Суперсыщики и дровосек-невидимка

Подозреваемый с соседней парты

Никаких идей по поводу того, кто может оказаться преступником, у меня больше не было. Вот девчонки плетут венки из одуванчиков перед школой. Их можно подозревать или нет? А вот Зойка поливает цветы в классе. Что, если она очень любит растения и решила завести дома дерево? Но тогда Кошкина не стала бы ломать его, а просто выкопала.

На уроке ИЗО нам дали задание нарисовать вазу с цветами, и я решил занести в подозреваемые весь класс.

У меня голова шла кругом от происходящего. Подозревать можно было любого.

Друзьям постепенно стало надоедать расследование.

Мишка убедился в том, что хулиган не подслушивает нас, и пробормотал мне:

- Пусть Бобиков сам разбирается. Он столько пакостей всем наделал, что его даже не жалко.

- Но это несправедливо, - ответил я. – Бобиков же ни в чем не виноват.

- Откуда ты знаешь? – удивился Веточкин. – Сам же его раз десять в список внес. Он только и делает, что все ломает.

Я и сам не знал, почему больше не подозреваю хулигана. Может быть, просто привык к нему? Бобиков уже несколько дней вертелся рядом со мной, и я почти считал го другом. Хулиган даже компотом меня угостил, сказав:

- Ты найди дровосека, ладно?

И взгляд у него был такой умоляющий… Я делаю похожий, когда хочу у мамы что-то попросить.

Не мог Бобиков быть дровосеком, и все тут!

Я слишком задумался над этим делом и стал невнимательным. На математике не услышал, о чем спрашивает учительница, и получил двойку. В коридоре меня сшибла с ног толпа первоклассников. Но самое плохое случилось на физкультуре. Мы играли в футбол, и физрук сделал меня вратарем. Поначалу я был рад этому. Бобиков играл в нашей команде, строил всем жуткие рожи, и противники боялись подобраться к нашим воротам. Я мог полностью сосредоточиться на расследовании и мысленно увеличил список подозреваемых еще человек на десять.

Вахтерша – любит букетики.

Санька Прыгунов из пятого «А» - недавно отгонял прутиком собаку.

Первоклассница в очках – у нее на сумке брелок в виде ромашки.

Я так задумался, что не заметил опасности. Кто-то запустил мяч в ворота, но вместо сетки попал мне в лоб.

Я рухнул на пол и услышал крик кого-то из ребят:

- Гол!

Вокруг меня начался праздник. Команда наших противников чуть не хороводы водила в зале: пол, на котором я лежал, так и сотрясался. Кто-то безостановочно вопил: «Ура!», а Бобиков ругался и говорил, что никакого гола не было.

- Как это не было? – отвечали ему. – Мяч ведь закатился в ворота.

- Не закатился! – отвечал хулиган. – Колька его лбом отбил.

Все расхохотались над этой фразой. Обо мне, валяющемся на полу, кажется, все забыли.

Надо мной неожиданно возникло лицо Ленки. Я ждал, что хоть она, добрая душа, меня пожалеет, но куда там! Ленка, проливавшая слезы над всякими историями про котят, которым случайно наступили на лапку, радостно посмотрела на меня и сказала:

- Коля, я знаю! Знаю, кто сломал дерево!

Мне было больно. Стыдно из-за того, что не поймал мяч. Все вокруг хохотали. А Ленка, вместо того, чтобы пожалеть меня, болтала какую-то ерунду.

- Отстань! – я сел и пихнул Ленку в сторону. – Лезет тут…

Она изумленно посмотрела на меня, а затем поднялась с пола и бросилась в раздевалку.

Ко мне подошел физрук и спросил:

- Семицветов, ты как себя чувствуешь?

- Нормально, - пробормотал я.

- И все-таки пойдем-ка в медпункт. Пусть тебя там осмотрят.

Я поплелся за физруком. На ворота вместо меня встал Простоквашкин. Он сразу достал конфеты из кармана и принялся выбирать, какую съесть первой.

Кажется, победить нашей команде было не суждено.

Врач в медкабинете задала мне целую кучу вопросов про мою голову: не болит ли она? Не кружится? Я радовался уже тому, что моя голова не укатилась вместе в мячом, поэтому все эти вопросы не слишком меня волновали. Мне понемногу становилось лучше, и я начинал жалеть, что не расспросил Ленку подробнее.

Когда врач все-таки отпустила меня, я вприпрыжку выбежал из кабинета и столкнулся с Простоквашкиным.

- Ты как? – спросил он. – Идти можешь?

Я пару раз подпрыгнул на месте, чтобы показать ему: все в порядке. Сережка кивнул и потащил меня за собой:

- Тогда побежали. Ты должен кое-что увидеть?

- Что? – нетерпеливо спросил я. – Какие-то улики?

Простоквашкин качнул головой:

- Нет. Новое преступление.

Мы выбежали во двор. Я кинулся было к деревьям, но Сережка потащил меня в другую сторону.

- Не туда, - пробормотал он. – Это в другом месте.

На этот раз преступник напал на клумбу. Многие цветы были помяты и бессильно лежали на земле. Другие – сломаны. Казалось, что неизвестный бандит просто не пожелал обходить клумбу и прошагал сквозь нее, как по тропинке: в зеленом море цветов осталась вмятина.