Суровые будни спящих красавиц

Глава 20. Котик в липовых сапожках

- Вы все врете! – продолжал бушевать рыцарь, громыхая доспехами и топая ногами по траве.

Выпитое вино горячило кровь и будило зверя внутри добродушного толстяка. Уже целое море ни в чем неповинных травинок полегло под пятой сурового воина. А те кто выжил, рисковали быть съеденными его конем.

- Ква! – Изольда встала на защиту чести дорогого Мурзика.

Усач даже не догадывался, как ему несказанно повезло, что дочка кузнеца временно пребывала в тщедушном тельце лягушки и без привычного кузнечного молота в руках. Иначе она бы его так отрихтовала, что родная мама не смогла узнать любимое чадо даже с третьей попытки и помощи зала.

- Дормидор, это чистая правда, - Мурза все еще пытался достучаться до разума верзилы, спящего под толстым слоем хмельной удали и отваги, - у этой Лавандины в пруду живет чудовище размером с эту поляну, а то и больше. Я сам не видел, конечно, но Маша рассказывала. А ей врать незачем.

- Ты просто еще молод и не знаешь коварства женщин, - рыцарь чуть успокоился, а может просто устал. – В твоем возрасте я тоже был наивным и глупым.

- Ну и зачем мне врать, по-твоему? – задала я резонный вопрос упрямцу, прекрасно сохранившемуся для своих лет.

- Очевидно, чтобы он не бросил тебя ради другой, - латник вызывающе встопорщил усы и чуть покачнулся на нетвердых ногах. Его глазки осуждающе сверлили то место, где туманился мой смутный силуэт.

- Ладно, если так хочешь, можешь ехать в замок. Да даже пешком дойти, тут недалеко, - я поняла, что спорить бесполезно. - Только нарви букет цветов, не поленись. Ты, как опытный знаток женщин, должен знать, что мы очень любим цветы. Они у нас в списке сразу после шуб и бриллиантов идут.

Толстяк хмыкнул. Полянка, превращенная усилиями коня и седока в пустыню, не могла похвастаться ни одним подходящим цветочком для прекрасной дамы. Но, забегая вперед, хочу сообщить, что мой совет упал на благодатную почву.

Проводив рыцаря, Мурз наполнил бензобак принесенной водой из озера, затем достал из рюкзака зелье бабушки Яги и добавил туда же несколько капель мутной жидкости. Дездемона снова была в строю, чтобы мы могли продолжать путь к заветной цели.

Вернее, нам предстояло вернуться назад в ту деревню, где мы познакомились с чумичкой и навели шороху с самого утра. Уж не знаю, была ли родина съеденного гуся деревней Козявки или хутором Задрипопинск, сути это не меняло. Нам предстояла рискованная поездка через враждебно настроенное местное население в роли персон, неугодных властям.

Я предложила напарнику в целях маскировки избавиться от розового меха на крыше, но он с возмущением отверг мою помощь. Впрочем, это было последнее, что мне удалось произнести вслух. Я снова стала безмолвным призраком, лишенным права голоса.

Мурзик был оживлен и весел как никогда. Его не пугала близкая перспектива оказаться наколотым гусем на копье в качестве сувенира для обиженного принца голубых кровей. Он был готов рискнуть, лишь бы только вновь увидеть Фею. Да, вы не ослышались. Благодаря подсказке Лавандины, нам предстояло вернуться в Лукоморье, и самый быстрый способ туда попасть – воспользоваться порталом в замке маркиза Карабаса.

Дездемона не разделяла восторга хозяина, но отважно крутила колесами в обратном направлении по ухабистой дороге. Кустарник на обочине изредка царапал бока машинки, а ветви склонившихся деревьев дарили прохладную тень. Пятнистые солнечные зайчики прыгали сквозь кроны по пыльной дороге, повинуясь легкому ветерку. Короче, это был самый обычный сказочный день, и я даже стала надеяться, что мы случайно заблудились и уже никогда не покинем дремучий лес. Но, все хорошее когда-нибудь кончается.

Не скажу, что в деревне нас очень ждали. Судя по дислокации вооруженных отрядов по периметру поселения, противник никак не рассчитывал на наше скорейшее возвращение. Появление красной фурии на колесах посреди деревни, где возмущенные жители спорили с вояками, оспаривая незаконность их утренних действий, напоминало возвращение медведя к разоренному улью.

Печально, что дитя отечественного автопрома не может ехать быстрее брошенного копья. Радует, что с миссией миротворца машинка справилась на «ура». Недавние противники объединились, и к копьям добавились вилы и топоры.

Когда очередное полено отскочило от меховой крыши, не причинив тому особого вреда, основная часть пути уже была пройдена. На горизонте маячила околица деревни и пшеничное поле, за которым дорога расходилась на два рукава.

- Налево, налево, налево, - бормотала я как заклинание напарнику в ухо.

Он морщился и матерился сквозь зубы при каждом ударе по бокам Дездемоны. Ничего, главное чтобы мы оставались целы и невредимы. А вмятины потом можно будет заклеить новыми бабочками и цветочками. Или даже розовым мехом, который прекрасно себя зарекомендовал в недавнем столкновении с неприятелем.

Только надпись оказалась бесполезной. Судя по тому, что за нами бежала толпа вспотевших мужиков, читать они явно не умели. Если мне повезет, то кто-то окажется метким настолько, что попадет в заднее стекло, чтобы наконец стереть это позорящее честь и достоинство пятно из нашего прошлого.

Преследователи постепенно отстали, растворившись в пыли, тянувшейся за Дездемоной пышным шлейфом. Внутри машинки было жарко, душно и тряско. Душа просилась наружу, упасть в пшеницу, раскинув руки, и смотреть в синеву над головой. Но обстоятельства требовали бежать, не останавливаясь. О том, что возвращаться за Леночкой придется этим же путем, думать не хотелось.

Замок маркиза Карабаса, как и все стандартные замки в этом районе, располагался на пригорке в окружении полей и лесов. Под стенами лежал широкий ров, на дне которого вместо традиционной воды или грязи белели груды обглоданных костей. Данный реквизит был призван в качестве устрашения для непрошенных гостей, с чем прекрасно справлялся до сих пор.

Давным-давно в этом замке мирно жил великан, пока в соседнем хуторе не умер старый мельник, оставивший трем своим сыновьям мельницу, осла и кота. Про двух старших братьев ничего особенного Лавандина не рассказывала. Они трудятся на мельнице, исправно платят в казну налоги и продолжают отцовское дело. А вот младший сын, вступив в преступный сговор с котом, объявил себя маркизом и путем тайных махинаций завладел не только замком великана, но и его сельхозугодьями. И даже собирался жениться на дочери местного короля. Не того, который устраивал бал накануне, а его соседа. У них тут в западных землях, как и в Лукоморье, куда ни плюнь, король на короле сидит и королем погоняет. И с этими мутными личностями нам предстояло иметь дело.