Судьба на ладони

Глава четвёртая. Любовь и дети

Принц Эрик быстро нашёл общий язык с вершительницами своей судьбы. От их компании раздавались звонкие голоса и дружный смех. Девочки наперебой старались угодить маленькому принцу. К моменту, когда маги решили продолжить начертание линий судьбы, Эрик обзавёлся кучей ценных, по мнению мальчика, вещей. В кошель с самописцем и линзой отправились рисунок единорога, пара желудей, перо чайки, старинная монета, ракушка и огненно-рыжий локон, которым без малейшего сомнения пожертвовала Тильда. Она не только отрезала прядь своих волос, так понравившихся принцу, но и отдала медальон для их хранения.

Так что к родителям принц возвращался со счастливым видом, поглаживая заметно потолстевший кошель.

— Что же, продолжим, — провозгласил магистр Бран после того, как принц поместил руки на подставку, ладонями вверх. — Келли Ларс, тебе предстоит создать линию любви.

Самая младшая из девочек, синеглазая, светловолосая, подбежала к наставнику и улыбнулась взрослым, демонстрируя ямочки на щёчках и отсутствие парочки молочных зубов. Королева, давно обратившая на неё внимание, не удержалась от вопроса:

— А это прелестное дитя, за что наказано?

Магистр Бран вздохнул и ответил:

— Видите ли, ваше Величество, у Келли помимо колдовского дара есть и обычный — художественный. Наша юная художница стремится украсить всё, что попадётся ей под руку.

— Так это же замечательно, — произнесла королева.

— Не всегда, — возразил магистр Бран, покачивая головой. — Келли добралась до Главного магического фолианта школы и разрисовала его страницы узорами, цветами, животными. Два лучших реставратора из столицы в течение недели восстанавливали фолиант.

— У меня красиво получилось, — мечтательно протянула Келли.

По её виду нельзя было сказать, что юная художница раскаивается. Её стремление к прекрасному не пошатнуло даже наказание.

— Кто спорит, — отозвался наставник, но тут же строго добавил: — Если на страницах фолианта написано или нарисовано что-то лишнее, заклинание может не сработать или, что ещё опаснее, сработать как-нибудь не так. Но, мы отвлеклись. Келли, приступай.

Юная художница активировала волшебную палочку и приступила к работе. От усердия она даже рот приоткрыла. Когда закончила, немного полюбовалась на результат и отошла с очень довольным видом.

Магистр Бран, посмотрев на ладони принца, воскликнул:

— Невероятно, прекрасно, линии любви одна лучше другой! Но, Келли, почему их две?

Королева, охнув, схватилась за сердце, а король пробормотал, что, в принципе, неплохо, когда тебя так любят две женщины. Однако быстро замолчал под грозным взглядом супруги.

Келли повернулась к наставнику и изрекла тоном назидательным, явно позаимствованным у кого-то из взрослых:

— Как вы не понимаете? Двойка ведь больше единицы. Две любви лучше одной! — затем добавила уже обычным тоном: — Эрику понравится.

— Кто бы сомневался, — не удержался король от саркастической реплики, стойко выдержав возмущённый взгляд королевы.

Магистр Бран поспешил отпустить юную художницу, пока она ещё чего-нибудь не сказала.

— Ты молодец Келли! Экзаменов у вас нет, придумаю другое поощрение. Ну вот, например, следующий твой проступок останется без наказания. Анна-Мария Сола, подойди.

Внимание магистра переключилось на оставшуюся девочку, потому он не заметил, как Келли смотрела на Главную волшебную книгу. Атласные гладкие страницы манили юную художницу сильнее магнита, ведь текст занимал меньше трети страницы. Оставалось много, очень много места для рисунков. В голове Келли не укладывалось, как самая главная книга в их школе может быть такой скучной. Обдумывая, каких животных нарисовать на этот раз, она отправилась на место. Магистр Бран придумал не самое удачное поощрение.

Анна-Мария Сола, последняя из вершительниц судеб, подошла и встала рядом с наставником, улыбаясь принцу.

— Тебе предстоит создать линию детей, Мари, — пояснил магистр Бран. — Вот этих линий может быть несколько. Приступай.

Мари мягко улыбнулась и активировала волшебную палочку. Движения этой девочки были плавными, и сама она казалась мягкой, словно пышная булочка.

— Готово, — сообщила она, закончив и, как остальные, отступив на шаг назад.

— У его Высочества будут две чудесные дочки, — сообщил магистр Бран.

Вместе с тем, он с опаской кинул взгляд на королевскую чету, не рассердились ли на отсутствие в судьбе принца наследников мужского пола.

Однако король с королевой восприняли эту новость стоически. Особенно после зигзага линии жизни, волнистой линии храбрости и двух линий любви. Королева когда-то сама тайно мечтала о дочке и даже порадовалась возможности в будущем понянчить внучек. Король же подумал, что Эрику придётся править долго, пока у него самого не появится внук или правнук. Сам он намеревался передать власть сыну сразу после того, как тот получит должное образование. Тогда он сможет осуществить мечту любимой жены: переезд к тёплому Южному морю. Там они поселятся в уютном доме и разведут большой сад.

Королю неожиданно в голову пришла мысль, что тёплое море пока откладывается, но сад для любимой он может создать и здесь, пусть даже на это потребуется много усилий и горы привозной земли. Его Величество так глубоко погрузился в свои мысли, что даже вздрогнул, когда архимаг обратился к девочке. Скорее, ради интереса, он спросил:

— Почему ты не создала линию мальчика? Если так захотелось, можно же было наметить дочь и сына.

Мари смущённо потупилась и произнесла, теребя край фартука:

— Занятие, на котором изучались линии мальчиков, я прогуляла. По уважительной личной причине.

Последнее она добавила для магистра Брана.

— Знаю я эту причину, — отмахнулся тот. — Кстати, поощрение для тебя будет с ней и связано. Можешь оставить у себя того тощего и грязного котёнка, которого вы старательно прячете в своей спальне.

Одновременно раздались несколько возгласов от юных колдуний: