

– Хорошо, – кивнул парень и, схватив за руку, снова притянул её к себе, – я безумно хочу поцеловать тебя, Камилла, ты позволишь?

И, не дожидаясь ответа, снова прильнул к её слишком соблазнительным губам. И девушка дрогнула. Обняла его руками за шею, запустив тонкие пальцы в волосы и ответила.

Когда рядом открылась дверь черного входа, пропуская подавальщицу, Торвальд снова подхватил Камиллу на руки и, не дав служанке закрыть за собой массивную створку, быстро пересек узкий коридор и вышел на улицу.

Свежий воздух чуть охладил пылающее лицо девушки и она рефлекторно спрятала его на плече мужчины. Торвальд оглянулся и, определившись с направлением, зашагал вперед, свернул за угол и осторожно поставил свою драгоценную ношу на землю.

– Тор...

– Тсс! – парень приложил палец к губам девушки и хитро улыбнулся, – я похитил тебя о, прекрасная госпожа! И теперь тебе придется оплатить свою свободу поцелуем!

– Что?! – Камилла нахмурилась и чуть прикусила наглую конечность, пытающуюся помешать ей говорить! Но её действия вызвали у Торвальда совершенно неожиданную для девушки реакцию: он вдруг судорожно сглотнул, мягко провел пострадавшим пальцем по губам девушки, осторожно обхватил её голову обеими руками и снова поцеловал.

И в этот момент в воздух взлетела первая ракета, рассыпавшись над их головами серебряным дождем из разноцветных, постепенно гаснущих в воздухе искорок. И Торвальд на миг выпустил девушку из своих объятий, позволяя ей развернуться и тоже увидеть это чудо. И немедленно обнял снова. Камилла уже не в первый раз смотрела магический фейерверк, но никогда, даже в детстве, даже когда она видела его в первый раз в жизни, он не казался ей настолько прекрасным! Волшебным! Восхитительным! Таким, что перехватывало дыхание, сердце ускорялось почти до предела, неистово колотясь о ребра, и кружилась голова! Или дело было вовсе не в фейерверке, а в стоящем за спиной и крепко обнимающем её мужчине, чьи губы то и дело осторожно касались её волос, чье дыхание она ощущала ставшей невыразимо чувствительной кожей, чьи руки так правильно обнимали её...