Судьба Всевышнего

21 ноября Энгарн

21 нуфамбира, Чашна

— Отец, — Солта преклоняет колено в знак почтительности и впервые осознает, что абсолютно не помнит этого человека. Только громкий голос остался где-то на задворках памяти. Он и маму не помнил, но встретиться с ней уже не удастся — она умерла вскоре после того, как его взяли в заложники. Нет, не от горя. Она всегда была болезненной, а третьи роды вообще пережила тяжело. Зато у отца выжило сразу три сына — не такой уж частый случай. Поэтому он и не женился еще раз.

— Вставай, вставай, — у отца руки будто стальные, он сдавливает Солту, обнимая. Смеется взахлеб, запрокидывая голову, и парень невольно отмечает, что зубы у него хорошо сохранились, в отличие от прежнего владельца Ветонима. — Ты мой сын. И отныне ты граф Дивон. Слава Богу, у Авишура хватило ума… — он не договорил и потащил вновь обретенного наследника дальше по залу. — Твои братья — Идбаш и Алеан.

Идбаш смотрит настороженно, пытливо. Выглядит старше своих лет, если бы не знал, что он младше, посчитал бы ровесником из-за этой серьезности во взгляде. Кто знает, на что он рассчитывал, пока не было Солты. Может, надеялся сам стать графом Дивоном. Алеан улыбается во весь рот. Наоборот, совсем мальчишка. Ему ведь еще четырнадцати нет.

— Ну, садись, что ты как неродной? — тяжелая ладонь отца чуть не силой усаживает его на стул. — Как добрался? — но сказать ничего не дает. — Наслышан о твоих подвигах. Ты очень нужен мне здесь. Король не желает признавать, что Ветоним мой.

«Кто бы сомневался, — лицо Солты сохранило невозмутимость. — Силой захватить поместье и убить любимчика короля, когда тот захотел его вернуть…»

— Так что воевать нам придется много. А ты, я слышал, хорошим воином вырос.

«Спасибо Авишуру. И за то, что не убил, спасибо. Отправил к отцу, узнав о смерти Фалефа Ири. Вот бы кого в военачальники…» Солта предложил рыцарю перейти на службу к новому графу Ветониму, но тот усмехнулся:

— Когда с королем помиритесь, тогда и… будет видно. Нельзя спорить с сюзереном, это плохо заканчивается. Я говорил вам об этом.

Говорил, конечно. Только что делать Солте? К королю, что ли, бежать, каяться, что он не знал о планах отца? Нет, так он никогда не поступит, потому что семья важнее сюзерена. И, если он хорошо служил Ири, отцу он будет служить в два раза лучше.

— Ты что-то сам не свой… — подозрительно прищурился отец.

— Я сделаю всё, что смогу, отец, — фраза не получилась пафосной. Она вообще суховатой получилась.

Новый граф Ветоним вглядывался в наследника, потом нашел нужным объяснить:

— Я не собираюсь воевать с королем. Но Ветоним не отдам. Если же Манчелу признает мои права на это поместье, готов служить королю так же, как служил Ири.

Это было хорошей новостью. Только Манчелу признает поражение не раньше, чем убедится, что ничего не поделает с бунтовщиком. Да, Солта усмирял бунтовщиков, а теперь сам стал им. Но он будет с отцом и с братьями. До конца. А там — будь что будет.

Точно с такими же мыслями — «будь что будет» — Ройне пришел и в Энгарн. И Эль-Элион был на их стороне. Остатки генеральства герцога Зимрана, которыми теперь командовал маркиз Чидимм еще пытались удержать Чашну. Полад элитные войска прислал — целый полк «волков». Только благодаря им и продержались так долго. Хорошую армию подготовил телохранитель королевы. Будь здесь два полка — неизвестно, чем бы дело кончилось. А если бы три — пришлось бы армии Ройне уходить обратно за перевал. Но полк лишь один. И если они будут стоять насмерть, то самое большее через неделю, они уничтожат всех. Но, кажется, их полковник умнее, чем другие офицеры Чидимма. Сегодня он прислал парламентеров.

Генерал Ройне разглядывал капитана роты лучников, которому поручили вести переговоры. Выбрали человека, готового умереть и потеря которого не принесет большого ущерба «волкам», но в то же время генерал не будет унижен договором с ним. Капитан держался очень хорошо: и не скажешь, что он наравне с другими столько атак выдержал.

— Мы сдадим Чашну. Если вы дадите нам сутки, чтобы отступить за реку.

— Мы согласны, — Денисолта Ройне не размышлял и не советовался. — Ровно сутки, начиная с полудня сегодняшнего дня.

Как только капитан и сопровождавшие его солдаты удалились, Алеан осторожно спросил.

— Почему ты пошел на сделку? Дня через три мы бы всё равно их уничтожили.

— А сколько людей мы бы потеряли? — возразил Ройне. — Людей надо беречь. Это тебе не золото, которое можно добыть. Новобранцев еще обучать придется. А уничтожить никогда не поздно. Передай драконам, пусть к вечеру будут готовы атаковать. Но собираются без лишнего шума.

— Ты хочешь… — Алеан всё понял правильно, но как будто не хотел верить.

— Атакуем их, как только начнется переправа.

— Как-то не по-рыцарски это… — засомневался брат.

— А они и не рыцари, — заметил Идбаш. — Это же «волки».

Генерал одобрительно хмыкнул:

— Тебе, Алеан, надо обязательно посетить восточный Лейн. Чтобы посмотреть, какие еще бывают рыцари и чем они отличаются от нас. Но, если хочешь, я сам поведу драконов в бой.