Судьба эскаписта 2. Разновидности огня

Глава 12. Интересные встречи 2

Корпускул и Адель снова схлестнулись в схватке. Мечник, используя ломкие трудно предугадываемые движения, заставлял жрицу выкладываться на полную, но и Адель не желала отступать. Её посох оказался на редкость крепким и прекрасно отражал удары. Однако сама ситуация, в которой жрице приходилось сражаться в ближнем бою, явно не была на руку Адель. Она несколько раз пыталась увеличить дистанцию, однако Корпускул и его люди уверенно наступали, несмотря на потери.

– Дожимайте её! – скомандовал мечник, сделав ещё один выпад клинком, который, впрочем, Адель отбила.

– Разбежались! – улыбнулась жрица. – [Хохот мертвецов]!

Адель набрала в грудь по побольше воздуха, а затем резко выдохнула, извергая на своих противников облако тумана едко-розового цвета. Несколько человек, попавших под действие заклинания, закашлялось, остальные поспешили ретироваться с линии атаки.

– Кхе-кхе. Задержать дыхание, это сильнейший нейротоксин! – закашлялся Корпускул. Вместе с тем правый уголок его рта пополз вверх, складываясь в улыбку вопреки воле самого мечника.

– Попался! – обрадовалась Адель.

С остальными, кому не посчастливилось вдохнуть ядовитый туман, происходили те же метаморфозы. Их лица исказили дьявольские улыбки, более похожие на гримасы боли. Люди стали валиться с ног. Их кашель перешёл в стоны и хрипы.

– А я почти забыл, – борясь с симптомами отравления выговорил Корпускул, – за что тебя прозвали «неунывающей».

– Точно, – поддакнула Адель, снова улыбнувшись, – в битве со мной даже враги хохочут, правда внутри им явно не до смеха, так что будь паинькой и улыбнись с остальными!

– Боюсь, что твои шутки совсем не смешные, – с заметным усилием вымолвил Корпускул. – [Мощь камня]!

Тело мечника покрылось каменной оболочкой. Его кожа приняла текстуру гранита. Он словно оживший памятник встрепенулся от длительного сна, скинув с себя оковы. Выражение лица Корпускула снова пришло в норму. Улыбка сошла на нет.

– У тебя совсем нет чувства юмора, – пожаловалась Адель.

– А тебе лишь бы шутить.

– Слушай, Корпускул, до меня только сейчас дошло, ты что же, опять поменял сторону? Сначала предал нас, ради отдела тестировки, а теперь кинул до кучи их и прислуживаешь Рону и Алл?

– Не твоё дело! – буркнул мечник.

– Вечный перебежчик, – расхохоталась Адель.

– Убью! – завыл Корпускул и ломанулся в атаку. Мечник увеличил скорость, навалившись со всей своей яростью. Остальным его подчинённым оставалось только удивлённо хлопать глазами, предоставив сражаться ему одному. Размахнувшись, корпускул стал наносить один удар за другим. Адель с трудом поспевала за ним. Но всё же ей удалось отбить всю серию из десяти безумных выпадов. На клинке Корпускула от гарды к кончику меча стала расти жёлтая полоска, увеличиваясь с каждым проделанным ударом. На последнем десятом полоса достигла острия, меч сверкнул.

– Это должно было быть финальное комбо? – издевательски спросила Адель, но тут же поджала губы, заметив, как светится меч её врага. – Ах ты! [Шёлковый барьер]!

– [Контроль гравитации], [Направленный подрыв]! – с чувством победителя провозгласил Корпускул.

Сокрушительный гул сотряс округу почти одновременно со вспышкой света. Стены во очередной раз задрожали. С них снова посыпалось что-то. Взрыв, эпицентром которого стала Адель, конусом распространился от клинка Корпускула. Неистовый шквал цепной реакции поглотил жрицу целиком, растворив её в ослепительно разрушающем свете. Отголоски разрыва докатились даже до защитного полотнища, отделявшей сражение от Жюли, Августины и остальных, но этот барьер уже устоял, поглотив остатки безудержной силы.

– Как это можно превозмочь? – простонал Донован, вытаращив глаза. – Мы же словно букашки для них…

– Барьер всё-ещё держится, – пояснила, притихшая от произошедшего сестра Августина. – А значит, его создательница жива.

– После такого вряд ли возможно выжить, – усомнилась Жюли. – Скорее, барьер запитан от другого источника.

– Чудеса и благословения жрецов так не работают. Это тебе не богомерзкие заклинания, – огрызнулась Августина. – Как только пропадает связь с божеством, рассеивается и воздействие. Бывали случаи, когда после смерти жреца обращалось вспять только что произведённое им лечение.

– Опять мимо. Отмена лечения происходит потому, что это длительное воздействие и после смерти жреца считается прерванным, если не было закончено вовремя, – послышался голос Адель откуда-то сбоку. Все завертели головами, пока один из паладинов Августины не указал пальцем на дальнюю стену, где почти под потолком, каким-то немыслимым образом уцепилась жрица. Взрыв хорошо потрепал её. Лицу Адель сильно досталось. Вместо двух из трёх чёрных глаз на лбу красовались зеленоватые подтёки, а левая нога жрицы и вовсе была оторвана по колено. По всему телу виднелись повреждения поменьше, а мантия растрепалась от взрыва. Но удивительнее всего было то, как Ткачиха держалась на стене. Из её талии слева и справа торчали по две тонкие длинные конечности насекомого, впившись в каменные расщепы. На них жрица и висела, сжимая в руках свой посох.

– Что это за мерзость?! – брезгливо содрогнулась Августина.

– Значит, она действительно относится к курфюршеству Трескучих, теперь я уверена в этом, – оживилась Жюли. – Это может многое поменять в демонологии.

– Корпускул, вот умеешь ты всё испортить, – сквозь зубы процедила Адель, уставившись на мечника. – Оторванная нога болит просто чудовищно.

– А я тебя предупреждал, что нужно было отдать тело оперативника по-хорошему.

– Да иди ты! Хотите вернуть контроль над телом? Я вам сейчас это устрою! – угрожающе заявила Адель. – Эй Августина, смотри и учись, как надо использовать последний козырь жреца! [Жертва]!

Адель отцепилась от стены и камнем полетела вниз, но перед тем как ударится об пол, она воспарила над поверхностью, как до этого демонстрировала сестра Августина. От жрицы повеяло волной силы. Её одежды и волосы стало трепать, будто Адель попала в центр урагана. Жрица крепко схватила посох обеими руками и направила его конец в сторону Корпускула и остальных врагов.