Сущее проклятие ректора, или Хватит прятаться, ад-ка Дамнид!

9

Перебравшись через завал на другую сторону, я принялась стряхивать пыль с платья, заодно оценивая, наконец, во что меня, собственно, засунуло. Мешковатая пыльно-серая сорочка с коричневым корсетом. Одежда явно давно не знала хорошей стирки. Хотя, где бы ей тут взяться? Они, наверное, и стирают золой в речке.

Мрачно оглядев пустую улицу, я вздохнула. Уже темнело, и, судя по всему, ночевать мне негде. Разве что под дверью академии, в которую нужно попасть.

– Герас, твой выход. Куда идём? Надо найти, где попить воды, – бодро проговорила я. – А то мне уже так кушать хочется, что аж переночевать негде.

Герас, сидя на моём плече, вытянул переднюю лапку вперёд и, как трамвайная стрелка, указал путь.

Так мы и пошли. Я шагала, он направлял. Всё шло хорошо, пока посреди улицы не появились три тёмные фигуры. Герас, увидев их, резко указал лапой в другую сторону. Я подумала, что обойдётся, но когда меня окликнули, поняла, что не всё так просто. Фигуры следовали за мной.

– Эй, красавица! Идём веселиться, – произнёс один из них, но его голос был далёк от веселья.

– В другой раз, – настороженно ответила я, стараясь ускорить шаг.

– И не страшно такой красотке одной по тёмным улицам ходить?

Ходить не страшно, но встретить троих непонятных мужиков было очень страшно! Я ускорила шаг, Герас молчал, но продолжал показывать, куда идти.

– Погоди! – крикнули мне вдогонку.

Ещё чего. Я уже откровенно побежала, когда услышала взрыв смеха, а затем яркая вспышка слепила меня, дезориентировав на несколько секунд.

– Ну куда ты, красавица? – кто-то схватил меня за руку и дёрнул на себя.

Не видя ничего, я со всей силы ударила ладошкой по чьему-то лицу.

– Ух, какая бойкая! – раздался низкий смех. – Люблю девчонок с норовом.

Меня снова дёрнули, а Герас, похоже, тоже испугался, так как просто цеплялся за моё плечо, молча наблюдая.

– Бойких любишь? – переспросила я, чувствуя под рукой мощную шею.

Перед глазами мелькнула ухмылка, которая быстро сменилась на гримасу боли.

– Люби и саночки возить! – рявкнула я и со всей силы врезала по бубенцам.

– Ау-у-у! – взвыл пострадавший.

– Ау-у-у-у! – подхватил другой.

– Да не вой ты! – рявкнул третий, и я услышала, как его ладонь врезалась в затылок товарища.

Меня снова схватили за руку, но я уже не церемонилась. Отточенным движением колена нанесла болезненный удар.

– Ау-у-у!

– Я ведь даже без красной шапочки, а вы напали, – хмыкнула я, протирая слезящиеся глаза, а затем повернулась к тому, кто стоял на безопасном от меня расстоянии.

– Волки, – констатировал Герас.

Пострадавшие, поскуливая, пытались отползти.

– Да вижу, – усмехнулась я, глядя на их мохнатые уши. – Сказочные д… персонажи.

Двое из них убежали, а третий, не спуская с меня глаз, продолжал стоять.

– Если ты думаешь, что я сейчас повернусь к тебе спиной, а ты нападёшь, – вспомнила я волчьи атаки из фильмов, – то я тебя разочарую. Если не свалишь, я сама подойду и отобью тебе не только бубенцы, но и чувство собственного достоинства.

Жёлтые глаза во тьме сверкнули, а затем фигура резко взвыла, перешла на четыре лапы и рванула прочь.

Вдалеке я ещё слышала:

– Ау-у-у!

И смачный шлепок:

– Да не вой ты!

– Неплохой приём, – похвалил меня Герас. – Только я тебя очень прошу, не применяй это на ректоре.

Убедившись, что нас никто не наблюдает, я повернулась и двинулась в указанном Герасом направлении.

– Это ещё почему? – задала я резонный вопрос. – Если на мою честь будут покушаться, я именно так и поступлю.

Хамелеон печально вздохнул.

– Он же истинный твой. Он не только на честь покушаться будет.

– Ну пусть попробует, – весело ответила я, вспомнив, как бабушка приложила наглого ухажёра лопатой по спине. – Я ведь не только коленом могу.