Сумерки. Сага. Последняя битва.

Глава 4. Торжество.

Как и следовало ожидать, наряды, которые выбрала для нас Элис, были исключительными по своей красоте и стоимости.

Сестра Эдварда, обладающая отменным вкусом, всегда питала слабость к дизайнерским вещам.

Поэтому не стоило, наверное, удивляться, что для меня она выбрала струящееся вечернее платье "в пол" от какого-то именитого кутюрье. "Оттенок бежевый айвори" - было написано на красочной объемной коробке. Кожу рук приятно ласкала какая-то необычная ткань с золотистыми вкраплениями. Но, вот отделка из винтажного французского кружева, меня изрядно смутила - чересчур вычурно, на мой взгляд. Я неохотно натянула на тело все это безобразное великолепие: роскошная длинная юбка красивыми складками облегала мои бедра, заканчиваясь небольшим струящимся шлейфом.

Ко всему прочему я обнаружила еще одну коробку, в которой сверкали и переливались окантовкой из страз изящные туфли на тончайшем высоком каблуке.

"Да, - размышляла я, - к такому наряду нужна идеальная укладка. О чем только Элис думала? - Я запустила руки в свою густую шевелюру. - А что если пригласить частного мастера?»

- Тогда придется заплатить ему немало. – Услышала я насмешливый голос мужа из соседней комнаты.

- И даже сверх того, чтобы он потерял и память. - Прокомментировала я.

- Он потеряет разум от твоей красоты! – От неожиданного острого вожделения, прозвучавшего в низком шепоте Эдварда, меня окатило волной мурашек с головы до пят, и что-то сладко замерло-заныло в животе.

Увидев в зеркале его отражение, я и вовсе забыла как дышать: удлиненный смокинг цвета кофейного ликера, на трех пуговицах, с английским воротником, очень удачно очерчивал совершенные пропорции его тела, делая талию и бедра еще уже, а уверенно расправленные плечи - шире.

Фрачная рубашка была теплого, светло-бежевого оттенка, а еще муаровый жилет и темно-коричневый галстук с золотистой булавкой. Все это отлично гармонировало с цветом глаз и волос Эдварда... Брюки и туфли цвета черного кофе... Мне хватило доли секунды, чтобы оценить старания Элис по достоинству - бесподобно!

Он приблизился, не сводя с меня взгляда в зеркале и встал рядом, положив руку мне на талию, а затем, слегка притянул меня к себе, так, что бы в зеркале полностью отразилась идеальная картинка - мы вдвоем.

Наши взгляды встретились в зазеркалье в единодушном немом обожании.

- Ты так прекрасна... – скорее почувствовала кожей, чем услышала я жаркие слова, которые прошептал Эдвард мне в затылок, пуская по моей коже россыпь мурашек.... Осторожнее, - я предостерегающе вскинула руку, перехватывая его пальцы на полпути к моей шее – я знаю, что в порыве страсти ты не бережешь вещи. Элис будет огорчена, если… – Эд усмехнулся, и притянув мою руку игриво лизнул запястье и втянул в рот мизинец, нежно прикусывая и посасывая его. Теперь впору и мне самой услышать свои предостережения, поскольку мое желание немедленно избавить мужа от одежды почти свело меня с ума.

- Я буду аккуратен, поверь – хриплый шепот заставил меня судорожно сглотнуть и шире распахнуть глаза, разглядывая в серебристом отражении как русые вихры Эдварда путаются с моими каштановыми локонами, потому что он мучительно медленно склоняется над моим обнажившимся плечом и прокладывает дорожку легчайших поцелуев к моей шее. Зеркало бесстрастно показывало, как я подставляюсь под его ласки, откидываясь назад, Как его длинные изящные пальцы невесомо скользят по шелковистой ткани, ненароком задевая все самые чувствительные точки на моем теле, возвращаются и поглаживают снова и снова, будто играют чувственную, медленную мелодию, Я вижу, как Эдвард тоже украдкой разглядывает меня в отражении, бросая быстрые взгляды из-под опущенных ресниц и глаза его кажутся почти черными, а тонкие ноздри слегка подрагивают от глубокого, сбивающегося дыхания…Это совершенно новый, завораживающий опыт. Мы никогда еще не делали этого перед зеркалом… Пора наверстать упущенное.

- Пора – рычит муж, прочтя мои мысли и разделяя склонность поэкспериментировать… И все же молния на платье не выдерживает.. Но, мне не жаль…

Мягкий августовский вечер разлил по лесу сиреневые сумерки.

Прежде чем переступить через порог нашего дома, где с нетерпением ожидали нас наши самые близкие и родные, Эдвард подхватил меня на руки.

Я еще раз окинула взглядом украшенную площадку перед домом: море переливающихся огоньков, и цветы...цветы повсюду. Их нежный аромат наполнял меня ожиданием какого-то чуда. Я не ошиблась: внутри дом действительно являл собой воплощенное волшебство, романтическую сказку, в которую мы с удовольствием окунулись.

Яркие, персикового оттенка, розы в окружении пышных соцветий нежно-голубых гортензий и темно зеленого плюща расточали тонкое благоухание в больших напольных вазонах, расставленных по углам гостиной. Такие же композиции стояли на праздничном столе. Гирлянды из роз обвивали камин, лестницу.

Приглушенный мерцающий свет от сотен свечей в матовых бледно-голубых стаканах-подсвечниках, расставленных по всему дому придавал этому вечеру магическое очарование.

На столе, помимо цветов и свечей, красовался трехъярусный торт, стояли в изобилии изысканные закуски и фрукты и даже белое игристое вино.

Для Джейка и Ренесми явно многовато.

Я вспомнила свадебную празднично-банкетную часть, на которой присутствовали в достаточном количестве те, кто смог оценить подобные гастрономические шедевры. Сейчас мои прежние друзья уже не смогут разделить со мною мою радость - Анжела, Джессика, Майк... такие близкие... такие далекие... даже не позвонят - я намеренно оставила им несуществующие контакты - электронный адрес, номер телефона.