Султанша. История Сафие

Глава 29. Предвестники перемен

К концу 1588 года Османская империя, внешне величественная, внутренне была на грани кипения. Долгая и изнурительная война с Габсбургами на европейских границах истощала казну и моральный дух армии. В Анатолии ширились восстания Джелали – разочарованных крестьян, безработных солдат и недовольных племен, которые объединялись под знаменами харизматичных, но жестоких лидеров. Экономика страдала от инфляции и коррупции.

Султан Мурад III был лишь тенью себя прежнего, его апатия к государственным делам стала притчей во языцех даже среди простого народа. Все нити власти, так или иначе, стекались к Сафие Султан, но её возрастающее влияние вызывало зависть и раздражение у Великого Визиря и его сторонников, а также у консервативных улемов. Империя ощущалась как натянутая струна, готовая порваться. Все чувствовали, что надвигаются перемены, но никто не мог точно сказать, когда и как.

Поздним вечером, Сафие Султан принимала в своих покоях Хаджи Мустафу-агу и Якуба. Оба были мрачны.

"Госпожа, вести из Анатолии всё хуже. Лидер Джелали, Кара Языджи, собрал огромную армию. Он контролирует целые провинции. Наши паши не могут справиться с ним. И народ… народ поддерживает его. Они устали от налогов и несправедливости."

"На рынках Стамбула люди шепчутся о приближающемся голоде. Цены на зерно растут каждый день. А янычары… они тоже недовольны. Говорят, их жалование задерживается. И они ждут… перемен."

"Янычары? Они всегда ищут повод для беспорядков. Что именно они говорят? Намеки на смену Султана?"

"Прямых слов нет, госпожа. Но они говорят о 'новом дыхании для империи'. О 'сильной руке, которая наведет порядок'. Они видят слабость Султана. И они знают, что его время… скоро закончится."

Сафие встала и подошла к окну. За ним виднелись купола и минареты, возвышающиеся над городом. Эта империя была её целью. Её сыну предстояло её унаследовать, но в каком состоянии?

"Слабость. Вот что они видят. А слабость Султана – это моя сила. Но она же может стать и моей гибелью, если я не буду достаточно быстрой. Мурад… его время уходит. И когда он уйдет, я должна буду действовать мгновенно."

"Передайте всем моим людям: удвоить бдительность. Каждый слух, каждый инцидент, каждое проявление недовольства – немедленно мне. Я хочу знать о каждом камне, что пошевелился в стенах этой империи."

"Что касается Дивана. Какие настроения там? Великий Визирь Сиявуш-паша… он пытается что-то предпринять?"

"Он пытается укрепить свои позиции, госпожа. Он собирает своих сторонников. Он знает, что скоро начнется борьба за власть. И он видит вас, как свою главную угрозу."

"Пусть видит. Я не боюсь его. Но мы должны быть на шаг впереди. Укрепите связи с Шемси-агой и Мустафой-пашой. Обещайте им всё, что они хотят. Когда придет время, их верность будет ключевой."

На мгновение она закрыла глаза, словно пытаясь сосредоточиться на этой огромной, сложной картине. Все нити сходились в одной точке: смерть Мурада III. Это было неизбежно, и это событие станет катализатором.

"Подготовьте всё для Шехзаде Мехмеда. Его люди в Манисе должны быть в полной боевой готовности. Его путь к трону должен быть быстрым и неоспоримым. Никаких промедлений. Никаких колебаний. Никаких… сюрпризов."

"Трон ждёт. Но путь к нему лежит через кровь и хаос. Мой сын не должен дрогнуть. И я не дрогну. Я сделаю всё, чтобы этот переход был моим триумфом. И началом новой эры. Моей эры."

Зимние дни в гареме были наполнены не только холодом, но и лихорадочной подготовкой. Напряжение нарастало, предчувствие грядущих событий витало в воздухе, словно запах грядущей битвы. Сафие Султан была готова. Её время пришло.