Стурлур - город, где все началось

Глава 5 Прибытие Вастаков

На рассвете, когда первые лучи солнца позолотили глиняные стены Стурлура, городские глашатаи протрубили о приближении вастакской делегации.

Сперва показалась пыль — рыжая, как кровь, поднятая сотнями копыт. Затем в мареве проступили знамёна, среди десятка малозначительных знамен выделялись: синие, как бурное море, зелёные, словно ядовитые джунгли, и алый, будто свежая рана штандарт, .

Племя Гидры въехало первым. Их вождь, широкоплечий мужчина с медными кольцами в бороде, восседал на белом жеребце, чья грива была заплетена в десятки косичек — по числу покорённых родов. За ним шествовали гвардейцы в чешуйчатых доспехах, блестящих, как мокрая рыба.

Племя Тигра двигалось строем, отбивая шаг в такт боевым барабанам. Их вождь — гибкий, с жёлтыми глазами — носил плащ из шкуры саблезуба. Его воины щёлкали языками, подражая рычанию хищника, отчего у городской стражи непроизвольно сжимались пальцы на древках копий.

И наконец, после всех остальных... Племя Дракона.

Все ожидали увидеть вождя Улдора Седую Гриву, чьи налёты жгли степь от Вастаков до Гондариона. Вместо него шагал старик в шляпе, напоминающей перевёрнутое гнездо. Его посох, украшенный резными черепами, постукивал по камням, будто отсчитывая последние удары чьего-то сердца. Четыре телохранителя шли за ним, но их выцветшие плащи и потёртые доспехи скорее напоминали бродячих наёмников, чем элитную стражу.

У главных ворот, на ковре из пурпурных полотнищ, стоял хан Юватха. Его нефритовая печать сверкала на груди, словно зелёный глаз, следящий за каждым движением гостей.

— Где Улдор? — не удержался один из вариагских старейшин.

Старик из племени Дракона поднял голову, и его шляпа закачалась, как опьянённая птица:

— Наш вождь не привык откладывать повседневные заботы о своем народе, по первому зову своих соседей. — С осторожным упреком, ответил старик вариагу.

Неловкость повисла в воздухе после слов старика. Юватха заметил, как пальцы вастакских вождей непроизвольно сжали рукояти оружия, пусть выпад был сделан в сторону другого, это было им не по нраву. Ещё мгновение — и кто-то обязательно вспыхнет, как сухая трава.

Хан поднял ладонь в жесте мира.

— Мудрость племени Дракона всегда была примером для всех народов степи, — голос его звучал ровно, но в низких тонах слышалось предостережение. — Если Улдор задержался, значит, тому есть веские причины.

Его взгляд скользнул по странной фигуре старика, отмечая каждый намёк на легендарные описания:

Шляпа, похожая на спутанное гнездо... Посох с тремя черепами... Глаза, будто покрытые пеплом веков...

— Но кого я вижу! — воскликнул Юватха с подобранной заранее теплотой. — Неужели сам Малдуст Лихой почтил нас своим присутствием?

Старик медленно поднял голову, и его шляпа качнулась, будто живое существо.

— Оупирь Лихыи, — поправил он тихо, и в голосе его вдруг зазвучала странная глубина, будто говорит не один человек, а множество голосов, слившихся воедино. — Так меня прозвали Вастаки... Но я предпочту зваться просто Малдуст.

В толпе пронёсся шёпот. Даже гордые вожди вастаков невольно отступили на шаг.

Юватха сохранял спокойствие, но пальцы его незаметно сжали край плаща.

— Тогда вдвойне честь для Стурлура, — произнёс он, тщательно подбирая слова. — Но позволь спросить... Улдор всё же присоединится к совету?

Малдуст постучал посохом, и резные черепа щёлкнули, будто смеясь.

— Когда закончит с волками у своих границ, — ответил он уклончиво. — Речь не о доверии, хан. О... приоритетах.

В этот момент взгляд старика внезапно устремился за спину Юватхи — к восточному кварталу, где над глиняными крышами возвышался черный змей на красном фоне.

— Интересно, — произнёс Малдуст, и его голос стал резким, как удар хлыста, — когда в Стурлуре знамёна стали расти выше храмов?

Толпа замерла. Даже ветер будто перестал дуть.

Юватха почувствовал, как капли пота скользят по спине. Он видел, как вождь Гидры усмехнулся, а воины племени Тигра переглянулись — этот вопрос висел в воздухе с момента прибытия рухарцев.

— Знамя? — хан сделал удивлённое лицо, поворачиваясь к указанному месту. — Ах, это! — Он рассмеялся, и смех его прозвучал настолько естественно, что несколько вастаков невольно расслабились. — Разве может кусок ткани нарушить волю богов? Если бы это было возможно, наш храм давно бы рухнул от обиды!

Он ловко схватил Малдуста под локоть, будто старого друга, и повёл процессию вперёд:

— Но мы теряем время на пустяки! Дворец ждёт, а повара уже третий час колдуют над жарким из степной антилопы...

Старик позволил себя вести, но его посох продолжал отстукивать ритм по камням:

Тук... тук... тук...

Процессия двинулась по широкой дороге, вымощенной плитами, между которых пробивались жёсткие стебли степной полыни. Горожане толпились по краям, но держались на почтительном расстоянии — одни с любопытством разглядывали знамёна вастаков, другие испуганно косились на восток, где над крышами виднелось змеиное знамя.

— А где же сам Великий Змей? — громко спросил вождь племени Тигра, нарочито оглядываясь. — Разве не положено правителям встречать друг друга лично?