Суши из дракона

Глава 5

Вернувшись домой поздно вечером, я застала отца, сидящего за столом и хмуро глядящего в окно. Там последние лучи солнца терялись за морем.

По лицу пожилого мужчины поняла, что предстоит неприятный разговор.

Я прошла через комнату и положила нож на столешницу.

– Что это? – спросил отец с набежавшим, как грозовые тучи, подозрением.

– Я приобрела нож.

– Откуда у тебя деньги?

– Я его выиграла, – пояснила я, садясь напротив. – Не подумай. Ничем неприличным я не занималась. Просто поспорила с господином Кроном.

Брови отца взлетели вверх.

– С господином Кроном? – изумился старик.

– Долгая история.

Рыбак снова нахмурился, недоверчиво и беспокойно глядя на меня из-под кустистых бровей.

Я же встала, потянулась, почувствовав, как ноют уставшие плечи.

– Ты голоден? – уточнила у старика.

– Да. Пожалуй, не откажусь от твоего рыбного супа.

Хм. Рыбный суп, значит.

Не знаю, как его готовила Элоиза, но у меня было множество вариаций в голове. Я могла соорудить и настоящее произведение искусства или же наварить самой обыкновенной ухи.

Помнится, мы вместе с родителями, когда отец еще был жив, ходили в лес, разводили костер и варили уху в котелке. Никакой другой рыбный не мог сравниться с тем, что получалось тогда у папы. Особенно хорошо было в самом начале весны, когда сходил снег, еще висела прохлада, но солнце уже отогревало изрядно замерзшую землю.

На сердце медом растекалось чувство ностальгии по ушедшим приятным дням. Жаль, больше не смогу повторить этот поход вместе с родителями. Теперь уже никогда.

Я нашла в запасах картофель, томат и лук. Старик к тому времени почистил и промыл свежую рыбу, которую только утром выловил в море.

Топить печь пришлось просить отца, потому что я понятия не имела, как это делается.

Он не стал возражать, хотя и взглянул на меня странным взглядом.

И как только я поставила греться воду, услышала от отца:

– Где ты все время пропадаешь, Элоиза?

– Не беспокойся. Я всего лишь ищу возможность заработать. Не хочется жить в покосившейся хибаре. Без обид. Просто настало время думать о будущем.

– Хм, – неопределенно хмыкнул старик.

– Полагаю, тебе самому уже в тягость ловить рыбу и наверняка давно хочется на покой.

Отец ничего не ответил.

Я мельком глянула через плечо.

Старик гладил подбородок и наблюдал за моей готовкой.

Я наварила бульон из рыбы, бросила в него нарезанные овощи. И пока все это готовилось, вышла на задний двор, где на ощупь нашла петрушку и нарвала приличный пучок.

Нарезав последний ингредиент, я посетовала, что в доме совсем нет никаких специй. Зато рыба была просто отменная. Свежее не найдешь.

Завершив приготовление, я разлила суп по тарелкам. Одну поставила перед отцом, другую рядом со своим стулом. Оторвала несколько кусочков хлеба и вручила старику.

– Приятного аппетита.

Отец с сомнением посмотрел на блюдо.

– Это не тот суп, который ты обычно готовишь, – пробормотал он.

– Надо же иногда делать что-то новое, – выкрутилась я.

Старик опять окинул меня странным взглядом. Взял ложку и осторожно попробовал. Сделал небольшой глоток бульона.

Я очень вкусно готовлю. И не только суши. Поэтому была поражена, когда отец убрал ложку в сторону.

– Кто ты такая?

По телу пробежала волна неприятной дрожи, а сердце замерло от испуга. Пальцы судорожно сжали ложку, отчего та заходила ходуном, а содержимое мало-помалу стало расплескиваться на стол.

Удивленно уставилась на старика, видя, как его глаза метают молнии.

– В смысле? – решила уточнить, надеясь, что ослышалась, и это не догадка о подмене.

– Ты не моя дочь, – обрубил старик и одним движением смахнул тарелку со стола. – Отвечай! Кто ты такая?!

Я опустила ложку в суп и подняла ладони вверх, стараясь успокоить мужчину.

– Кто ты такая? – сурово повторил вопрос старик, вставая с места и нависая надо мной. Никогда бы не подумала, что отец Элоизы окажется таким грозным и... догадливым.

– Это же я. Элоиза, – попыталась затянуть ситуацию.

Понимаю, рано или поздно придется признаваться, но сейчас... совсем не время. Ведь мне попросту негде ночевать. Выгони он меня, и я не смогу выжить, пока не встану крепко на ноги.

– Ты не Элоиза, – покачал головой старик. – Не та Элоиза, которая сидела на этом месте несколько дней назад.

Он пронзил меня колючим взглядом, в котором не осталось ни капли прежней любви и доброты.

– Ты точно такая, как она, но ты не она, – срывающимся голосом сказал он. – Твой взгляд, походка, даже слова совсем не те, какие использует моя дочь. Ты держишь нож иначе, говоришь иначе, даже ешь не так, как она. Надела платье матери, хотя всего пару недель назад просила убрать подальше, чтобы не рвать себе сердце. Ты даже свой фирменный суп готовишь по-другому. Режешь овощи не как обычно. Сначала я подумал, что, возможно, ты просто ударилась головой и изменилась. Но лук! Лук!