Стурлур - город, где все началось

Глава 7 Бесстыдный укротитель

Тем временем, пока разыгрывались вонючие носки Зильбера, возглавлявший поход на Стурлур Агандаур и его правая рука Душруг достигли места встречи.

Ночь была глубокой. Песок, остыл и ветер, словно насмешник, то затихал, то вздымал вихри пыли, затягивая следы. Перед ними возвышался крутой бархан, его тень чернела на фоне звёздного неба, как спина спящего исполина.

— За этой дюной ждут рухарцы, — сказал Агандаур, его голос звучал глухо, будто доносился из-под толщи песка.

— Почему эти «укротители» просто не догнали нас по пути? — спросил альмериец. Вопрос прозвучал ровно, без тени сомнения, но в нём читалось любопытство.

Агандаур усмехнулся.

— На то две причины…

Его слова оборвал низкий, гулкий рёв, напоминающий раскат грома, смешанный с глубоким, горловым трублением, будто сама земля взывала к небу, — звук, от которого сжимались внутренности. Земля дрогнула под ногами, и где-то вдалеке сорвался с места перепуганный скорпион.

Агандаур не шелохнулся.

— …Вот первая, — продолжил он, как будто ничего не произошло. — Муммакар. Наши наемники, еще только переваривают новость о том, что идут грабить столицу вассала Тиранора. Незачем преждевременно шокировать их видом этого зверя.

Душруг лишь слегка наклонил голову, обдумывая смысл.

— А вторая?

— Вторая… — Агандаур медленно поднял руку, указывая вперёд, словно прочерчивая невидимую линию в ночи. — Осталось разрешить последний вопрос с их вождем Мухаммадом.

Он сделал шаг вперёд, и Душруг последовал за ним.

Когда они поднялись на гребень бархана, перед ними раскинулся лагерь рухарцев — небольшой, но энергичный, с фигурами, танцующими в ночи, под ритм играющих барабанов.

Около двухсот человек расположились в неглубокой низине, окруженной песчаными холмами. Их шатры были сшиты из грубой шкуры и украшены зубами и костями — не для красоты, а как трофеи. В центре возвышался один шатер, выделявшийся среди прочих: его стены поддерживали огромные ребра какого-то чудовища, а вход завешивала шкура муммакара, снятая целиком, с головой и клыками.

Но больше всего бросались в глаза не шатры, а люди.

Эти рухарцы не походили на тех, что встречались по пути из Карракса. Их кожа была темнее, почти черной под слоем пепла и охры, а одежда — проще, диче: набедренные повязки из грубой ткани, плащи из звериных шкур, ожерелья из когтей и зубов. Они двигались легко, почти по-звериному, и в их глазах светилось что-то первобытное — не страх, не злоба, а холодный, хищный азарт.

А еще среди них были трагмары.

Полу-тролли.

Их было немного — человек десять, не больше, — но они выделялись, как глыбы среди песка. Ростом на две головы выше обычного мужчины, с серой, как камень, кожей и плечами, за которыми скрывалась сила, способная переломить быка.

Они были почти людьми — если не считать слишком длинных рук, тяжелых челюстей и желтых, как у волков, глаз. Сейчас они кружили у костра, исполняя какой-то ритуальный танец: их движения были грубыми, но ритмичными, похоже они выполняли древний обряд.

На почетном месте, у входа в шатер из костей, сидел Мухаммад.

Вождь укротителей.

Он был высок даже для рухарца – живая легенда своего племени, чьё тело стало картой былых побед. Его тёмную кожу пересекали ритуальные шрамы – ровные линии, выжженные раскалённым железом, сплетающиеся в символы, которые знали только шаманы его племени.

Синие и белые татуировки покрывали все тело словно одежда. На скулах, над бровями и даже на веках сверкали металлические кольца – не украшения, а знаки статуса, вбитые в плоть в обрядах посвящения. Каждое звено рассказывало историю: убитый муммакар, победа над вражеским племенем, выживание в песках без воды.

Из одежды на нем была только набедренная накидка выше колен.

Его жёлтые глаза, выцветшие от солнца, будто два кусочка янтаря следили за каждым движением Агандаура. В них не было ни страха, ни подобострастия – только холодный расчёт хищника, который знает: даже слуга Тиранора в его пустыне – гость.

Стоявшие рядом с ним фигуры были не менее загадочными:

Человек в черном, с головы до ног укутанный тканевым плащом. Ни лица, ни рук — будто сплошная тень, нарушаемая редкими, плавными движениями.

И трагмар — самый крупный из полу-троллей, одетый в подобие доспехов: кожаные пластины, скрепленные костяными шипами. В отличие от сородичей, он стоял неподвижно, но гримаса была такой же дикой.

Душруг замер, его взгляд скользнул по трагмарам.

— Что это за существа? — спросил он тихо. — Слишком они крупны для людей.

Агандаур не повернулся, но в его голосе прозвучала легкая усмешка:

— Трагмары. В них больше человеческого, чем кажется… но кровь троллей все же дает о себе знать.

Душруг на секунду представил, как такое могло появиться на свет.

— Любопытная помесь…

— Точно не по взаимной любви, — сухо ответил Агандаур.

В этот момент Мухаммад поднял голову. Его желтые глаза, отражающие пламя костра, нашли их на вершине бархана. Медленно, почти лениво, он поднял руку, подзывая их вниз.