Судьба Всевышнего

1 февраля, Умар

1 фибрайира, Умар

Шонгкор всё подготовил к отъезду. Пока часть вампиров вместе с Оривом оборонялась от людей, другие паковали вещи, грузили их на телеги, провожали в порт. Там уже ждал корабль. Детей, женщин, немногочисленных людей отправили сразу. Граф собирался с первой же подводой отправить и жену с дочерью, но обе категорически отказались. Уна пожелала до конца остаться с мужем, какая бы участь ее ни ждала, а Ойрош надеялась на что-то. Только вот на что? Что вожак явится и заберет ее в стаю? Бред. Да и Кедер не позволит. Он так усилил дозоры, что и перемещения мыши замечались. Шонгкор, чтобы дочь не имела известия от Тевоса, попросил Орива прикрыть ее. Хорошо, что это не потребовало много усилий, ведьмак и без того мало отдыхал.

Орив отлично справился — вожак имел наглость явиться к границе и потребовать Нальбия. Сын графа, как и положено, объявил, что девушки нет, а вожак сказал: «Ну и хорошо». Кедер передал это Ойрош, но нужной реакции не добился.

— Он переживает обо мне, — заявила она.

Как будто остальные не переживают! Вот что раздражало Шонгкора. Она ведет себя так, будто оборотень любит ее и заботится о ней больше, чем кто-нибудь. Но это ведь не так, совсем не так! Однако она видит только то, что снаружи, и не желает видеть то, что внутри…

***

— Фух, неужели уезжаем? — Орив подошел к Челешу, загружающему очередную телегу, и вытер пот со лба. — Этот рабский труд никакие деньги не оплатят!

В человеческом обличье он казался забавным и совершенно безопасным. Невысокого росточка, с наметившимся животиком, большими залысинами спереди и густой бородой. Нос картофелиной, характерный для жителей Гучина, выдавался между пухлыми румяными щеками. Если он не занимался тем, для чего его наняли, то набивал себе цену. Как сейчас, например.

— Уже три дня отдыхаешь, а все жалуешься на что-то, — небрежно заметил Челеш, туже затягивая ремень на подводе. Потом крикнул вознице. — Давай! — и отправился к следующей телеге.

В первые дни Ориву и вправду было тяжелее, чем сейчас. Если другие вампиры сменялись, то он постоянно был на страже. Хорошо, что силу он получал от леса. Ведьмак так успешно гасил огонь Зары, что с тех пор как он появился в доме графа, ни один вампир не погиб. Люди же, защищая мага, тут же отступали. Кедер приказал их не преследовать. Главное, получить время для сборов.

Отчаявшись пробить оборону Орива, кашшафцы затихли. Шонгкор приказал проследить за ними. Разведчики донесли, что отряд ушел за перевал. Теперь можно покинуть Герел. Когда люди придут снова, они будут сражаться только с оборотнями.

Орив снова вытер пот со лба и пробурчал:

— Чего это жалуюсь? Еще скажи, что я напрасно жалуюсь! Условия какие? Никаких условий. Я бы в Гучине за небольшую плату отработал. А тут? Мало того что пламя, так еще и жара. Сейчас же середина зимы, а что творится? — он снова вытер пот со лба.

Тут Челешу трудно было с ним не согласиться, поэтому он примирительно поинтересовался:

— Договорился с графом об оплате?

— Договорился, — уныло махнул рукой Орив и сел на свободное место в телеге, наблюдая за споро работающим Челешем.

— Что, мало заплатил? — недоверчиво поинтересовался красавчик.

— Нормально заплатил, только...

— Только всегда кажется, что продешевил, — поддел его молодой вампир.

— Вот именно, — согласился Орив и тут же вскинулся. — Чего это продешевил? Но обидно, когда не ценят. Если бы меня по-настоящему ценили...

Из дома стремительно вышел Шонгкор, и Орив умолк, смиренно рассматривая землю.

— Всё готово? — граф не обратил внимания на ведьмака.

— Последняя телега, господин, — отчитался Челеш.

— Хархас, карета? — тут же отвернулся Кедер.

— Готово, господин граф, — откликнулся пожилой слуга.

— Через четверть часа выезжаем. Хархас, ты с подводами, Челеш с другими на страже. И Орива прихвати с собой, мало ли... — он снова исчез в доме.

— А Орива тут вроде как нет, — снова забубнил ведьмак. — Ориву нельзя сказать: «Брат, по дружбе, сделай еще одно одолжение...»

— У Шонгкора нет друзей, — сообщил ему Челеш, легко ставя на телегу еще один ящик. — У него есть враги и семья. Всё.

— Это значит я враг ему, что ли? — вскинулся ведьмак.

— Ты полезный наемник, — успокоил его вампир.

— Я, может, тоже хочу в семью, но когда с тобой так обращаются...

— А как с тобой обращаться надо? Или ты у нас тоже граф? Ладно, хватит дуться. Знаю же, что притворяешься.

Ведьмак тут же лукаво прищурился, уставившись на женщин, выходивших из дома. Понурив голову, ни на кого не глядя, Ойрош села в карету. Следом, опершись на Кедера, села Уна. Последним занял место граф. Карета тронулась.

— А хорошая девочка у него получилась, — мечтательно произнес вслед Орив. — И готов поставить крыло на кон, что отдаст он ее тебе.

— Хватит болтать, — Челеш уже снял рубашку и приготовился к обращению. — Никому он ее не отдаст, если она не захочет. Раздевайся лучше.