Судьба Сурамара (детективный паладин)

"Пандарен"

Несмотря на затянувшийся на долгие дни и ночи дождь, портовые таверны полны народу. Мест, практически нет, кому-то приходиться стоять. У входа, стоят недовольные, мечтающие набить желудок как можно скорее, а за углом, стоят недовольные, мечтающие этот желудок освободить. Запах гари, сожжённых костей и испорченной еды, прошедшей чей-то желудок, запросто может свалить с ног, неподготовленного. Эти запахи не может смыть даже гроза. Под тяжелыми каплями дождя, дым не поднимается в небо, как должен, а расстилается по земле, подобно черному туману. В этом тумане снуют крысы, в осторожной попытке не умереть, от поедания объедков с мясных кухонь. Кто-то из этих крыс, сам станет недоеденными объедками. Возможно крысы сейчас доедают своих родственников. Кажется, у меня слезятся глаза.
За несколько дней, я побывал уже во всех тавернах порта. Они все похожи на друг друга, как блохи на собаке. Одни и те же блюда, одна и та же грязная посуда и одни и те же посетители, еще грязнее чем посуда. Я нашел свою цель. В этом городе, практически нет пандаренов. Наверное, они не предназначены для жизни в подобных условиях. Им нужна гармония и покой, а места подобные этому городу для них как будто не существуют. Не люблю пандаренов.
Но этот все-же особенный. «Везунчик Ло» - Так к нему обращаются его спутники, с которыми он встречается. Каждый день, он приходит в одну и ту же таверну, садиться на одно и тоже место и заказывает одни и те же блюда. Меняются, лишь лица тех, кто приходит к нему и общается с ним. Я видел вместе с ним, Ночного эльфа, Воргена, Отрекшегося и много кого еще. Похоже, он гораздо важнее чем тот человек, чей труп отправился на помойку за публичным домом. Похоже, эта нить связывает собой все остальные. Стоит убрать его, и пауку будет сложно держать единство в ней. Этот пандарен доживает свои последние дни, я обещаю это!
Как обычно, его нельзя просто убить, не задав вопросов и как обычно, у меня есть план, как заставить его на них отвечать.
Сегодня ночью слежки не будет, я должен подготовиться.
Проливной дождь бьет тяжелыми каплями по моей маске издавая глухой звук. Струйки воды подобно слезам падают на землю. Когда-то я еще мог это делать, потом разучился. Слезы скапливались внутри, образуя океан из боли, в котором утонула какая-то часть меня. С тех пор, дождь начал плакать за меня.
Лавка алхимика. Тяжелая вывеска едва раскачивается под сильным ветром издавая жалобный скрипящий звук. Я захожу внутрь, дождь заходит за мной. Мы встречаем темноту, в которой едва видны очертания склянок с всевозможными средствами. Какие-то из них убивают одной каплей. От каких-то можно умереть едва, взглянув на них, при свете. Заливая водой пол, я разрушаю тишину этого места, подходя к стойке. За ней видно едва заметное шевеление. Полусгнивший труп отрекшегося, старого настолько, что словно видел зарождение этого мира, начал поворачиваться в мою сторону, его хриплый голос, подобно голосу самой смерти заговорил со мной.
-Слушаю?
-Специальный заказ – двигаю я ему бумажку с номером, которую он дал мне несколько дней назад.
- Все готово! – Костяная рука с намотанными на нее пустыми венами и кусочками плоти протягивает маленький пузырек.
В нем содержаться ответы что мне нужны, но это еще не все. Это лишь один из множества ингредиентов, для блюда в котором будет видна правда. Расплатившись с продавцом, я ухожу.

