Сумеречье. Девчонка из Слезных трущоб

Глава 11

Такие переходы мне прежде совершать не доводилось, но не успела я этого испугаться, как все закончилось.

-Глаза уже можно открыть, - сообщили, ставя меня на ноги.

Где мы оказались, я поняла не сразу. Сердце колотилось неистово, руки сделались холодными и влажными, в голове творилась полнейшая каша. Слишком резко все произошло, и я была полностью дезориентирована.

Первым, что отметила, был запах тушеных бобов, к которому примешивался запах рыбы. Следом пришло понимание, что мы находимся в небольшом помещении с низкими потолками и характерно пошатывающимся под ногами полом.

У переносной чугунной печи, где пылал подпитываемый магией огонь, стоял гнолл, занимающийся приготовлением тех самых бобов. Невысокий, жилистый, с ярко-желтыми глазами и одним острым, выходящим на губу клыком.

-Это старина Хэкс, наш кок, - представил оборотня Флинт. – Хэкс, это Фрида, наша сегодняшняя гостья.

Гнолл поднял на меня свои нереально желтые глаза, втянул приплюснутым носом воздух и философски заметил:

-Баба на корабле – быть беде.

Сговорились они все, что ли, это повторять?

-А можно узнать, - проговорила я, скосив глаза на капитана пиратов, – Что «баба» вообще на корабле делает? Вы ведь сказали, что отнесете меня покормить котиков и тут же вернете назад!

Флинт снисходительно улыбнулся и, бесцеремонно принявшись одевать на меня китель, заметил:

-Ты плохо слушала, синеглазка. Я не любитель держать слово, если обратное не угрожает моей жизни. К тому же, прежде чем идти к твоим подопечным, следует запастись рыбой, разве не так?

Так-то оно, конечно, так, но…почему он это делает? Почему со мной возится? Ши побери, да почему две едва ли не самые известные личности королевства одновременно одаривают меня своим вниманием?!

-Знаешь, когда-то мне довелось ощутить на своем плече хватку чернозубой акулы, - поделился Флинт, застегивая пуговички на моем кителе. – Так вот перед тем как броситься, она смотрела так же, как сейчас на меня смотришь ты.

Только теперь заметила, что размышления на время полностью вытеснили страх. Но как только я это осознала, так он тут же вернулся, став даже сильнее, чем был.

Опустив взгляд на покачивающийся под ногами деревянный пол, я тихо спросила:

-Мы сейчас на Черном Призраке… да?

-Пойдем, - вместо ответа поманил за собой пират и, уже выходя из камбуза, велел коку: – Собери нам синеводки.

Я еще немного постояла на месте, проклиная тот миг, когда заикнулась о котятах, после чего наткнулась на немигающие желтые глаза и почти побежала за Флинтом.

Потом, обо всем подумаю потом! Если бы мне хотели причинить вред, уже давно бы это сделали.

Но как же сложно было сознавать, что я нахожусь на том самом легендарном корабле! Поднебесные и даже Глубинные, дайте мне сил, чтобы не сойти с ума! Это ведь нереально…

Зато морозный ветер и брызги волн были очень даже реальными, так что я, оказавшись на палубе, тут же обхватила себя руками и поежилась. Затем вспомнила, что в библиотеку пришла в неизменном шарфе, сняла его и перевязала, частично накинув на голову.

-Перестань дрожать, синеглазка, - чуть раздраженно бросил Флинт. – Здесь тебя никто не тронет.

Стуча зубами не то от холода, не то от страха, я пробормотала:

-Вы же не держите обещаний. С какой стати мне вам верить?

-Быстро учишься, – с прежней иронией бросил Флинт. – Но на сей раз это не обещание, а констатация факта.

Не пойми с чего, Кайру Флинту взбрело в голову устроить для меня прогулку по своему кораблю, и мне не оставалось ничего другого, кроме как послушно за ним следовать. Надо сказать, находиться на Черном Призраке было жутковато. Черные паруса терзал ошалевший ветер, он же забавлялся с поднятым рваным флагом, реи скрипели и покачивались, на палубу залетал смешанный с морской водой снег.

Но больше всего заставляла нервничать команда.

Пираты.

Много пиратов!

Много слаженно работающих пиратов!

-Пошевеливайтесь, крысы трюмные! – кричал грузный, широкоплечий полутролль, сверкающий золотым кольцом, продетым в левую ноздрю. – Живее, не то на корм потерянным отдам!

Он поправил черную, повязанную на голову бандану и, обращаясь к худенькому мальчишке матросу, еще громче рыкнул:

-Живее, кому сказал!

Коснувшись моего плеча, Флинт кивнул на этого самого полутролля и представил:

-Наш боцман. Славный малый, хоть по виду и не скажешь. А вон там, – кивок на парня, в предки которого явно затесался эльф. – Ослар. Или Ослик, как мы его зовем за длинные уши. Бедняга однажды подался зову сирены, да с тех пор так и остался глухим.

Отведя взгляд от вышеупомянутого Ослика, я внезапно заметила сидящего на бочонке толстяка. Его отличали чрезмерно большие руки, глянцевая лысина и непомерно густая черная борода. Но привлекла меня вовсе не внешность, а книга, в чтение которой он был погружен.