Супербабуля - 2: Миссия (не)выполнима!

Пролог

Много чудес происходит на свете. Но особо много их происходит в тот самый критический момент истории, когда две могущественные силы – Порядок и Хаос – вступают в непримиримый конфликт. И вот-тут-то как раз и появляется на свет долгожданный фартовый азазель, который должен все это как-то разрулить, распутать и поставить с головы на ноги. Ну или уже как получится, главное сделано это должно было срочно, сейчас и как можно скорее, в идеале – на вчера.

И вот такой рыцарь-герой действительно недавно объявился. И метит он ни много ни мало, а в самые глубокие анналы истории, поскольку он – наследник великого магического меча по имени Элира, Меча Мира, способного в одиночку победить Хаос. Во всяком случае, именно такая новость совсем недавно просочилась в магическую прессу и всполошила умы не только обычных обывателей, но и всех-всех-всех, более-менее причастных к волшебному искусству.

Заметим сразу, что магическая пресса ничуть не лучше обычной человеческой. Если в нее попала какая-то свежеиспеченная утка, то сей процесс уже не остановить, и события будут развиваться со скоростью неудержимого химического процесса. Сплетни и рассказы станут плодиться пачками и множиться в геометрической прогрессии, не подтверждаясь ни фактами, ни домыслами, будоража сонные умы простых крестьян. А те и рады, чего уж говорить! Ведь гораздо интереснее обсуждать чью-то чужую героическую жизнь, чем свою собственную, серую и непримечательную.

Так и случилось. Всё чаще заголовки газет в зубах утренних голубей стали пестреть именем Артура Квинуальского, графа из далекого королевства Сентен-Луис. Как поговаривают очевидцы, это граф – просто отпадный красавчик и народный герой, совершивший немало громких подвигов. Так, именно он в одиночку расправился с древним драконом и пещерным троллем, снял проклятие с Зеркального Озера Истины и отхватил редкие волшебные вещицы, такие как Жезл Солнца и Лазурный кристалл.

Но этого ему показалось мало, и он стащил прямо из-под носа Рациуса его волшебную кольчугу, усыпив колдуна сонной пыльцой. Воровать, конечно, некрасиво, но дело в том, что кольчуга как раз этому графу и принадлежала, по всем законам и правилам сего мира. А забирать свое – это не воровство, а восстановление исторической справедливости. Во всяком случае, именно так утверждали все магические блогеры, успевающие не только следить за мировыми новостями, но и попутно учить своих поклонников таким важным истинам, как правильно чесать живот, как нарастись себе драконий хвост и сварить зелье из синего тысячелистника.

Вот такие вот пироги с котятами. Многие жительницы поместий, через которые проезжал воистину блестящий граф Квинуальский в своей сверкающей волшебной кольчуге, просто беззвучно падали в восторженные обмороки. А потом поспешно создавали фан-клубы от его имени и завешивали стены своих комнат портретами Артура, наспех нацарапанными на деревянных фресках местными живописцами.

Если верить новостным воронам, графа сопровождают двое странных попутчиков, взявшихся непонятно откуда. Один из них – совсем юная ведьмочка по имени Глория, на которую наложено каменное проклятие. Поговаривают, что она – дочка самого волшебника Венедикта, главного сторонника Хаоса. Но кроме нее самой, нам о сем прискорбном факте достоверно никто не скажет, хотя для магической прессы данный момент был интересен едва ли не сильнее самой главной новости дня.

Второй попутчик графа – загадочный рыцарь по имени Руллан, закутанный в длинный синий шарф с ног до головы. Его внешность так и осталась для прессы тайной, покрытой мраком. Похоже, что он явился откуда-то с востока, и собирался отдать графу Квинуальскому одну редкую магическую вещицу. Отдал или нет, нам доподлинно неизвестно, но раз его приняли в свою компанию, значит, на то были веские причины.

Несколько дней спустя новостные птицы разнесли слухи, что эта неустрашимая троица уже благополучно покинула страну Черногелиос и сейчас направляется на юг, в сторону Устья Вампиров. А оттуда планирует прямиком направиться к замку Венедикта, чтобы заполучить какой-то древний артефакт, скрывающийся в его замке.

Прознал о тех событиях и даже такой затворник, как Венедикт. Да и как тут не быть в курсе, если вороны кричали об этом со всех сторон двадцать пять часов в сутки. А для тех, кто упорно закрывал окна, желая оставаться в наивном неведении, по домам запускались новостные муравьи, от которых уж точно скрыться было невозможно нигде, даже под одеялом на собственной кровати.

Насторожился наш волшебник. Прожил он несколько сотен лет, а за это время ни разу к нему в гости добровольно никто не захаживал. А тут сразу трое. Подозрительно, чего уж там.

О том, что в его замке хранится какой-то древний артефакт, Венедикт и сам услышал впервые. На всякий случай даже приказал своим верным слугам прошерстить весь замок вдоль и поперек, включая чердаки и подвалы. Но ничего, кроме пыли и старого хлама, не обнаружилось.

Тогда волшебник совсем уж расстроился и приказал привезти к нему самую лучшую дипломированную гадалку, чтобы задать ей два извечных вопроса – кто тут виноват и что, собственно, делать.

Доброволицу нашли достаточно быстро, благо что единственный институт в Средиземье выпускал таких специалисток пачками из года в год со стабильной регулярностью. Даже не пришлось никуда далеко ходить, просто разместили объявление на магической стене, и меньше чем через полчаса кто-то уже стоял в дверях и долбил ногами в каменную калитку, требуя впустить.

Гадалка оказалась настоящим профессионалом своего дела. Предъявив для убедительности все свои сертификаты, грамоты и благодарности от бывших клиентов, а также цыганский платок и коллекцию сушеных лягушек, она приступила к делу. Сделав несколько ритуальных приседаний и сытно перекусив, она принялась за теоретическую часть.

Начала провидица очень и очень издалека. Поначалу толково и обстоятельно поведала Венедикту, какие сейчас популярны виды гаданий – на картах, рунах и на кофейной гуще. Углубленно остановилась на процессе изготовления карточной бумаги. Подробно растолковала, в чем отличие бубнов от крестей, почему шестерка бьет туза, и кто послужил прототипом пикового валета.