Сумерки. Сага. Последняя битва.

Пролог.

В подземелье разрушенного замка было темно и сыро. Величавое строение, от былой славы которого не осталось ровным счетом ничего, давно уже превратилось в руины, являя взору туристов печальное зрелище. Уцелела только часть смотровой башни с выщербленными бойницами... Когда-то здесь водружался флагшток.

Впрочем, редкие смельчаки, сумевшие добраться до этих Богом забытых окраин, отнюдь не жаловали это странное место, наводившее на людей тоску и оторопь, а также бессознательное желание бежать - бежать без оглядки, подчиняясь животному инстинкту самосохранения... Бежать и кричать, захлебываясь тухлым воздухом… Вопить от первобытного ужаса... под треск тусклых, фантомных факелов… наматывая на ослабевшие конечности липкую вековую паутину… спотыкаясь и падая… падая… падая…Казалось, что лишь бесплотные духи, порожденные воспаленной фантазией средневековых сказителей, могут обитать в этом скорбном пристанище древних легенд...

Однако там, в подземелье, во мраке, настолько густом, что кажется осязаемым, в окружении склизких черных камней, в которые въелась гарь и копоть древнего пожарища, под мерный звук падающих капель происходил весьма оживленный диалог, неслышимый человеческому уху - неясный шорох, нечаянный сквозняк... не более того...

- Сейчас самое подходящее время, - прошелестел незримый в темноте.

- Да... Вольтури посрамлены. Они еще долго будут пребывать в замешательстве, - вторил другой, - что ни говори, желтоглазые сумели им противостоять и весьма успешно… - тихий сухой треск был похож на треск разрываемой ветхой ткани… однако, звук этот был настолько зловещим и тошнотворным, что, современный подросток решил бы, что это рвется плоть киношного зомби… и не был бы так далек от Истины.

- Эта новорожденная... заставила трепетать гнусных самозванцев! Жаль только, нам не представилось возможности обратить их в Прах! - продолжал первый, издавая глухое рычание, выкашливая многовековую злобу и презрение.

- Отмщение было так близко...- скрип и мерзкий, тихий скрежет повторялся с завидной периодичностью. Этот звук заставил бы любое живое существо дрожать и представлять, как сухие кости чудищ трутся друг об друга, как скрежещут в гнилых, черных пастях кривые острые клыки, исходя мутной слизью, требуя жертвы, требуя…КРОВИ…

- Наше время грядет, оно не заставит себя ждать, я знаю! - Старая летучая мышь, дремавшая под потолком испуганно встрепенулась и забила потрепанными кожистыми крыльями. Она была слишком стара, что бы покинуть эту каверну полную ЗЛА и скорби, поэтому просто предпочла… умереть и почти бесшумно сверзиться под ноги Властителям Тьмы.

- Они не будут сражаться с нами. Они не хотят войны. - Разочарование, сочащееся ненавистью, как тягучим ядом, потонуло в ледяном черном безмолвии. Спустя продолжительное время гробовая тишина подземелья снова была нарушена:

- Любого можно заставить, друг мой! - А, в этом голосе послышалась насмешка и непреклонная уверенность. - Нет крепче союза, если он замешан на страхе, уж тебе ли не знать, Брат мой! - голос надтреснуто зашипел, что означало, вероятно, что говоривший зашелся в веселом смехе.

- Будем думать, Брат. – Мертвые летучие мыши скомканными тряпками падали к постаменту, на котором возвышались два незыблемых столпа – два мраморных трона, стоящих так близко, что каменная пыль почти срастила их в единое целое. Эти две тысячелетние глыбы, как адские колыбели таили в себе нечто ужасное…готовое возродиться.

- Будем думать. Великая ночь дала нам преимущество, о котором, друг мой, никто не имеет представления, и в этом наш шанс. Мы не должны его упустить, Брат мой! Мы не можем ждать еще столетие - будем действовать! – кромешная Тьма напитывалась Силой. Закручиваясь воронкой вокруг говорившего.

- Будем, - решительно поддержал собеседника пребывающий во Тьме.