Сумасшедший

Глава 26

Эндрю находился за тёмными решетками, где он постепенно ослабевал без воды. Его заковали в цепи, наделённые чёрной магией, и подвесили на стенке. Вонь была настолько ужасной, что дышать было невозможно, и он терял сознание, а потом приходил в себя. Руки уже были все в крови от боли, что наносили ему цепи. Однако он держался: где-то в глубине души он знал, что его спасут, что не оставят здесь на произвол судьбы. Больше всего он волновался за Люмирена. Он не знал, где он, выбрался ли и что с ним произошло. Он даже был готов умереть там же, если бы знал, что его друга тоже нет.

— Всё ещё держишься, да, Эндрю Бекхэм? – спросил Томас, вошедший в тюрьму, развеяв его мысли.

— Я так просто не сдамся, даже не надейся.

— Кто—то наложил сонное заклятье на стражей вчера ночью. Знаешь что—нибудь об этом?

— Откуда я могу знать, если я нахожусь здесь?

Томас со всей силой ударил Эндрю, и тот харкнул кровью.

— Верно. Ты был здесь. И знаешь, твой дружок сбежал вместе с другими жалкими букашками.

Эндрю открыл глаза и с удивлением посмотрел на него.

— Чего ты удивляешься? Вы ведь привыкли сбегать. Оттуда было невозможно сбежать, и яма отнимала все жизненные силы. Откуда у Люмирена так много сил?

— Да пошёл ты! Видеть тебя уже не могу. Ты мне так жизнь испортил, будь ты проклят!

Очередным ударом по лицу Томас схватил его за горло, и Эндрю задыхался.

— Однако, – продолжал он, еле дыша, – я тебе благодарен. Ты дал мне столько всего хорошего в моей жизни, сам того не понимая. Ты думал, что загробишь меня в той больнице, – он почти задыхался, однако продолжал говорить, – но я познакомился с такими прекрасными созданиями и в то же время их потерял. И… Люмирен… – Эндрю почти терял сознание, – ты принёс в мою жизнь великую дружбу.

— Заткнись! Не смей упоминать его имя. Как же вы мне надоели, я убью тебя! – и стал давить сильнее. Эндрю уже не мог продержаться и вот—вот был готов попрощаться с жизнью, но Томас его резко отпустил. – Ты не умрёшь так просто. Ты будешь страдать. Ой, что это у тебя здесь? – от очередного удара из внутреннего кармана выпал дневник. – Блокнот? Зачем тебе блокнот?

— Не смей это трогать! – через силу произнёс Эндрю.

— Очередные свои сказки сюда записывал? Так, посмотрим… интересно… ты записывал всё, что происходило в больнице. Долго же ты ведёшь это. Мне будет интересно это прочитать. Возьму-ка я это себе, – взяв дневник, Томас покинул тюрьму, оставив Эндрю одного беспомощным и истощённым.

Король Элирион был в ярости, когда узнал, что пленники сбежали. Он крушил всё на своём пути и отправил стражей в деревню с приказом убить всех на своём пути. Его злость обрушилась и на Томаса, и тот смиренно стоял на коленях перед ним.

— Столько лет они томились в этой яме! Это было ошибкой бросить туда моего мерзкого брата. Надо было отправить его в тюрьму, как того гадёныша.

— Мы найдём их, мой Лорд, я вам обещаю. И тогда я сам их убью.

— Нет! Люмирен мой. Я должен его убить. С остальными можешь делать что хочешь.

— Как прикажете, мой король.

***

Пыльца Люмирена уже почти закончилась. Он использовал её на всех стражей, что ему попадались на пути. В надежде найти Эндрю, он прошёлся по всему замку и понимал, что, если он не поспешит, второго шанса выбраться оттуда живым уже не будет. Он понимал, что его брат знает, как ему дорог Эндрю, и возможно, держит его в другом месте. Только где это место, он не знал. С одной стороны, он пожалел, что не взял с собой друзей, но с другой стороны, он не хотел рисковать ими и их свободой.

— Где же ты, друг мой? Как мне тебя найти? Была бы хоть какая—то зацепка…

— Сегодня король очень злой. Он узнал, что пленники сбежали, и на эту деревню опять наслал стражников, – услышались вдруг голоса. Люмирениспугался и быстро спрятался за углом огромного тёмного коридора.

— Говорят, он хочет поймать его и убить. И из—за этого так нацелен на эту деревню. Зачем она ему сдалась, не понимаю, – подтвердил другой.

— А тот пленник, которого он держит в тюрьме, совсем уже на исходе. Говорят, он никак не сдаётся, каждый раз Томас выходит оттуда грубым и злым.

Сердце Люмирена забилось быстрее, и он не знал, куда себя деть. На деревню опять напали, Эндрю держат в тюрьме, и он не знает, куда идти, как спасти его. Слишком много навалилось, что он едва справлялся с бурей внутри. Его душа уже не выдерживала всего этого. Ему хотелось просто лечь и горько плакать. Он был зол, что его брат и Томас испортили всю его жизнь. С самого детства его лишили семьи и отдали на воспитание другой фее. Своего отца он не видел и больше никогда не увидит, а мать умерла, давая ему жизнь. Старший брат из-за ненависти и жажды власти лишил его радости жизни, а Томас загремел его в психушку, где он каждый день страдал на протяжении десяти лет. Он никогда не смог бы простить ему это за утраченные годы жизни. Стражники не заметили его в темноте и прошли мимо. Он старался спрятать свои крылья, которые светятся в темноте. Он не смог устоять на ногах и упал на колени. Сердце вот—вот взорвалось бы от боли и злобы, и от избытка чувств глаза наполнились слезами. Он быстро встал и вытер свои слёзы: нельзя было лить слёзы, надо было спасать Эндрю, а потом вернуться в деревню и помочь остальным. Теперь он знал, где его держат, и сейчас главное было найти его.

Он направился в подземелье замка в надежде найти там тюремное крыло. Каждый шаг был рискованным, но он продолжал двигаться, полагаясь на свои навыки и интуицию. Используя свою магическую пыльцу, чтобы усыпить оставшихся стражников, он продвигался по тёмным коридорам.

На подходе к подземельям Люмирен использовал остатки своей пыльцы на стражей, которые охраняли вход. Теперь у него осталась лишь щепотка пыльцы, и он понимал, что останется без магической защиты и вынужден будет полагаться на свои боевые навыки и хитрость.

Тюремные решётки были пусты; лишь останки черепов и скелетов напоминали о тех, кто когда—то был заключён здесь. Люмирен двигался дальше, мимо пустых камер, наполненных тишиной и эхом его шагов. Он сохранял надежду, что Эндрю ещё жив и находится где-то здесь.