Сумасшедшие деньги

Эпилог

Шпындель открыл глаза. Он почувствовал сильную головную боль и удивился — как ему удалось спать с такой болью почти без сновидений. Головная боль прекращалась только от таблеток, которые ему давал Поль Парус, он же агент Мачта. Вот уже несколько дней Шпындель мучился этими болями. Они начались после того, как в том бою у Купола в него попало люцианское био-излучение.

Шпындель помнил ту ночь сумбурно. Он смутно помнил, как инициировал драку с Контролёром и в процессе этой драки сделал то, что должен — сломал Купол, нарушил его целостность. Из-за этого люцианам не удалось ментально воздействовать на разум землян — несмотря на то, что Гранд Окулярис был у них. Люциане первым делом превратили Контролёра в горстку пепла, выстрелив в него разом вчетвером из своих глаз. Шпындель верил, что он следующий. Но внезапно явилось подкрепление. Мори Килло, она же Агент Два-Девять, отчаянно понеслась на четверых люциан. Она стреляла из двух пистолетов, без перебоя. Ей удалось сразить сразу двоих. Она кричала Шпынделю, чтоб он бежал, уносил ноги. Но разве он мог?

Да, он не любил Мори. Он знал, что она своенравная, своеобразная дама. Мори не любили многие Упыри, но тем не менее помогали ТДВГ. Для того, чтобы уважать человека и желать ему добра, желать, чтобы с ним не случилось ничего плохого — вовсе не обязательно этого человека любить. Шпындель, вместо того, чтобы бежать, скрываться в руинах, в ночном лесу, решил остаться с Мори. Он набросился на ближайшего стоящего к нему люцианина, голыми руками. Никогда ещё Шпындель не был так смел, так отчаян. Ещё пять лет назад его мог обидеть любой хулиган, который меньше его ростом в три раза.

Последний оставшийся в живых пришелец полоснул по Шпынделю выстрелом из глаз. Задело голову. Шпындель потерял сознание. Его большое тело упало на недостроенную стену, и эта стена упала на него сверху. Шпындель молился, чтобы Мори выжила — о себе он забыл. Он в самый последний момент думал о брате.

Шпындель потом вспоминал, что ему снился брат. Возможно, то были предсмертные видения, инициированные черепно-мозговой травмой инопланетного происхождения. Шпындель видел своего старшего брата — Квинта Флакка, Шлынделя, погибшего пять лет назад в перестрелке с бандой Ежей. Квинт сказал ему в этом сне:

— Ещё не время, братишка. Всё только начинается у тебя. Возвращайся. Ни жалей ни о чём. И помни: жизнь коротка, жизнь одна, и делай всегда то, чтобы было удовольствие. Второго случая порадовать себя может и не представиться.

Позже Шпындель припомнил, что так любит говорить его лучший друг Удав. Который заменил Шпынделю брата. И Шпындель подумал о том, что ему всё-таки его брат приснился.

Шпындель несколько дней пролежал в забытьи. Голова сильно болела. Он время от времени приходил в себя, видел возле себя Поля Паруса и пугался. Думал, что он в морге или уже умер. Но Поль успокаивал его, давал таблетки, лечил, выхаживал. Иногда приходила Мори. Поль говорил, что Мори сидела с ним рядом, когда он был без сознания. Шпынделя это растрогало. Он всё хотел поговорить с Мори, но случая не представлялось. Когда Шпындель был в сознании и боль отступала из-за действия таблеток — Мори было некогда, она занималась делами. Когда боль возвращалась, Шпындель снова впадал в забытьё.

Иногда приходили ребята из банды Упырей. Они приносили разные слухи. Из них Шпындель узнал, что то, что он сделал, остановило всеобщее безумие. Ещё Шпындель узнал про Удава. Ему сказали, что Удав был вынужден залечь на дно, его долго никто не увидит, однако с ним всё в порядке. Шпынедль одновременно расстроился, что произошло такое неожиданное расставание с другом, но при этом обрадовался — ведь Удав жив, и это самое главное.

И вот сегодня Шпындель проснулся с дикой головной болью, в который день. Он потянулся за таблетками, и внезапно услышал голос:

— Здравствуй, Аврелий Флакк. Я рада тебя видеть.

Шпындель повернулся на голос, морщась от боли, увидел Мори. Руководительница Танресского филиала ТДВГ выглядела устало, но по-домашнему и душевно улыбалась. Будто была родной тётей Шпынделя.

Превозмогая боль, Шпындель улыбнулся.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Теперь да. Благодаря тебе, — кивнула Мори. — У меня для тебя хорошие новости. Скоро придёт Ёпс, он давно хочет тебя повидать. Он помогает твоей бабушке, они вместе желают тебе скоро выздороветь и вновь встать в обойму.

— И я его тоже желаю видеть, поблагодарить, что не бросил бабушку, — обрадовался Шпындель. И грустно добавил: — А я бросил. Я хочу вернуться домой.

Тут же он поморщился от спазма боли. И едва не выругался. Мори положила ему руку на плечо:

— Всё пройдёт. Нет, ты не бросил никого. Твоя бабушка знает, что ты поранился на работе. Знаешь, Аврелий, я к тебе пришла по делу. Конечно, прежде всего мне захотелось поговорить с тобой, пожелать тебе здоровья, но я имею к тебе корыстный интерес.

— Ты честная, — улыбнулся Шпындель и вздохнул. Болела голова сильно, а пить таблетки при Мори он немного стеснялся.

— Удав был одним из моих самых лучших агентов. А его забрал к себе Скорпион, представляешь? Ворует у меня ценные кадры! И так у меня мало людей здесь. Я тебе предлагаю вступить в наши ряды. Знаю, тебя звали, ты отказывался. Предлагаю ещё раз подумать.

Шпындель почувствовал, как его головная боль внезапно куда-то делась. На короткий миг. Потом снова заболело всё с удвоенной силой. Он закрыл глаза. И выдохнул:

— Я уже подумал, Мори. Я согласен. Ты меня спасла. Ты верила в меня, отправила на это дело, а сам я и не думал, что справлюсь. Да, согласен, но при одном условии. Я остаюсь Упырём.

— Конечно, ты остаёшься Упырём. Нам так даже выгоднее, продолжать иметь вашу банду в союзниках, — Мори заметно обрадовалась. Её глаза засветились. Она сжала мощное плечо Шпынделя довольно мощной хваткой.

Шпындель и не подозревал, что в ней столько силищи. Он поморщился от нового приступа боли.

— Я сейчас не в форме. Плохой из меня агент... — вздохнул он.