Судьба эскаписта 3. Кровные узы

Глава 3. Ярмарочные фокусы

В то время как Лили с Альваресом направились на ярмарку, Дориан и Этна поспешили в деревню, чтобы найти сельского старосту. Но ни лидеру, ни латнице не хотелось терять время, выслушивая оправдания главного крестьянина, почему подать не дошла. Всё, что они хотели, это быстро изложить суть проблемы и по возможности получить объяснения, которые бы устроили всех, но по мере приближения к селению стало понятно, что никакого бедственного положения тут нет и в помине. Ручейное подозрительно хорошо себя чувствовало для местности, не уплатившей годовую подать, поэтому чем дальше Дориан и Этна заходили внутрь села, тем более неспокойно становилось у них на душе.

В отличие от них, крестьяне просто лучились радостью и достатком. Крепкие дворы преобладали в селении, а кое-где на домах виднелись даже черепичные крыши, что само по себе было почти неподъёмной тратой для среднестатистического крестьянина Статеры. Жители деревень предпочитали крыть крыши чем по проще: дранкой из коры или вовсе соломой.

Дориан вздохнул, провожая глазами на ярмарку очередное семейство местных. Все от главы до последнего ребятёнка были хорошо одеты, светились радостью и решительно не походили на голодающих.

– Ничего не понимаю, – помотал головой Дориан. – Какой смысл было не платить, рискуя навлечь на себя герцогский гнев? Тем более все они прекрасно знают, что Эрлиг скор на расправу и жалеть их не будет.

– С достатком у них точно всё нормально, – согласилась Этна. – Я понимаю, крестьяне никогда охотно налог не платили, воспринимая его как побор. Что в общем-то правда. Но в конкретно эти живут очень хорошо. Я таких процветающих местечек у нас в стране давно уже не встречала. Обычно жадные феодалы высасывают последние соки из бедолаг, но здесь это совсем не ощущается. Наоборот, всё просто пышет жизнью и благополучием. Да и сезон летний выдался удачным. Хлеб не успевают убирать. Какой смысл было зажимать подать, к тому же отчисляемую в зерне, а не монетой?

– Вот это и пугает, – нахмурился Дориан. – Бандиты тоже отпадают. Судя по царящей вокруг идиллии местные даже слова такого не знают. Под Эрлигом нарваться на головорезов гораздо легче, чем здесь.

– Вот мы и нарвались, – припомнила Копейщица, сжав кулак.

– Надо быть осторожными, мне здесь совсем не нравится, – задумчиво произнёс Дориан. – А что за тип граф Фергус? Это ведь его владения начинаются сразу за вторым ручьём?

– Мне откуда знать? Я простая авантюристка, – раздражённо фыркнула Этна.

– Брось, – продолжал настаивать Дориан. – Кому ты рассказываешь эти сказки?

– Я его почти не знаю, – нехотя пробормотала Этна. – Вроде его род происходит из купцов. Соответственно, титул был куплен у короны. Из-за этого другие аристократы, особенно родовитые, не жалуют его, считают потомком выскочки и безродным. Он тоже не любитель появляться при дворе.

– А как он вообще выглядит?

– На вид очень крупный, я бы даже сказала дородный мужик. По возрасту – будет постарше Эрлига, но не сильно намного. А ещё он очень странный.

– Что ты имеешь ввиду? – Дориан вскинул одну из бровей.

– Ну, понимаешь, – с ещё большей неохотой продолжила Этна. – Он часто занимается всякой ерундой. Интересуется мистикой и прочим бредом. Я имею ввиду, не академической мистикой, а другой, которой детей пугают. Любит исследовать всякую чертовщину. Я слышала разговор двух аристократов, которые обсуждали, как граф Фергус организовал на свои средства экспедицию по поиску лесного человека.

– Кого?

– Лесной человек, – улыбнулась Копейщица. – Не слышал? Господин чащи, Шуба моховая, Хозяенок Еловый и прочее. Дескать, обитает в глухомани нечто. Как человек, только весь покрытый мехом. Вроде как высокий он, под три метра. Людей сторонится, но, если ему надоедать, может и напасть.

– И много раз нападал? – улыбнулся в ответ Дориан.

– Ты меня спрашиваешь? – прыснула Этна, немного приободрившись. – Понятия не имею. У нас в государстве много всякой нечисти водится. Одни только гоблины вреда творят, устанешь отчёты читать. А про лесных людей никаких сообщений, которым можно хоть как-то верить. Одни слухи да байки.

– А ты откуда всё это знаешь?

– Нянька много рассказывала в детстве, – пробубнила Этна, смутившись. – Да причём здесь я? В общем этот Фергус – странный тип. Ещё вспомнила, что он давал награду любому, кто притащит ему живого феникса.

– Я понял. Я к чему спрашиваю. Иногда между господами вспыхивают пограничные ссоры. Не мог граф Фергус взять налог с местных, заявив им, что они теперь его подданные? Таких случаев раньше было масса.

– Я так и подумала, что ты спросишь что-нибудь подобное, – догадалась Этна. – Я графа Фергуса плохо знаю, поэтому не могу сказать, насколько он склочен или туп. Но переходить дорогу герцогу Эрлигу может додуматься только круглый идиот или отчаянный храбрец. Эрлиг самый влиятельный аристократ, после короля. У него земель почти столько же, сколько в королевском домене. А некоторые болтают, что он богаче, чем отец. То есть, я хотела сказать король.

– И насколько правы вышеназванные некоторые? – скосившись на Этну, хитро ухмыльнулся Дориан.

– Королевская казна всё же обильнее, чем богатства Эрлига, – выдала Этна, чуть помедлив. – И это не твоего ума дело!

– Ясно, извини, – попытался разрядить атмосферу Дориан. – Что ж, гадать бесполезно. Пока у старосты не спросим, не узнаем, но мне очень бы не хотелось угодить прямиком в склоку двух феодалов.

– Ты и сам феодал, забыл? – начала подтрунивать Этна. – Граф Нордвинд, если не ошибаюсь?

– Прекрати, – Дориан сразу же потерял интерес к разговору и стал осматриваться по сторонам, в надежде, что дом старосты наконец уже покажется перед глазами.

Ручейное имело две больших проезжих улицы, не считая переулков, проходов и просто троп между огородами и дворами. Дома, которые издалека виделись хаотично понастроенными, в близи оказались вполне удобно расположенными по обе стороны вдоль дорог. Дориан и Этна прошли ещё немного, пока не обнаружили в центре села большой деревянный дом, на котором висела гордая вывеска «Мэр». Единственная дверь была приоткрыта, и авантюристы прошествовали сразу внутрь.