Сущее проклятие ректора, или Хватит прятаться, ад-ка Дамнид!

6

Хамелеон шустро перепрыгнул на шкаф позади меня, открыл ящики и начал доставать какие-то пузырьки и мешочки.

– А как ты узнал, что надо бежать? – с любопытством спросила я, решив довериться.

Сама бы я точно никуда сейчас не побежала. Просто не поняла бы, что произошло. А он, вроде как, заботился.

– Потому что ты иномирянка, а уже истинная. Благоверный твой не отпустил бы тебя, пока ребенка не родишь. Да и потом вряд ли отпустил бы. Они, знаешь, на словах все такие благородные, а как только дело касается истинности, так там уже как сокровище. Прячут ото всех. В самых неожиданных местах.

От шока мои веки распахнулись. Единственное, чем озадачился мой мозг, было:

– Какого еще ребенка?

Ящер замирает и медленно поворачивает на меня свои глаза.

– Опять забыл. Драконьего ребенка, милочка.

Я так возмутилась и ошарашилась, что просто не находила слов, наблюдая, как он продолжал лазить по ящикам, доставая все новые пузырьки и мешочки. Один глаз был направлен на меня, а второй — на шкаф. При этом он продолжал болтать, как ни в чем не бывало.

– У вас там все по-другому. А у нас женщина — это предмет торга, и её слово не имеет веса. Если ты простушка — выдадут замуж, если девушка из богатой семьи — выдадут замуж. Если из знатного рода — выдадут замуж. Исключение только для магинь. Те сначала учатся, а потом, если захотят, выходят замуж. А ты сейчас для дракона — настоящий подарок судьбы. Свежая, сильная кровь.

Хамелеон, выудив наконец какое-то колечко, бросил его в корзинку и следом запрыгнул в нее сам, едва не промахнувшись, когда я испуганно дернулась.

Он сокрушенно покачал головой, смотря на меня, но молчал по этому поводу. А я что? Он меня пугал.

– Я мастер маскировки, – внезапно заявил он. Ну, кто бы сомневался. – Я смогу тебя спрятать. Но сейчас нам надо бежать отсюда, милочка. Кстати, как тебя зовут?

Я по привычке ляпнула:

– Настенька.

Хамелеон кивнул.

– Герас.

– Он как Герасим, на все согласен, – нервно усмехнулась я, шагая к выходу. – Куда нам бежать-то? Обратно в город? У меня ничего ценного нет, чтобы выжить. Ни денег, ни ювелирки, ни даже своей одежды.

– Ни своего тела, – кивнул Герас, когда мы вышли из дома.

Солнце уже закатывалось за горизонт, заливая всё вокруг золотыми лучами.

Я споткнулась.

– В смысле? – не поняла я.

А потом, когда поняла...

Сердце испуганно прыгнуло в глотку и начало стучать оттуда. Я сделала долгий судорожный вдох, чтобы успокоить нервы, а мой ум тем временем принял срочное решение отложить разбор полетов на тему попаданства. Однако я всё равно задираю лицо к нему и кричу:

– Сволочь! Лучше бы Мальдивы!

– Ты кому? – поинтересовался хамелеон. – И я, конечно, не тороплю, но если не хочешь стать славной женой, то лучше бы тебе поторопиться.

– Поторопиться куда?

Но взгляд улавливает в небе какое-то пятно. Я застыла и нахмурилась, пытаясь рассмотреть, но Герас меня одёрнул:

– Настенька, это дракон. Давай под куст у забора, я спрячу!

Я послушно побежала к кусту и села на землю. Ящер взобрался по доске, а через секунду в меня брызнули разноцветные полупрозрачные пятна, и я словно слилась с окружением. Вплавилась в него!

– Только тихо сиди. Он тебя не увидит, но услышать может.

Мне стало очень страшно, когда я уловила жуткий звук, раздающийся от взмахов огромных крыльев. Хотелось взглянуть на настоящего дракона, но я боялась, что он меня заметит.

А Герас в это время сидел на заборе и наблюдал, как ни в чем не бывало.

Через несколько секунд всё затихло, а сквозь щель в заборе я увидела знакомого высокого бездноглазого мужчину!

Он был всё таким же пугающим, хоть и переоделся. Длинные черные волосы были еще влажными, на мускулистом торсе уже черная рубашка, на ногах черные брюки, а поверх какой-то тряпичный плащ.

Он внимательно осматривался, но не спешил пробираться к заброшке. Его внимание упало сначала на примятую траву, а затем на вход в дом. Только туда он не пошёл. Он перевел взгляд прямо на меня.

Мамочки!