Суровые будни спящих красавиц

Глава 16. Я и бал

  Пока наша подопечная наводила марафет, эта сволочь умудрилась отломать от забора несколько штакетин в тщетной попытке проникнуть за ограду. А вот богатырский конь стоял смирно. Он успел сожрать все капустные побеги, до которых смог дотянуться. В этом я убедилась, когда залезла внутрь безмозглого непарнокопытного. Зеленая капустная каша уже дала сок и неприятно чвакала при каждом шаге коня. Девица, оценив взглядом ущерб от действий Дездемоны, нахмурилась. Ее рука непроизвольно потянулась к метелке, все еще стоящей у ограды. Но насладиться зрелищем, как бывшая чумичка учит уму разуму строптивую машинку, мне не удалось. При виде девицы Дездемона попятилась и самостоятельно откатилась к дороге, как только Мурз отвязал трос от лошадиного хвоста. Что испугало отважную доселе технику? То ли угрожающее поведение нашей подопечной, то ли макияж, нанесенный с таким старанием моей недрогнувшей рукой.

  Я гарантировала девице, что в новом облике ее никто не узнает, но это не означало, что будет красиво. Зато на косметике я не экономила, так щедро нанесла тени и румяна, что они выделялись яркими пятнами даже в сумраке летней ночи. Мурзик, с которым мы поменялись перед выходом из дома, вывел богатырского коня, то есть меня, через парадные ворота и снова привязал его к красной машинке. По правде сказать, я предлагала попробовать вновь завести упрямую технику, чтобы избавиться от необходимости управлять лошадиными силами. Но Мурз не согласился, сказав, что по традиции Золушка должна прибыть на бал в карете, запряженной конями. Тот факт, что в нашем случае карета была изготовлена не из тыквы и после двенадцати вполне могла превратиться в консервную банку, а в роли коней выступал единственный представитель, сделанный из глины и расписанный под хохлому, моего напарника ничуть не смутил. Обещанное королевское угощение могло сбить с праведного пути даже такого честного и бескорыстного человека как Мурз, особенно если он не ел со вчерашнего вечера. Завтрак у коварных гномов в замке и легкий перекус по пути пачкой печенек, которую в основном скормили Леночке, я в расчет не брала.

  Дочка старшего лейтенанта все еще спала на заднем сиденье. Мурзик заботливо прикрыл ее свитером, который выудил из основательно похудевшего рюкзака и распахнул пассажирскую дверцу перед слегка оробевшей разряженной замарашкой. По привычке она хотела прихватить с собой метлу, но дополнительный аксессуар никак не желал гармонировать с обновленным образом, о чем немедленно проинформировала Изольда громким кваканьем из контейнера на приборной панели. Девица возмутилась неожиданной критике, исходящей из уст обычной лягухи, и потребовала выкинуть последнюю из наших сердец и планов навсегда. Но Мурза поспешил возразить, что фэншуй запрещает жестокое обращение с лягушками по причине их пользы в сфере материального достатка владельца. Честно говоря, от нашей Изольды мы не видели никакой выгоды, потому что она была не настоящей лягухой, а заколдованной дочкой кузнеца. Тем не менее предложение замарашки было встречено Мурзом в штыки, ведь он искренне привязался к Изольде за то время, что они успели провести вместе в качестве хозяина и его питомицы. Если так пойдет и дальше, то в момент расставания, когда Кощей освободит возлюбленную страстным поцелуем, моему напарнику потребуется заплатка на душевную рану. Если это случится, то придется ему завести котенка, как предлагал Котофей. Кошки, как никто, могут лечить душевные раны, конечно если их вовремя кормить и чесать за ушком.

  - В какую сторону ехать-то? – спросил замарашку парень, по привычке вцепившись в руль двумя руками.

  - Тудысь, - девица ткнула пальцем в нужное направление, чуть не сбив контейнер с Изольдой с приборной панели.

  Пока коник стоял смирно, привязанный к Дездемоне, я призрачной дымкой маячила у водительской дверцы, поэтому смогла разглядеть все: и нужное направление, и то, как скривился Мурз, вынужденный находиться рядом с неадекватной мамзелью в тесном пространстве наедине.

  Я вернулась в конскую шкуру и без какого-либо вмешательства со стороны напарника двинулась в нужном направлении, заставляя чудо-зверя активнее переставлять копыта по пыльной дороге. Луна загадочно улыбалась с небес, словно заранее знала, какие еще приключения выпадут на нашу долю в этом нелегком походе. Цикады вовсю распевали песни в густой придорожной траве, а со стороны озера им вторили лягушки, хвастаясь, что у них-то с личной жизнью все в порядке, в отличие от нашей компании. Я вдыхала свежий ночной воздух лошадиными ноздрями и наслаждалась прогулкой, не обращая внимания на хлюпанье в брюхе и привязанную к хвосту Дездемону. Правда, еще предстояло решить, как мне тоже попасть на бал. И желательно в человеческом теле. Голодный Мурз ни за что не согласится на обмен, хоть и обещал предоставить оболочку по первому требованию.

  Может, сделать это при помощи Леночки? Или притвориться Золушкой, а ее на время посадить в бутылку обмена душ. Этот вариант мне показался предпочтительным: так и с моим драгоценным платьем ничего не случится, и кроссовку я не стану терять. Подумаешь, ну не выйдет простая деревенская девчонка в этот раз замуж за принца, не велика потеря. Да я, между прочим, ей одолжение сделаю. Во дворце столько комнат, что даже Золушка с ее неуёмной энергией замучается убирать. А принц вообще может оказаться старым, жирным и прыщавым ловеласом. Стоп, а если он и правда такой? Тогда мой романтический вечер рискует превратиться в кошмарную ночь.

  Я всхрапнула и чуть замедлила ход, когда наш экипаж миновал березовую рощу и очутился среди полей колосящейся пшеницы. От тряски и жары капустная жижа забродила и неприятно попахивала, обещая в скором будущем исключительную вонь, если от нее не избавиться естественным путем. Но данный момент был совсем неподходящим, и я решила немного потерпеть. Тем более что впереди показался сверкающий огнями дворец.

  Толпа скромно одетых крестьян кучковалась у ограды: то ли надеялись на праздничный салют, то ли на дармовое угощение от подвыпивших гостей. Это были пропавшие жители деревни. Бабы в ситцевых платках и пестрых сарафанах, мужики в холщовых рубахах и широких штанах и стайка босоногих ребятишек, с живым интересом наблюдающих за представлением. Точно такое же выражение я не раз наблюдала у посетителей зоопарка возле клетки с обезьянами. На лужайке перед дворцом стояли столики с едой и напитками, а нарядные гости прохаживались между ними, ведя светские разговоры. Все это я успела разглядеть сквозь прутья решетки, пока скакала к воротам. Оказалось, что с конями за ограду не пускают, о чем зычным голосом сообщил привратник у ворот. Он приоткрыл калитку и потребовал предъявить приглашение, которого у чумички не было. Но девица не растерялась и потрясла Мурзу за рукав в предвкушении очередного чуда. Я не стала дожидаться, пока напарник предложит свой вариант проникновения на праздник жизни. Пришло время творить магию, а то я рискую тут задохнуться к чертям собачьим. Я встала на дыбы, задрала хвост и избавилась наконец от ненужного балласта в брюхе всеядной животины. Прямо перед опешившим привратником на дорожке растеклась большая зеленая жижа. Стоящие неподалеку простолюдины зажали носы и отшатнулись от нас подальше.