Судьба солнечного дракона

Глава 2. Избранная невеста для солнечного дракона. Часть 2

Внутри храма царил полумрак, который поддерживался тут в любое время суток. На тускло освещенных стенах без окон красовались картины, которые рассказывали историю Тэрё — от ее сотворения до падения и появления Королевства Таль. С потолка на цепях свисали чаши, в которых горело серебристо-голубое пламя — точно такое же извергал мой брат, когда принимал облик дракона. Вернее, когда еще мог его принимать. После смерти родителей он впал в уныние, и больше уже не мог сменить облик. За это он винил себя — ведь если бы он мог превращаться в дракона, то с акви было бы давно покончено. Сколько бы он ни молился, Небеса не возвращали ему его способности, и вскоре Тэсо разочаровался и в себе, и в богах.

Жрица, которая полностью была облачена в серебристые одежды, скрывающие даже ее лицо, стояла лицом к алтарю, на котором возвышалась сделанная из серебра статуя Великого лунного дракона. Услышав наши шаги, она обернулась. Вуаль, которая тонким серым шлейфом обтекала ее голову, качнулась от этого движения, и я смогла мельком увидеть точеный подбородок жрицы и ее белоснежную кожу.

Жрицами становились с юных лет — сначала помощницами, а затем уже прямыми служительницами дракона. Все в Таль знали, как раньше звали нынешнюю жрицу, и кем она была, но лица ее никто не видел вот уже двадцать лет.

— Нара, — прошелестела жрица, протянув ко мне руки. — Подойди ко мне.

Сглотнув, я сделала несколько неуверенных шагов к жрице. Ее холодные пальцы схватили мои ладони и сжали. Прикосновение было неприятным, и я невольно вздрогнула. Взгляд упал на стену, где висели таблички с именами благородных девиц. Каждую из них я знала лично. Одна из табличек была обуглена.
— Что это? — спросила я у жрицы, указав на таблички.
— То, что осталось от обряда избрания невесты. Эта — твоя, — жрица указала на обугленную табличку. — Видишь, пламя Великого Лунного дракона выбрало тебя. Ты станешь той, что подарит двум королевствам мир.

Если меня не изведет мой будущий муж...

— Прими свою судьбу, девочка. Отбрось все сомнения и исполни волю Великого Лунного дракона.

Я с почтением поклонилась одновременно и жрице, и алтарю, выражая тем самым покорность своей судьбе. В небольшой жаровне перед статуей дракона, на тлеющих угольках, лежало нечто, похожее на клеймо. Не успела я подумать, что конец этого инструмента походил на солнечный диск, как жрица дернула вниз правый рукав моего одеяния и, схватив инструмент, стремительно прижала его к моему плечу. Жгучая боль пронзила руку. Я закричала и резко отстранилась, едва не упав — вовремя подбежавший Тэсо придержал меня за талию.

— Что вы сделали?! — обрушился он с гневом на жрицу.

— Метку избранницы. — Жрица положила клеймо обратно в жаровню.

— Почему вы не предупредили, что это делается столь ужасным способом? — прогремел Тэсо, косясь на мое плечо.

Сжав зубы, я шумно дышала, силясь не зацикливаться на боли. Глова кружилась, а плечо жгло так, будто оно горело огнем.

— Потому что прошли те времена, когда сыны драконов сами находили женщин, которые были посланы им судьбой, — холодным тоном произнесла жрица. — Теперь женщин для них избирают другие, и метки на плечах драконьих невест сами по себе не появляются.

Тэсо продолжал сердится, ругая жрицу, но я уже не вслушивалась в их слова. От жуткой боли хотелось лезть на стену, и я держалась из последних сил. Заметив, что я обмякла в его руках, Тэсо взволнованно спросил:

— Нара, ты как?

— Не очень хорошо, — честно ответила я, морщась от боли.

— Мы можем идти? — Вопрос брата был адресован жрице.

— Можете. Завра на рассвете Нара должна отбыть в Королевство Тэян.

Ничего не ответив жрице, брат поднял меня на руки и вышел из храма.

До самого вечера я пролежала в полубессознательном состоянии, страдая от внутреннего жара и боли в плече. Мирён не отходила от меня, как и Тэсо. Оба по очереди меняли мне холодные компрессы и отпаивали горьким лечебным отваром.

Когда мне стало легче, я поднялась с постели и посмотрела на перевязанное плечо.

— Лучше не снимайте повязку, — предостерегла меня Мирён. — Я обработала ее мазью, завтра краснота и боль спадут. — Глаза служанки наполнились слезами. — Как же так, госпожа! Почему вы должны так страдать?

— Для той, кто с детства обучалась ратному делу, я оказалась слишком слабой, — пробормотала я, глядя в пол. — Слегла от одного единственного ожога.

— В первую очередь ты — девушка, а не воин, — сказал Тэсо, сев рядом со мной на край постели. — Не забывай об этом.

Я кивнула, думая о том, как буду скучать на чужбине без брата и Мирён. Скорее всего меня запрут в одном из нефритовых замков и не разрешат тренироваться с мечом и луком. Муж будет навещать меня по ночам для того, чтобы потребовать исполнения супружеского долга, а после уходить, оставив меня одну в слезах. И никто меня не утешит…

Мирён ушла поменять воду в чаше. Брат проводил ее взглядом, а потом печально произнес:

— Мне так жаль, что я не могу сопроводить тебя до Тэян…

— Тебе нужно встречать свою невесту. — Я слабо улыбнулась, глядя на его недовольную физиономию.

— Не хочу я ее встречать, — буркнул Тэсо, совсем как ребенок. Он всегда был серьезным и холодным, но только не в моем присутствии. Мне он показывал свое истинное «я» чувственного романтика с доброй душой.