Сумеречница 2 часть

Глава 23

Риэлла пришла к озеру незадолго до того времени, о котором договорилась с русалкой. Уже у озера она сняла иллюзорный облик с обычной одеждой. Эта иллюзия нужна была, чтобы не привлекать внимания и при этом не таскаться лишними вещами. В таких случаях идеально использовать артефакты, но есть те, кто может видеть сквозь иллюзии. Обычно этот навык развит у тех, кто сам может создавать иллюзии, но бывают и исключения. Например, чародеи с предрасположенностью к лунным чарам тоже не восприимчивы к некоторым видам магии того же атрибута, а иллюзии как раз к ним и относятся. Притом что невосприимчивость зависит и от мощности самой иллюзии и мастерства, ее наложившего. Риэлла решила не звать Миорию, а устроилась на берегу, ведь знала, что подруга за ней придет ближе к установленному времени. Сумеречниц решила обдумать, какую ей лучше магию применить, чтобы дышать под водой. Но перед этим она сняла иллюзию, которая скрывала часть ее украшений.
— Блистяшечка! Я думала, что тебя еще ждать придется! Обычно двуногие не чувствуют времени, — радость прощебетала Миория. Сегодня русалка была куда нарядные чем обычно. Если чаще всего Элла видела ее в легких, летучих одеждах, что намокнув едва скрывали чешую на коже ее подруги, то сейчас она была одета более броско. На ней был наряд из ткани, которая переливалась бликам красных и оранжевых оттенков. На свободном платье украшением служил яркий широкий пояс с прикрепленными круглыми кусочками ракушек, которые были похожи на чешуйки, но на каждой из таких «чешуек» красовался маленький драгоценный камень в обрамлении из золота или металла на него похожего.
— Как я могла проявить такое неуважение? Я в обычные дни прихожу вовремя, а тут праздник, — наигранно обиделась сумеречница.
— Ты не дуйся, блестяшечка, а давай руку и заходи в воду, — сказала Миория, протягивая левую руку, а правой она держалась за обрывистый берег. У русалок такой жест символизирует благосклонность, ведь левая рука ближе к сердцу, а значит,
протянутянув ее в приветствие и как предложение помощи равносильно признанию в ком-то близкого по духу или открыть свою симпатию.
— Я еще не наложила магию, чтобы дышать под водой, — сказала Элла, принимая такой жест несмело. Она понимала его значение и знала, что отказаться невежливо. Потому девушке пришлось взяться за руку Миории, хоть и не была уверена, что вынесет груз отвтственности.
— А тебе и не нужно, блестяшечка. Заходи в воду и я с этим все решу.
— Доверюсь тебе, — сказала девушка, погружаясь в воду рядом с подругой. Вода была куда теплее, чем когда Элла проверяла температуру, опустив руки в воду до прихода русалки.
— Ты не пожалеешь, об этом решении, — сказал Миория, улыбаясь широкой улыбкой, оголяя аккуратные зубы, что почти все были слегка заострены, как клыки.
Они оставались на поверхности, но русалка отразила сумеречницу ближе к центру озера. После этого она запела, зачитывая нараспев слова, пропитанные магией и чарами одновременно. Элла не могла понять, это было заклинание или благословение, ведь знала только некоторые слова на языке русалок. Она не помнила, кто и когда её этому учил, но знала, что запомнила эти слова по песням, которые иногда поет и теперь.
В следующее мгновение отражение луны сместилось и они оказались в его центр, но этот свет постепенно устремился к Риэлле, вписываясь в её кожу. Миория своим пением его усиливала, а когда она замолчала, Эллу полностью окутал яркий свет. Сумеречница ощущала себя так, будто находиться не в воде, а парит в теплом облаке.
Когда свет стал угасать, русалка удивилась эффекту своей песни. Элла не понимала, что случилось и ещё больше не понимала, почему на лице её подруги бурлит смесь восторга и шока. Но лишь ощутив опять кожей воду, сумеречница поняла в чем дело.
— Я в восторге, блистяшечка! Твой хвост как настоящий! Как так? Неужели у тебя в роду были Океанийцы? — сказала русалочка, кружась вокруг Риэллы.
— Не понимаю, — сказала Элла и опустила взгляд на свои ноги, не ожидая увидеть хвост. — Как? Что ты сделала?
— Я? Я просто даровала тебе благословение. Обычно оно дает возможность дышать под водой и повышает контроль стихии воды, — сказала растерянно русалка. — Не думала, что у тебя хост появится! Но ты теперь совсем как мы! Это же замечательно!
— Я смогу вернуть свои ноги? — спросила Элла, махнув хвостом и забрызгав все вокруг и подругу водой.
— Даже не знаю. Я с таким не сталкивалась! Надо с прапра поговорить! Она точно скажет, что и как делать, — задумчиво закивала Миория.
— Неужели я останусь остаток жизни русалкой? А моя жизнь? — сказала Элла, чувствуя болезненный укол в сердце. Она едва не уронила слезу, вспомнив дорогих людей, осознавая, что может нескоро их увидеть. За годы жизни их накопилось больше, чем она ожидала, отчего было только сложнее принять случившееся.