Султанша. История Хюррем

Глава 36. Рождение шехзаде Мехмеда

Долгие месяцы ожидания были наполнены тревогой и тайной борьбой. Каждое утро Хюррем просыпалась с мыслью о своём нерождённом ребёнке, о его безопасности. Она тщательно следила за каждым шагом, каждым словом вокруг себя, полагаясь только на свою интуицию и редкие, но верные донесения от тех немногих, кому она могла хоть отчасти доверять. И вот настал день. Долгие, мучительные часы родов были полны боли и страха, но Хюррем стиснула зубы. Она должна была выдержать. Ради него. Ради своего ребёнка. Когда, наконец, раздался пронзительный, сильный крик новорождённого, акушерки и повитухи засуетились. Главная повитуха, осмотрев младенца, радостно воскликнула:

"Шехзаде! Это Шехзаде, Хюррем Хатун! Мальчик!"

Радость захлестнула Хюррем с такой силой, что она забыла обо всей боли. Сын! У неё сын! Она подняла дрожащую руку, чтобы коснуться крошечного личика, которое принесли ей. Он был таким маленьким, таким совершенным. Её сын. Её наследник. Новость мгновенно, словно на крыльях ветра, облетела гарем. Затем дворец. И, наконец, достигла ушей Султана. Сулейман Великолепный, сидевший в своём кабинете и ожидавший вестей, услышал крики радости и поздравления, доносящиеся из гарема. Он вскочил. Когда Сюмбюль-ага вошёл, его лицо сияло непривычной улыбкой.

"Мой Султан! Поздравляю! Аллах даровал вам нового Шехзаде!" – воскликнул евнух. – "Хюррем Хатун родила мальчика! Сильного и здорового!"

Лицо Сулеймана озарилось непередаваемым счастьем. Он, великий воин и правитель, был сейчас просто отцом, чьё сердце переполняла любовь. Он тут же поспешил в гарем, не обращая внимания на недовольные взгляды Махидевран, которая, узнав новость, побледнела и чуть не упала в обморок. Сулейман вошёл в комнату Хюррем. Он склонился над ней, его глаза были полны нежности.

"Моя Хюррем," – прошептал он, беря на руки крошечный свёрток. – "Ты подарила мне счастье. Моего сына."

Он прижал младенца к себе, а затем прошептал на ушко новорождённому имя, которое он выбрал.

"Мехмед. Шехзаде Мехмед. Ты будешь сильным, мой лев."

Для Хюррем это был момент триумфа. Рождение Шехзаде Мехмеда стало её щитом. Её позиция во дворце теперь была непоколебима. Махидевран Султан могла гневаться сколько угодно, но теперь у Хюррем был собственный сын, прямой наследник Султана. Это была её кровь, её плоть, её будущее. В гареме мгновенно изменилась динамика. Служанки стали более услужливы, калфы – почтительны. Даже Афифе Хатун, обычно строгая, теперь смотрела на Хюррем с нескрываемым одобрением. Те, кто раньше бросал ядовитые взгляды, теперь вынуждены были склонять головы в почтительном поклоне. Махидевран Султан была в отчаянии. Её сын Мустафа был старшим наследником, но Сулейман явно боготворил Хюррем. Рождение ещё одного сына от любимой женщины ставило под угрозу будущее Мустафы.

"Это лишь начало, Махидевран," – прошептала Мелек, пытаясь утешить её. – "Один сын – это ещё не все."

"Она отнимет у меня всё! Она отнимет у меня даже моё дитя!" – рыдала Махидевран, её руки были сжаты в кулаки.

Хюррем, однако, не ликовала открыто. Она знала, что этот триумф – лишь первый шаг в долгой и опасной игре. Её позиции укрепились, но вместе с тем возросла и опасность. Теперь, когда она родила сына, на кону было не только её выживание, но и будущее её ребёнка. И она должна была защищать его от всех, кто захочет ему навредить. Её любовь к маленькому Мехмеду давала ей небывалую силу, но и небывалый страх. Борьба продолжалась, но теперь у неё было то, за что действительно стоило сражаться.