«судья в стране фей»

Глава 1: Неожиданное пророчество

Глава первая: Неожиданное пророчество

Эльвира привыкла к порядку. Каждый аспект ее жизни был тщательно структурирован, как параграфы в юридическом кодексе. Даже в День святого Валентина, когда весь город погрузился в хаос розовых сердечек и навязчивой романтики, она сохраняла ледяное спокойствие. Судья Эльвира Корнева не верила в суеверия, астрологию и прочие «околонаучные глупости». Она верила в факты, доказательства и букву закона.

Именно поэтому встреча с подругой Яной в уютном кафе «Лавандовый улей» была для нее редким исключением из правил. Яна, в отличие от Эльвиры, была полной ее противоположностью — художница, верившая в знаки судьбы и карму.

— Ты выглядишь уставшей, — заметила Яна, попивая латте с ванилью. — Эти бракоразводные процессы в феврале тебя изматывают.

— Не больше, чем обычно, — отозвалась Эльвира, поправляя строгий серый пиджак. — Просто сегодня было особенно много эмоциональных всплесков. Все эти влюбленные, которые внезапно понимают, что ненавидят друг друга.

Именно в этот момент к их столику подошла Она.

Женщина неопределенного возраста, в платье из струящихся темно-синих тканей, усыпанном вышитыми серебряными звездами. На шее у нее болталось множество цепочек с подвесками в виде лун, кристаллов и глаз. В руках она держала колоду карт с потертыми краями.

— Девочки, позволите предложить вам взгляд в будущее, — голос у женщины был низким, немного хрипловатым. — Особенно вам, — ее взгляд упал на Эльвиру. — Я вижу вокруг вас сильное свечение, но в нем есть… трещина.

Эльвира холодно улыбнулась. Она видела таких мошенниц десятки — у здания суда, у метро, в парках.

— Согласно статье 178 Гражданского кодекса, предложение услуг без предварительного согласия может рассматриваться как навязывание, — сказала она четко, голосом, которым обычно останавливала слишком разгоряченных адвокатов. — А согласно муниципальному уставу, коммерческая деятельность в заведениях общественного питания без разрешения администрации запрещена. Я предлагаю вам покинуть это заведение до того, как я попрошу официантку вызвать охрану.

Женщина не моргнула. Ее темные глаза, казалось, видели что-то сквозь Эльвиру.

— Закон… — прошептала она. — Твоя броня и твоя клетка, судья. Но даже самый прочный замок можно открыть правильным ключом. Или сломать.

Она развернулась и бесшумно скользнула между столиками, оставив после себя сладковатый запах пачули и полыни.

Яна побледнела.

— Эля, это была не просто мошенница. Ты видела ее глаза? Это была ведьма. Настоящая. Не стоило ее обижать, тем более сегодня.

— В День святого Валентина у ведьм особенный контракт? — усмехнулась Эльвира. — Перестань, Яна. Это просто жалкая попытка выманить деньги у сентиментальных людей.

В этот момент к их столику подошла официантка с подносом.

— Горячий шоколад для вас, — улыбнулась она, ставя перед Эльвирой высокую керамическую кружку.

Напиток был произведением искусства: густой, темный шоколад был увенчан горой взбитых сливок, посыпанных корицей, на которой покоился розовый зефир, слегка подрумяненный сверху.

— Я не заказывала…

— Это от госпожи у выхода. Она сказала, что это… извинение за беспокойство, — объяснила официантка.

Эльвира хотела отказаться, но аромат корицы и шоколада был неотразим. А вдруг женщина и правда решила извиниться? Она взяла кружку, почувствовав приятное тепло через керамику.

Первый глоток был райским. Второй… странным. Во рту осталось необычное послевкусие — сладкое, но с горьковатой нотой, как у миндаля.

— Может, не стоит? — настороженно сказала Яна, но было уже поздно.

Эльвира почувствовала, как пол под ногами поплыл. Звуки кафе — смех, звон посуды, музыка — слились в один далекий гул. Сердце забилось странно, неровно. Перед глазами поплыли разноцветные пятна.

— Яна, мне… нехорошо… — прошептала она.

В последний момент, перед тем как сознание полностью оставило ее, она успела повернуть голову к выходу. Там, в дверях кафе, стояла та самая женщина в синем. И на ее лице была не улыбка, а что-то вроде торжествующей, злорадной гримасы удовлетворения. Затем все поглотила тьма.

Сознание возвращалось медленно, волнообразно. Сначала Эльвира почувствовала запах. Не кофе и выпечки, а чего-то сладкого, цветочного, пьянящего. Как гигантский цветочный сад после дождя, смешанный с медом и спелыми фруктами.

Потом пришли ощущения. Она лежала на чем-то невероятно мягком, упругом и слегка пружинящем. Не на матрасе, нет. Это было больше похоже на… гигантский лепесток?

Эльвира с трудом открыла глаза и замерла.

Она находилась внутри гигантского бутона, полупрозрачного и мерцающего нежным перламутром. Стены, если их можно было так назвать, были образованы сомкнутыми лепестками нежно-сиреневого цвета, пронизанными тончайшими золотистыми жилками, которые светились изнутри мягким теплым светом. Потолок куполом сходился к центру, где свисала люстра из живых светлячков, заключенных в ажурные сферы из какого-то растительного материала.

Комната была обставлена… мебелью, которой не могло существовать в реальности.

Стол у одной из стен выглядел как срез гигантского гриба-трутовика, плоский и идеально круглый, с концентрическими узорами на поверхности. Стулья были похожи на большие, полураскрытые шишки, обтянутые бархатистым мхом. Полки, встроенные прямо в лепестки-стены, были сделаны из переплетенных лиан, на которых лежали книги в переплетах из лепестков и коры. Книги пахли сандалом и ванилью.

Но больше всего Эльвиру поразила не мебель.

Она с ужасом посмотрела на свои руки. Кожа… ее кожа сияла. Не метафорически, а буквально излучала мягкий перламутровый свет. И по ее поверхности, от запястий к плечам, бежали, переливаясь, как жидкое золото и серебро, причудливые узоры. Они напоминали то ли древние письмена, то ли контуры листьев и цветов, и они двигались, медленно меняясь, как узоры в калейдоскопе.

В панике она вскочила и подбежала к большому зеркалу, рама которого была сделана из ветвей, покрытых живыми фиалками. Отражение заставило ее вскрикнуть.