Судьба Сурамара (детективный паладин)

«Сэра»

"Дневник детектива стр.78

Городской парк? Полдень.

Жизнь в этом мире, сложная штука. Те, кто никогда не сталкивался со смертью, не ценят жизнь по настоящему, растрачивая её по пустякам. Каждый день для них, как отголосок вчерашнего дня, который они проживают снова и снова. Им кажется, что так будет постоянно, что завтра будет похоже на вчера, а сегодня не закончится никогда.

Лишь, перед лицом смерти, они понимают, как же они ошибались. Только когда жизни угрожает опасность, они начинают за нее хвататься, думают, что если все обойдётся, они будут ценить каждый прожитый день. По новому, чувствовать каждый новый вздох. В этом мире есть те, кто верит в парадокс: настоящую жизнь, может показать только смерть. Но они ошибаются, если считают смерть такой романтичной.

Я видел истинное лицо смерти, в ней нет никакой романтики. Я видел умирающих, тех, кто умер ещё до того, как их сердце перестало биться. Тех, кто сдался, перед лицом неминуемого. Этот момент, невозможно спутать ни с чем. Момент, когда алчный гоблин, на смертной ложе, раздает золото незнакомцам, когда яростный орк, просит прощение у своих близких, а трусливый человек, перестает испытывать страх. Умирать не страшно. В момент смерти, тело становиться лишь оболочкой, испорченным механизмом, который оставляют позади, чтобы двигаться дальше.

Все это читалось в глазах умирающих, переставших ловить взглядом предметы, как будто считая, что эти предметы удержат их душу в этом мире. Глаза выдают их, когда они начинают смотреть куда-то в даль, с выражением лица, как будто им открылась самая великая истина: Умирать не страшно.

И я вижу эти глаза снова. Они смотрят сквозь пространство, с тех самых пор, как открылись в спальне ̶ ̶м̶о̶е̶г̶о̶ нашего дома. Сэра пришла в себя, но перестала быть собой. Ее тело в порядке. Ее душа оказалась где-то очень далеко.

Я привел ее в залитый солнечным светом парк, в надежде, что это поможет вернуть ее, хотя понимаю, что на самом деле, никакой надежды нет, я просто придумал ее, чтобы спасти свой разум от безумия. Сэра ступила за край, откуда не возвращаются, чтобы отправиться дальше, а я вырвал ее обратно. Теперь, ее глаза смотрят в пустоту, в ожидании неминуемого, потеряв интерес ко всему остальному миру. - Конец записи"

-Пора возвращаться домой - вздыхаю я, убирая свой дневник и помогая Сэре подняться.

Все это время, она сидела, рядом не шелохнувшись. От моего прикосновения, она лишь слегка вздрогнула, переводя свой безучастный взгляд на меня, как будто, я единственная нить тонкой паутинки, удерживающей ее на этой земле. Как будто, если я не буду держать ее за руку, она взлетит в небо и скроется за облаками. В этом мире ее не держит больше ничего.

Мы проходим по улицам города, сменяя один квартал другим. «Это свободный город», так нам сказал увидевший нас, по дороге, ночной эльф, стирающий со своего меча кровь. Хотел ли этот город быть свободным? Свободным, как идущая без какой либо цели девушка рядом со мной. Она абсолютно свободна от всего, свободна от самой жизни, и почему то радости в ее глазах я не вижу. Я вообще ничего не вижу в ее глазах.

Мы встречаем случайных прохожих, кто-то смотрит нам в ответ, кто то прячет глаза, но это все не важно, мы идем навстречу толпе, не обращая на них никакого внимания, как через поток воды, что мешает движению. Мы преодолеваем это молча, не говоря друг другу, ни слова. Сэра не может, говорит, а мне нечего ей сказать.

Темный переулок с немногочисленными дверьми жилых домов, не самый опасный из всех, но и не самый безопасный. Это простой переулок, похожий на сотни других, в этом городе. Я веду по нему Сэру, в надежде найти тот самый. Переулок, который она называла, когда то своим. Только он сможет ей помочь.

Так было когда то со мной. Свет исцеляет тело, но не исцеляет разум. Разум может исцелить лишь воспоминание.

Пройдя мимо очередной двери, я чувствую, то, на что надеялся все эти дни, пока гулял с ней по городу. Рука Сэры, едва заметно дернулась. Похоже, мы, наконец-то нашли его: Дом, в котором она когда то жила.

Я не знаю деталей этой истории, не знаю, кем она была в этом доме: дочерью, женой или одиночкой прятавшейся от всех. Я знаю лишь итог: она покинула его в страхе за свою жизнь. Сломанный замок на двери, говорит, о том, что дом, где она чувствовала себя в безопасности, подвел ее. Она убежала из него, не надеясь когда-нибудь в него вернуться, оставив в нем частичку себя.

И теперь она вернулась обратно. Она смотрит на него с грустью и жалостью, как на давно сломанную вещь, что когда-то приносила радость, после утраты приносила боль, а теперь, приносит лишь грусть. Это очень простая схема пути к вечности: когда уходит радость, остаётся боль, когда уходит боль, остаётся лишь грусть, когда уходит грусть, не остаётся ничего и тогда, приходит смерть. Я постараюсь пройти с ней этот путь в обратную сторону.

Ее рука скользит по дверной ручке, пытаясь напомнить себе, те чувства, которые она испытывала, когда бралась за нее в той, своей, прежней жизни. Я отпускаю Сэру. Дальнейший путь, она должна пройти сама.

Металлический скрип дверных петель: еще одна простая мелочь, крупица воспоминаний, что создают жизнь, в самых причудливых ее образах. Жизнь всегда скрывается в мелочах.

Дом Сэры, не выглядит покинутым. Похоже, его обжили новые хозяева. Этот город похож на морское дно, усеянное пустыми раковинами, между которыми снуют раки отшельники, меняющиеся в своих домах.

Мы входим без лишнего шума. Сэра оглядывает зал, проводит рукой по столу, смотрит в окно. Она вспоминает. Вспоминает, кем она, когда-то была. Та жизнь, тянет ее обратно в наш мир. Не дает уйти навсегда, кричит ей «вернись». И Сэра идет. Идет обратно тем же маршрутом, по которому она покинула его.

О прошлом этого дома, мне говорят только оставленные удары топора на стенах, и кровь, которую так и не смоги отмыть новые хозяева, но этого достаточно, чтобы не задавать глупых вопросов.