Судьба эскаписта 3. Кровные узы

Глава 10. Иногда они возвращаются

Образ странной комнаты померк, растворившись туманным маревом. Ему на смену пришли непонятные фрагментарные видения, чередовавшиеся друг с другом словно в безумном калейдоскопе. Дориану чудились огромные, колоссальные дома, будто сделанные целиком из зеркал. Здания тянулись вверх, под облака. Вокруг нагромождения строений, похожие на рой растревоженных ос, сновали округлые летающие повозки, издавая самые умопомрачительные звуки, которые только можно было представить. Внизу меж домов по улицам и проходам куда-то валили толпы народа. Людей было так много, словно их собрали в одном месте со всего мира с какой-то непонятной общей целью. А ещё вокруг светились, мигали, сияли, моргали или просто монотонно блестели вездесущие огни, приливавшиеся светом на разный манер с самыми невероятными оттенками, которые сама природа не смогла бы никогда представить. Свет был везде. Он слепил глаза, пробираясь даже через закрытые веки. От него было не укрыться.

Но вот что-то дёрнуло Дориана, увлекая его с невероятной скоростью, вырывая с корнем из самого бытия. Видения слились в одну пёструю мешанину красок, звуков и запахов. Дориана мотало как песчинку, попавшую в ураган. Закручивая и заворачивая в баранку, буря потащила его куда-то, занеся поле зрения волной непроглядного серого пепла. До Дориана наконец дошло, что он спит. Но проснуться не получалось. Его тело парализовало. Нельзя было пошевелить даже кончиком пальца. От сердца, растекаясь, словно холодный кисель, распространился дикий страх. В ушах прозвучал резкий щелчок, на который голова немедленно отреагировала яркой болью.

Щёлк! Дориан проснулся от ощущения чего-то мокрого на его лбу. Запах аптеки внезапно врезался в нос, заставив открыть глаза. Дориан вдруг понял, что Этна тянется к нему, пытаясь приложить ко его лбу тряпку, пропитанную какой-то резко пахнущей жидкостью. Увидев, что лидер проснулся, копейщица смущённо вскрикнула, кое-как шлёпнула лечебную повязку на лоб и тут же отстранилась, усевшись на стул, стоявший чуть в стороне.

– Как долго я был в отключке? – пробормотал Дориан, сообразив, что лежит в кровати. Его тело прошиб холодный пот, сопровождавшийся ознобом и дрожью.

– Сейчас полдень следующего дня, – пояснила Этна.

– Понял, прошу прощения за это, – Дориан попытался сеть, но не смог. Голова кружилась очень сильно. Зато головной боли не чувствовалось, и лидер порадовался хотя бы этому.

– Лежи, не вставай! – выпалила Этна, переполошившись. А затем укоризненно посмотрела на Дориана. – Почему ты не сказал, что тебя во время сражения с фанатиками ударили по голове?

– Ударили? По голове… – не понял вопроса лидер.

– Ты хоть представляешь, как все переполошились, когда ты сполз со своего кресла, потеряв сознание? – продолжила отчитывать его Этна. – Нужно было сразу сказать, что ты ранен, а не терпеть! Что за безрассудство!

– Ничего не понимаю…

– Когда ты отключился, Аврелия, совместно с тем жрецом Алой осмотрели тебя, – начала втолковывать непонятливому больному Этна. – У тебя уже тогда была огромная шишка на правом виске, а сейчас она превратилась в очень нехорошую гематому!

– Да? – Дориан нащупал тяжёлой рукой правый висок и ту же поморщился, поскольку голова опять разродилась болью. Но стоило убрать руку, как и боль потихоньку ушла. Зато шишка не думала никуда уходить. Она была действительно огромной. И Дориан подумал, не проломили ли ему череп. Но он отмёл эту мысль, поскольку иначе с Этной он бы так легко не разговаривал сейчас. – Похоже, меня неплохо приложили чем-то тупым. Но я хоть убей, не помню, когда это случилось в битве. Там был один, который размахивал молотом, но Лили успокоила его раньше, чем он смог наворотить бед.

– Как можно не заметить, что тебя огрели по голове, да ещё так сильно? – с укором в голосе пожаловалась Этна. – Аврелия говорит, что это точно сотрясение и тебе непременно нужно лежать несколько дней. Мы уже влили тебе пару заживляющих зелий, а жрец Алой поделился микстурой, которой надо смачивать повязку.

– А… Теперь понял, что это был за странный запах, – попытался улыбнуться Дориан.

– Раз понял, тогда лежи смирно! – безапелляционно потребовала Этна, – Иначе мне приказано удержать тебя силой, если попытаешься встать раньше времени!

– Хорошо-хорошо… – согласился Дориан, прекратив попытки привстать с кровати. – Вот видишь, я никуда не тороплюсь…

– Так и лежи, – кивнула головой копейщица и замолчала.

– А где остальные? – Дориан решил развеять гнетущее молчание, которое создалось в комнате.

– Если ты про Альвареса, то он дрыхнет внизу, в малой гостиной, – пояснила Этна. – Даже отсюда слышен его храп. Остальные ушли на мануфактуру. Ричард позвал всех на экскурсию, посмотреть, как шьют одежду. У них, оказывается, два цеха. В одном делают ткани. А швеи работают в другом. Получается законченное производство. Таких предприятий очень мало. И я была очень удивлена, что в подобном непролазном захолустье существует такая мануфактура.

– Меня интересуют жрецы Алой и этот инквизитор в первую очередь.

– Можешь расслабиться, – махнула Этна рукой. – Они снялись ещё затемно. Отправились в Эрлиг. Лили или ещё кому из наших они больше не докучали. И на том спасибо.

– Это определённо хорошая новость, – успокоившись, вздохнул Дориан. – Мне подумалось, что инквизитор Алой окажется настоящей занозой в одном месте.

– Правильно подумалось, – согласилась Этна. – Прохвост, он и есть прохвост. Нюхач! Не успели познакомится, а он стал выведывать да вызнавать всё подряд. Надеюсь, Эрлиг поставит его на место. Но меня, на самом деле, беспокоит другое, и очень хорошо, что получилось поговорить с тобой наедине.

– Ты же не собралась признаваться мне в любви? – улыбнулся Дориан, хитро скосившись на копейщицу.

– Ты чего?! – взвизгнула Этна, чуть порозовев, но сразу же взяла себя в руки. – Хватит шутить надо мной! Я хотела сказать, что этот жрец выдал очень интересную информацию о нашем товарище. Я об Альваресе. Насколько хорошо ты его знаешь?