Судьба Всевышнего

11 марта, Энгарн

11 мариса, Валмеонское поле

— Господин полковник! — в дыму, окутавшем всё поле, чумазый порученец майора казался порождением Шереша. Етварт знал, что и сам выглядит не лучше. — Майор Паин погиб, командование принял капитан Сирток. Нам необходимо подкрепление. В живых осталась одна рота.

— Трубите отступление, — распорядился Шрам. Порученец покачнулся. — Вы ранены?

Парень мотнул головой, а в следующее мгновение рухнул. Етварт склонился над ним раньше, чем кто-то другой, а над головой что-то просвистело. Судя по всему, арбалетный болт. Что-то слишком много ему везения сегодня. Он нащупал на шее у парнишки артерию — сердце билось.

Оглянулся на денщика:

— Тащи в госпиталь!

— А вы как же?

Полковнику отчего-то стало смешно. Как он? Да нормально. В этом подземелье Шереша всем нормально. Могло быть и хуже. Как например, в передовом редуте, из которого сейчас отходила последняя сотня солдат. Последняя из пяти.

Энгарнцы и их союзники сделали, что могли. Утром кавалерия напала на авангард вражеской армии и знатно их потрепала. Они дали Шраму и его солдатам целых пять часов, чтобы закончить строительные работы. Всё равно, конечно, не успели, но сделали хоть что-то. Оборотни сосредоточились исключительно на магах. Пожалуй, это было самое сложное поручение. Никого так не охраняли, как магов. Выживет ли из этих воинов хоть кто-нибудь сегодня? Впрочем, у них защита, не хуже чем у магов: вожак с даром предвидения. Говорили, он и раньше был лучше многих, но теперь его дар еще усилился.

Кашшафцы полезли только к полудню, а должны были появиться на рассвете. Первый редут держался три часа. Если бы кашшафцы бросили все силы на это укрепление, он бы не выстоял и четверти часа, солдаты сгорели бы заживо. Теперь очередь следующих.

Как только прозвучал условный звук, оповещающий, что все живые добрались до второго редута, он кивнул трубачу:

— Огонь!

Труба запела иначе. Какое-то время он ожидал с тревогой: получится или нет? Почему так долго? А потом земля под ногами будто дрогнула, за первым редутом в воздух взлетели бревна укреплений, какие-то обломки и… да, люди и их куски, а затем встала стена пламени, раздались вопли.

Смотреть на это было жутко. Но это были враги. Их сюда не звали. План Полада сработал идеально. Не зря всю ночь не спали…

У них было около получаса передышки, пока угаснет пламя, пока враг снова соберется с силами. Это всего лишь четыре часа и первый редут.

…И снова подземелье Шереша. Правда, там, говорят, холодно, а тут очень уж жарко. Копейщики с хаканьем нанизывают врагов, отбрасывают их обратно. Звон мечей, вопли — камень Зарры все-таки попадает в редут. Раненых не выносят — некогда и некому. Если повезет и кашшафцы отступят, тогда будем разбираться, кто жив.

Ему докладывают, что остатки кавалерии Энгарна успешно держат врага на левом фланге. Воительницы тоже справляются — потери большие, но прорыва не допускают. Еще есть резервы. Полад пока придерживает их. Что с оборотнями — непонятно. И только по тому, что камни Зарры сыплются на энгарнцев не дождем, а лишь отдельными «каплями», можно предположить, что они действуют успешно.

Следующее отступление пришлось трубить уже через два часа. Последняя выжившая сотня отступила на следующую линию обороны.

Трубач смотрел на Шрама, не отрываясь, ожидая сигнала. Но полковник тоже ждал. Кашшафцы уже знают о сюрпризе. Сразу не полезут. Значит, надо выждать. Оглянувшись, он посмотрел на солдата, принесшего весть о том, что в живых осталось чуть больше роты.

— Как тебя зовут?

— Зефан, господин полковник.

— Нельзя сейчас нам поджигать. Надо дождаться, когда они пойдут в атаку. И тогда. Чтобы не зря. Понимаешь?

— Понимаю, господин полковник, — без всякого энтузиазма сообщил солдат и с тоской посмотрел на Етварта, ожидая, когда начальник перестанет разговаривать и отдаст приказ.

Но тут подскочил другой:

— Господин полковник, можно я? Я шустрый, у меня лучше получится! Как увижу, что эти с… туда полезли, так и взорву всё. И сигнала не надо. Они сигнал знают, могут обратно убежать.

Черные глаза, белые зубы сияют на чумазом лице.

— Имя?

— Шела Ястреб, господин полковник.

— Сколько тебе лет?

— Да сколько бы ни было, все мои! — рассмеялся тот. — Разрешите, господин полковник?

— Давай.

Смельчака провожали со смешанным чувством восхищения и недоумения. Выполнять приказы все привыкли, тут уж работа такая, никуда не денешься. А вот самому на верную гибель напрашиваться… Это от молодости, что ли?

— Он везучий, — шепнул Зефан. — Всегда выбирается. Может, и сейчас свезет.

И снова томительное ожидание. Так хотелось самому посмотреть, почему нет взрыва. Убили? Или действительно еще не время? А вдруг он тоже перебежал? Что делать? Еще одного отправить? Шрам нервно переступил с ноги на ногу. Самому гораздо проще пойти и сделать, чем вот так ждать. Но надо остаться здесь. Его час еще наступит. Непременно наступит.