Суженая для падшего

Глава 4.1.

Вот и всё! А ведь я надеялась, что у меня в запасе есть время, чтобы убедить жениха в своей ненужности! Я смотрела на его красивое холодное лицо, а внутри бушевала такая буря! Почему? Ну, почему я такая слабая! Нерешительная! Даже в тот день, когда Никита оскорбил меня и растоптал мои чувства, я не смогла за себя постоять! Неужели и сейчас, я буду молчать? Михаил хмурился, будто читая мои мысли, и мрачнел с каждой секундой. Молчание затягивалось.

– Зачем я вам? – мой голос прозвучал на удивление твёрдо, но я вскоре пожалела, что задала этот вопрос.

– А зачем обычно мужчине нужна женщина? – вскинув бровь, спросил Михаил, и я задрожала всем телом.

– Вам недостаточно других женщин? Уверена, от них было бы больше пользы, чем от меня!

Я чувствовала, как от страха и гнева бешено колотится сердце. Бедное – оно так хотело вырваться наружу и обрести свободу, что чуть ли не ломало мне рёбра!

– Не смей решать за меня, что мне нужно, а что нет! – холодно ответил мой будущий муж, но в его глазах я увидела такой яростный огонь, что казалось ещё мгновение, и воздух между нами закипит.

– Зато вы за меня уже всё решили! – не ожидая от себя такой храбрости, прокричала я. – Если бы я могла решать сама, то никогда не стала бы вашей женой!

В это мгновение я увидела, то чего боялась больше всего: на лице Михаила с немыслимой скоростью проступали ужасные шрамы. В страхе я вскочила с места.

– Глупым детям не положено ничего решать! – рявкнул на меня Михаил, и я испуганно сделала шаг к двери. – Немедленно сядь и ешь!

Он был ужасен! В его глазах пылало пламя ада, а сам он стал мощнее и больше, грозя выпирающими мышцами разорвать ткань рубашки!

Вместо того чтобы послушаться, я выскочила из столовой и побежала наверх. Я бежала, не останавливаясь, и молила небо, чтобы он не отправился за мной. Залетев в свою комнату, я захлопнула дверь и, увидев, что на ней нет замка, заскочила в ванну и закрылась на щеколду. Это было глупо, Михаилу, скорее всего, не составило бы труда сорвать щеколду и войти внутрь, но вид закрытого замка действовал на меня успокаивающе.

Эти несколько фраз, которые я решилась сказать, и то, как на них отреагировал мой жених, лишили меня всех сил. Прислонившись спиной к двери, я вслушивалась в тишину, вздрагивая от малейшего шороха, но ничего не происходило. Из глаз катились слезы: я ничего не смогу изменить! Михаил чётко дал понять, что мне от него не сбежать! Обессилено скатилась вниз и села на пол, продолжая вслушиваться.

В голове мелькали образы из прошлого: первые занятия по вокалу со стареньким концертмейстером одного из Петербургских театров, путешествие по Европе с Белкой, сёрфинг у берегов Доминиканы с Соней, улыбающийся дядя Вова вместе со мной на крыше под звёздным небом. Будто картинки в калейдоскопе, самые счастливые воспоминания сменяли друг друга, застилая глаза слезами. Обхватив руками коленки, я закрыла глаза.

Мне было так холодно и одиноко, рыдания угасали, а я теряла связь с реальностью. Чьи-то сильные тёплые руки подхватили меня, окутав таким спокойствием, что я прижалась в ответ к этому источнику тепла. Мне хотелось, чтобы меня всегда обнимали вот так: бережно и нежно. Теплые пальцы скользнули по моему лицу, и руки исчезли. Я обиженно всхлипнула, но не смогла открыть глаз.

– Госпожа Сюзанна, проснитесь, – меня кто-то еле ощутимо погладил по плечу, и я приоткрыла глаза.

Спальню наполнял мягкий свет бра, а у кровати стояла Клодия. Горничная тревожно всматривалась в моё лицо, а я удивлённо разглядывала её странный внешний вид, который представлял собой смесь готического образа Мартиши из семейки Аддамс и наряда, характерного для работницы Квартала Красных Фонарей. Довольно легкомысленно и необычно!

Клодия улыбнулась и сделала шаг к кровати. Интересно, а как я вообще оказалась в кровати? Я ведь была в ванной! Вспомнились тёплые и такие заботливые руки, но я отмела это воспоминание. Приснится же такое!

– Давайте я поправлю вам причёску и макияж? И необходимо сменить платье, это помялось. Не стоит невесте плохо выглядеть во время церемонии, – как всегда из горничной лился поток слов. – Вы, наверное, удивлены моим внешним видом? Это я так нарядилась в честь венчания! – пока Клодия говорила, я успела встать с кровати и зайти в ванную.

Посмотрев на щеколду, я убедилась, что замок цел. Странно, как я могла не помнить, что вернулась в комнату и легла на кровать? Слушая из ванной нескончаемый звон рыжего колокольчика по имени Клодия, я с грустью всматривалась в своё бледное лицо.

– Госпожа Сюзанна, всё в порядке? – прекратив рассуждать о нарядах и макияже, спросила горничная.

Я поспешила выйти к ней и, увидев в зелёных глазах тревогу, ласково улыбнулась:

– Да, всё отлично. Я просто не помню, как оказалась в постели, – шутливо ответила я.

Клодия улыбнулась и повела плечиком:

– Наверное, господин Д’Эсте вас уложил, он последний к вам заходил, – она хитро прищурила глаза. – Итак, приступим.

В течение получаса горничная колдовала надо мной, причём мне на мгновение показалось, что она действительно что-то шептала себе под нос, а на кончиках её пальцев периодически загорались и гасли золотистые искорки.

Пока Клодия приводила меня в надлежащий невесте вид, я всё время возвращалась к удивительному сну-воспоминанию. Мне не верилось, что после произошедшего между нами в столовой Михаил мог так бережно отнести меня в кровать. Зачем ему это делать? Если бы он что-то испытывал ко мне, то не стал бы насильно жениться, а попытался бы мне понравиться!

– Всё готово! По-моему, просто великолепно! – довольно сообщила Клодия, и я невольно с ней согласилась.

Новое платье, явно не из моего чемодана, было больше похоже на свадебное. Скорее всего, оно и было свадебным. Кружевное, с воротником, плотно облегающим шею и грудь, и юбкой полностью укрывшей ноги полупрозрачным кремовым водопадом. Рукава были совсем короткими и прятали под собой лишь мои дрожащие плечи. Волосы Клодия заколола в замысловатую прическу, оставив несколько локонов спадать у висков. Почти незаметный макияж глаз и лёгкий блеск на губах дополняли образ.