Сумеречные сага о Катрине

7 глава

Пункт к возрождению лежит через смерть. Иногда внезапную. Иногда намеренную. Но смысл один: твоя старая суть умирает - и если кто-то достаточно безумен или отчаянно влюблён, чтобы спасти тебя, ты возвращаешься... не тем, кем была. Я не знаю, кто я сейчас. Может, чудовище. Может, тень. А может, просто пленница чужой воли.

Прошла неделя с тех пор, как меня перевезли в эту крепость. Здесь слишком тихо. Слишком холодно. И слишком... прекрасно, чтобы быть живым.

В этом замке я нашла кое-что... живое.
Не людей. Не ключи. Даже не карту.
Я нашла блокнот.

Он стоял один, на верхней полке большого белого стеллажа, словно ждал именно меня. В этой комнате напротив кровати было несколько таких полок - все аккуратно заставлены одинаковыми, ослепительно-белыми тетрадями. Одни - с пустыми страницами. Другие - запечатаны сургучом, как будто чьи-то мысли были слишком опасны для чтения.

Мой взгляд остановился на одном блокноте без замка. Обложка мягкая, светло-серая, тканевая. Когда я дотронулась до неё, по коже пробежал холодок. Как будто этот блокнот помнил прикосновения тех, кто держал его до меня.

Я сняла его с полки, сдула невидимую пыль - и почувствовала, как внутри меня проснулась потребность писать. Говорить, хотя бы с бумагой. Если не с людьми.
Писать - значит оставаться собой. Не раствориться. Не стать такой, как они.

Внутри шкафа я нашла небольшой столик, на котором, судя по всему, раньше стояла обувь. Я передвинула его к стене, убрав всё лишнее. Обувь мне сейчас ни к чему. Бегать отсюда всё равно некуда.
На одной из нижних полок, как подарок, лежала черная ручка с пером. Очень старая, в тяжёлой оправе. Я поднесла её к глазам. На гравировке - инициалы: A.M. Кто она была, эта A.M.? Может, такая же пленница?

Я села на край кровати, блокнот на коленях, перо в руке.
Сначала - тишина.
Мысленно я прогнала чужие голоса.
Потом вдохнула - и написала первую строчку. Так начался мой рассказ.
К.Сальвадор
> Сегодня понедельник. 13 октября.
Если вы это читаете, значит я всё ещё борюсь... В этом замке всегда тихо, слишком тихо. Кажется, стены умеют слушать, а окна смотрят в душу.
Прошла неделя с того момента, как я оказалась здесь. Каждый день будто повторяется. Разная еда, разные лица, но суть не меняется - я всё ещё не свободна.
Сегодня я нашла этот блокнот. Он стоял на полке напротив кровати, среди других таких же - пустых, безымянных.
И я решила: если я не могу уйти отсюда, то хотя бы оставлю свою историю. Чтобы кто-то знал, что я была здесь. Что я боролась.
Каменные коридоры отражают каждый мой шаг, будто я - последняя душа в этом мёртвом замке. Но он не мёртв. Он дышит своей тишиной. Здесь чувствуется история. Мрачная, вековая, пронизанная кровью и обречённостью.
Каждое утро - как сон. Слуги - другие. Еда - другая. Даже вино. Иногда... кровь. Они подают её, как проверку. Проверку на голод. На срыв. Пока я держусь. Пока во мне ещё теплится человечность. Но сегодня всё изменилось.

Меня перевезли.В другой замок. Вернее, особняк. Он больше походил на резиденцию древнего рода. Более... человеческий. Более изысканный.
Но внутри - всё тоже: я в заточении.

Мы прибыли под покровом ночи. Я сидела в машине с тонированными стёклами, будто трофей, прикованный к будущему, которого не выбирала.

Перед особняком высился огромный забор, выкрашенный в тёмно-алый цвет. По его изгибам шли вензеля и узоры в форме золотых роз, переплетённые с чертополохом. Это был не просто забор - это было предупреждение.
У ворот - чёрная кованая камера, направленная прямо на меня. Она следила. Они все следили.

Сам дом был одноэтажным, но занимал площадь с маленький квартал. Архитектура готическая - высокие арки, стрельчатые окна, витражи с изображениями луны и кровавых роз. По периметру ходили охранники в чёрных плащах, их лица скрывались под капюшонами. Но я знала - они не люди.

Снаружи находился сад, настолько выверенный и ухоженный, что казался ненастоящим.
Цветы расцветали по кругам цвета радуги - лаванда, чёрные георгины, алые гладиолусы, белые лилии, синие ирисы.
Пруд с серебристыми рыбами. Они шевелились, будто чувствовали, что в этом месте даже вода подчиняется правилам.
Рядом - живой лабиринт, всего по колено. В нём можно потеряться только мысленно, а не физически.
Скамейки с коваными ножками были расставлены по кругу, словно в саду проводили собрания. Возможно, жертвоприношения.

Но внутри... внутри было хуже.

Меня провели по белым мраморным коридорам. Потолки под 5 метров, люстры из чёрного хрусталя, которые не давали света, а, казалось, гасили его.
Картины вдоль стен - аристократы с пустыми глазами. Вампиры, без сомнения. Их одежда, осанка, взгляд - как у теней прошлого.

Меня провели в одну из комнат. На удивление, она была пустой.
Стены - белые, как в больнице. Никаких окон.
Никаких зеркал.
Никаких часов.
Даже туалетного столика не было. Только дверь-шкаф, больше похожая на кладовку. Внутри - две ночные рубашки и несколько книг на староанглийском.

Меня прикрепили за ногу к двуспальной кровати - звено из тонкой серебряной цепи, будто напоминание: даже роскошь здесь - это клетка.
Кровать, хоть и огромная, была старой - кованое изголовье, мягкий матрас, но без подушек. Только один маленький белый диван напротив, без подлокотников. Уютно? Нет.
Идеально - чтобы сойти с ума.

Меня держат, как трофей. Как сосуд. Как невесту смерти, ожидающую своего ритуала.
С каждым днём моё сердце бьётся всё тише.
С каждым шагом по этому дому я чувствую, как возрождение всё ближе. Не по моей воле. Не по моему выбору.
Но если им кажется, что я сломаюсь - они ошибаются. И я не отдам свою душу без боя.