Судьба эскаписта 3. Кровные узы

Глава 8. Агрессивные переговоры

Никаких стен у Перепутья не было, поэтому одиноко стоящие западные ворота в виде широкой кирпичной арки без дверей или иных сооружений, служивших для преграждения прохода, казались каким-то нелепым сооружением, неловко возвышающимся над окрестными домами. Особенно это странно смотрелось в том плане, что рядом с воротами можно было спокойно пройти между строениями и хижинами, вообще минуя главную улицу.

Гостиница Открытая Дверь расположилась на западной окраине города и как раз примыкала к воротам с внутренней их стороны, образуя с ними прямой угол. Судя по всему, название гостиница и получила из-за входа в город, который всегда был открыт. Здание гостиницы было достаточно большим и массивным, но при этом имело всего два этажа, растекаясь по пространству словно свежее тесто. Тот, кто строил Открытую Дверь, не заморачивался на изысканную отделку и прочий декор. Фасад был исключительно утилитарного вида, представляя собой обложенную облицовочным красным кирпичом фронтальную стену. Большое количество узких окон явственно намекало, что внутри пространство использовали как можно эффективней, нарезав столько гостевых комнат, сколько по максимуму было возможно втиснуть внутри коробки здания. Рамы делили окна на множество мелких клетей, что позволяло экономить на размере, а значит и стоимости стёкол, вставленных туда. Судя по внешнему виду, Открытая Дверь была типичной дешёвой придорожной гостиницей, предлагавшей для своих постояльцев только самое основное, но такое желанное во время продолжительного путешествия – крышу над головой.

Когда приключенцы добрались до Открытой Двери, из гостиницы уже не доносилось никаких криков или шума. Противостояние местных жителей и заезжих паладинов подошло к финалу, чем бы оно не завершилось. Рядом со входом облокотившись к стене стоял человек с растрёпанными волосами, с которых капала кровь, рядом с ним крутился ещё один, выглядевший более щуплым, но при этом без следов драки и ранений.

– Герард… – со злостью выплюнул корчмарь, отряхнув рукой стекавшую у него по лицу от не прекращавшегося дождя воду. Корчмарь решил отправится вместе с авантюристами и Ричардом, чтобы помочь им. На голове у хозяина таверны красовалась железная каска, похожая на пожарную, а в руке удобно расположился мясницкий тесак – всё, что успел прихватить корчмарь, когда выбегал из своего заведения.

– Подмога! Босс привёл подкрепление! – прогундосил Герард заплетающимся языком, когда увидал Ричарда и остальных. Даже на расстоянии от него исходил неприятный запах перегара, а глаза блуждали по окрестностям то влево, то в право, никак не желая сфокусироваться на чём-то конкретном. Герард был чудовищно пьян. Ни драка, закончившаяся для него ранением, ни ливень, промочивший его с ног до головы не смогли прояснить помутнённого рассудка.

– Я тебе сейчас устрою подмогу! – замахнувшись тесаком, заорал корчмарь. Его едва успели схватить Дориан и Альварес, иначе тавернщик обязательно довершил бы то, что не смогли паладины Солнечного бога.

– Внутри помаши своей железякой! – нагло заявил Герард. – Там мяса ещё много!

– Спокойно, – проговорил на ухо корчмарю Дориан, продолжая придерживать его за плечо. – Он того не стоит.

– Ваша правда, – выдохнув, ответил корчмарь. – Но как же хочется огреть его по башке! Прям руки чешутся.

– А ему и так неплохо досталось. Махнули бы мечом чуть поточнее, и говорить отрубленная башка уже не смогла бы, – усмехнулась Лили, кивнув в сторону Герарда. И действительно, если присмотреться, то его рана была гораздо тяжелее, чем казалась на расстоянии. У буяна был срезана кожа на голове, болтаясь шматом. Скальп был содран от правого уха, срубленного на половину, и до макушки. Дружок Герарда крутился вокруг него, пытаясь из обрывков бинтов соорудить хоть какую-то перевязку, но сам буян постоянно вертел головой и хорохорился, не замечая от количества выпитого, что истекает кровью.

– Он может скоро умереть. Он потерял много крови, – тихо обратилась Аврелия к Дориану.

– Ещё и бинтовать его что ли? Дуракам всегда везёт, – со злостью процедил корчмарь, услышав шёпот жрицы.

– Это не отменяет того, что он виноват, но сейчас я вижу человека, который может умереть в любой момент, – укоризненно взглянула на корчмаря жрица. – После можете его судить, как вздумаете, но на данный момент я должна хотя бы остановить ему кровотечение. Возможно, из-за своего состояния и шока, он не чувствует в полной мере, но ему очень больно.

– Поступайте, как считаете нужным, великодушная госпожа, – любезно улыбнулся корчмарь, – но потом не обижайтесь, если хам решит вас обругать вместо благодарности.

– А ты ещё кто такая? Отвали от меня! – взвизгнул Герард, когда Аврелия подошла к нему и стала осматривать рану.

– Я лучше постою рядом с сеньоритой, – заявил Альварес, встав как скала за миниатюрной жрицей.

– Подержите его, пожалуйста, мне кажется, это будет больно, – сказала жрица, и Альварес тут же выполнил её просьбу, схватив Герарда и скрутив его в один присест.

– Вы чё с ним делаете? – начал было дружок Герарда, но тут же утих под взглядом Лили, у которой в руках уже появился лук с прилаженной стрелой.

– Руки мне показал, или лобешник продырявлю, – приказ Лили был предельно ясным. – Вот так и стой. Ничего твоему подельнику не будет. Если жить хочет, потерпит немного.

– [Ровный Шов]! – скомандовала жрица, выпустив из кончика посоха несколько белых шёлковых нитей, которые как живые устремились к голове Герарда. В глазах буяна появилось сначала сомнение, а потом и страх. Он забрыкался, но Альварес держал его крепко, поэтому попытка вывернуться не увенчалась успехом.

– ААААА! – заорал Герард, когда нити стали проникать ему под кожу, пришивая отрубленный пласт на место. – Ах ты нечисть проклятая! Прекрати своё колдовство!

– Если будете брыкаться, – спокойно, холодно и уверенно заявила Аврелия, – То я ошибусь, и нити швов попадут вам в мозг. Вместо того, чтобы заштопать кожу, я продырявлю что-то более важное в вашей голове, естественно, если там есть хоть что-то кроме костей. Так-что будьте любезны потерпеть. Осталось недолго.