Судьба эскаписта 3. Кровные узы

Часть вторая. Особенности производства. Глава 6. Разговоры по душам

День двигался к концу. Полевой лагерь авантюристов, остановившихся на очередной привал под открытым небом, расположился в удобной низине, поросшей желтеющими молодыми берёзами, как частоколом. По среди неё, углубляясь в почву, тёк небольшой ручей с кристально чистой водой, которую было незазорно и употребить, предварительно прокипятив в котелке на огне, чем сейчас и занималась жрица Аврелия. Остальных участников похода нигде не было видно, в то время как их вещи были разложены вокруг костра, на небольшом ровном пространстве, сформированном изгибом ручья.

Аврелия немного поёжилась, когда очередной порыв ветра с завыванием принёс осеннюю стужу, запутавшись в огне костра. Прошла уже неделя, как их группа покинула селение Ручейное, а события, произошедшие там, всё никак не шли у жрицы из головы. Первые два дня, пока они удалялись от Ручейного, Аврелии казалось, что за ними пристально следят, но девушка так и не решилась рассказать о своих мыслях остальным, испугавшись, что её поднимут на смех. А затем нехорошее предчувствие вдруг резко пропало, словно к приключенцам потеряли интерес. И Аврелия постепенно успокоилась, решив, что это всего лишь её воображение.

С тех пор, как они покинули селение Ручейное и углубились в земли графа Фергуса, им так и не встретилось по дороге никаких примечательных населённых пунктов. Лишь маленькие деревеньки выглядывали то тут, то там, еле видимые с тракта. Поля измельчали и поросли лесом по периметру. Природа сделалась более дикой и неухоженной, отодвинув цивилизацию куда-нибудь подальше. Даже сам тракт сузился, истощал. Теперь по нему едва могли разъехаться две широкие кареты, а в мощёном полотне дороги частенько виднелись выбоины.

Следить за путями входило в обязанности аристократов, по чьим землям они проходили. Взамен на это, дворянам разрешалось взимать плату за проезд торговых тележек и караванов через населённые пункты. Похоже, графа Фергуса не очень интересовали проблемы логистики, но и денег никто с путешественников не собирал, поскольку это просто было негде сделать. Вот тракт и ветшал, постепенно приходя в негодность.

Но отсутствие обжитых мест имело и свои плюсы. Остальные участники похода собрались за остаток дня пособирать грибов в окружающих лесах и перелесках, памятуя об недавней удаче Архивариуса. В этом году хороший урожай выдался не только на полях. Грибной сезон открылся стремительно, вот авантюристы и решили, что не стоит упускать возможность немного разнообразить походную кухню. Нужно было оставить кого-то следить за костром. И Аврелия вызвалась сама, ведь она была потомственной горожанкой и с трудом могла отличить съедобный гриб от ядовитого. Но, когда Аврелия осталась наедине с собой, ей снова овладела тревога. Друзья разбрелись уже порядком давно и всё никак не возвращались. Жрица сразу припомнила все свои страхи и стала оглядываться по сторонам, вслушиваясь в шелест чуть пожелтевшей берёзовой листвы. Но всё, что услышала жрица, был шум ветра, да бульканье воды в котелке.

Аврелия привстала и решила выбраться из низины, чтобы посмотреть, не возвращается ли кто из команды назад, но не успела это сделать, так-как Архивариус нарисовался как из-под земли. Жрица едва закричала, когда он неожиданно появился из-за деревьев.

– Вы меня до смерти испугали! – честно призналась Аврелия. – Нельзя же так резко выскакивать!

– Не стоит беспокоится, – помахал рукой старик как не в чём не бывало. – Я по определению не могу никого испугать. Даже плачущие младенцы престают реветь, завидев меня!

– Что-то с трудом верится, – немного успокоившись, улыбнулась Аврелия.

– И напрасно! – поучительно поднял указательный палец маг. – Так, что тут у нас? Вода закипела, значит надо её снимать с огня!

Архивариус поводил указательным пальцем, как волшебной палочкой, и котелок плавно поднялся над землёй и поплыл в сторону от костра, приземлившись с шипением в траву.

– Но как можно без посоха и волшебных формул применять пространственную магию? – ахнула Аврелия, уставившись на котелок. – Нас учили, что обязательно для волшебства нужен предмет, который позволит концентрировать его для применения заклинаний и божественных чудес.

– Что ж, дитя, в мире столько много неизведанного, что всего и не постигнешь, – загадочно подмигнул Архивариус косящим глазом. Получилось это настолько жутко, что жрица невольно дёрнулась в сторону.

– Получается, чему-то особенному просто так не научиться? – немного расстроившись, спросила Аврелия. – Нужно обязательно самому быть кем-то особенным?

– Почему же? – невозмутимо продолжил маг. – Всего не постигнешь, но никто же не запрещает пробовать? Никогда не знаешь, где чего приобретёшь на этом свете. И эта вот загадка и делает наш мир интересным. Каждый найдёт свой путь. И каждый пройдёт его сам. И может быть, где-нибудь на пути тебе откроется то, что другим и не снилось. Но и спешить познавать тайны не стоит. Иногда от них больше вреда, чем пользы. Один мой старый друг очень сильно пострадал от излишнего знания.

– Пострадал? – переспросила Аврелия, насторожившись.

– Да, – вздохнув, развёл руками старик. – Ему отрубили голову на главной площади в Столице.

– К-какой ужас!

– Давным-давно, когда ему было примерно столько же, сколько сейчас тебе. Мы все вместе путешествовали, как команда авантюристов, – перебрав в голове свои спутывающиеся мысли, продолжил Архивариус. – Он был взломщиком нашей команды. Что-то среднее между Дорианом и Лили. Казалось, сама судьба благоволила ему. Что бы он ни делал, всё спорилось, а сила его боевых навыков росла, как на дрожжах. Он даже сумел заработать себе титул, будучи выходцем из простой семьи. Но в какой-то момент ему открылось некая истина, которая привела к безумию и трагедиям. Теперь в королевстве его знают, как Бунтовщика или Окаянного Маркиза.

– Тот самый?! – вскрикнула Аврелия, выпучив глаза. – Вы хотите сказать, что дружили с самим Бунтовщиком?!

– С ним много кто знался, – вздохнул Архивариус, почесав скрюченным пальцем подбородок. – Да только под конец жизни друзей у него и не осталось вовсе. Он оказался совершенно один. Ну, может ещё там был палач, но это не считается. Королева взмахнула рукой с бархатным платком и не стала даже дожидаться конца казни, а просто удалилась. Бедняжка Виолетта так и не смогла это пережить. Топор опустился. И жизнь человека оборвалась. Интересно, такого финала для себя хотел молодой ловкач, промышлявший на жизнь авантюризмом? Думал ли он, что судьба приведёт его прямиком на плаху?