Следующий ход. Таверна, в которой завтра произойдет убийство «невинного» пандарена, продавшего души тысячи горожан. Таверна, заливаемая дождем и окутанная едким дымом как темной аурой, похожей на ту, что обычно окутывает жрецов тьмы.
Раннее утро – время, когда посетители уже разошлись, а персонал начал меняться на дневной. Из таверны выходит девушка, за которой я следил также, как и за пандареном. Официантка, каждые 2 дня выходит на ночное дежурство, живет недалеко и следует, по одному и тому-же маршруту. Одна из немногочисленных девушек, согласных работать по ночам, одна из тех, кому удалось выжить. Завтра ночью, должна быть только она. Но ее не будет на месте. Я позабочусь об этом.
Я заворачиваю вместе с ней в переулок. Она вооружена. Конечно вооружена, по-другому в этом городе не живут. Она знает, что я иду за ней и готовится. Кто-то говорил: "нападение, лучшая защита". Скольких она уже отправила в могилу в этом переулке? Он стал для нее как охотничьи угодья, в которые она загоняет свою жертву. Если бы мы играли с ней в кости, то сейчас раскрыли бы цифры, которые определяют победителя.
Один взмах ее руки, в попытке ударить меня своим ножом, когда ей кажется, что я подхожу ближе, и я хватаю ее за руки прижимая к мокрой, после ночного дождя, стене. Мимолетный испуг, в ее глазах сменяется ненавистью. Эта девушка не позволит ничего с собой сделать, пока огонь жизни горит в ее глазах. Пытаясь меня укусить, когда я сжимает ее шею, она бьется в попытках обрести свободу, подобно только что пойманной рыбе.
-Завтра ночью, ты опоздаешь на работу на 2 часа! – выставляю я свои условия в обмен на ее жизнь. – Если ты меня не послушаешь, случиться трагедия, поняла?
Поняв, что я не собираюсь делать с ней, то, что хотело-бы с ней сделать большинство посетителей таверны, она перестает судорожно биться в конвульсиях и молча кивает головой.
- Хорошо, от этого будет зависеть твоя жизнь. – Подвожу я итог и отпускаю ее. – это твоя выручка за завтрашний вечер.
Небольшой мешок золота, который тут же прячется в ее сумке, чтобы не привлекать излишнего внимания, успокаивает ее окончательно. Снова кивает мне, не говоря ни слова. Хорошо. Она не показывает своих эмоций, за долгие годы работы официанткой, она научилась их скрывать. В каком-то роде, она носит такую же маску, как и я. Возможно она мне не доверяет, возможно, она не понимает, что происходит и какое решение ей нужно принять. Но я точно уверен, что она боится, а это, сейчас, главное. Страх вырастет в ней до сегодняшнего вечера, как цветок мирозы теплым летом. Этот страх не позволит ей прийти на смену вовремя. За это можно не беспокоиться.
Я возвращаюсь домой.
Солнце едва заметно начинает светить из-за горизонта, пытаясь протиснуть свои лучи между домами. Неспешно, оно поднимается в небо, как врач, смотрящий на тело своего пациента, лежащего на медицинском столе. Солнце смотрит на трупы, оставленные в этом городе ночью. И как будто делает вид, что так и должно быть.
Мой дом. Место куда солнце не заглядывает никогда. Место, куда даже солнце боится заглядывать, из за творящегося здесь кошмара.
Во тьме кухни за столом сидит моя молчаливая соседка. Сэра уже проснулась. Обычно наше общение сводится к короткой встрече взглядами, оповещающий нас о том, что мы еще живы. В такой момент как сейчас, моя ночная жизнь заканчивается, и я иду спать. Я не могу больше позволять себе не спать по нескольку дней, это может снова сделать меня невнимательным. А невнимательность, может стоить мне жизни. Я должен спать! – так я говорю себе каждое утро.
Но, сегодня все будет по-другому. Вместо короткого взгляда, я сажусь за стол напротив Сэры. В этот раз, она будет частью моего плана. Никогда бы не подумал, что мне придётся впутывать ее в это, никогда не прощу себе, если с ней что-то случиться из-за этого. Но сейчас, другого варианта нет. Сэра, единственный возможный ингредиент блюда, которое я готовлю для своей жерты.
- Мне нужна твоя помощь – коротко говорю я вместо слов «доброе утро»
Она уже давно привыкла к моей манере общения, поэтому уже не делает сконфуженное лицо как раньше. Теперь она просто смотрит на меня с опаской и подозрением, как будто, я продавец на рынке и предлагаю ей сомнительный товар.
- Ты поможешь мне?
С минуту, Сэра смотрит на меня, явно не зная, что ей сказать, но это не важно, чего–бы она не придумала, она не сможет ответить ничего кроме «да» или «нет». Кивая своей головой, она дает понять, что согласна.
Ее глаза перестают передавать страх и недоверие, а губы рисуют легкую улыбку. От этого на моей душе становиться только хуже. Ох Сэра, лучше бы ты ненавидела меня сейчас, за то во что я собираюсь тебя втянуть.
- У тебя есть наряд, который подойдет для таверны?