Суженая для падшего

Глава 22.2.

«Песнь Сольвейг» была моей любимой арией, я знала её на трёх языках и сейчас именно она казалась мне уместной. Звуки рождались внутри, словно искры, и разгорались в душе неистовым и чистым огнем. По телу бежали волны тепла, а кончики пальцев пощипывало от восторга.

Михаил смотрел на меня с таким восхищением, что казалось, сердце вот-вот покинет тело от счастья. В небе началось что-то невообразимое: звёзды загорались и гасли в такт моему пению, вокруг нас витали звуки музыки. Само Ничто решило аккомпанировать мне, подсвечивая небо чудными узорами.

– Ты восхитительна! – горячо прошептал муж, когда я закончила петь, и, не давая мне опомниться, подхватил на руки. – Я больше не могу ждать.

Последние слова напомнили мне о причине, которая привела нас сюда, и по спине пробежал холодок. Нет, я не была ханжой и прекрасно знала о том, что происходит между мужем и женой, и в своём решении я была уверена. Как и в том, что с Михаилом мне будет хорошо. Но то, что должно было сейчас произойти, для меня ощущалось подобно прыжку с парашютом. Все, кому довелось это пережить, были в неописуемом восторге, но сделать первый шаг в неизвестность не боялись только глупцы.

– Доверься мне, – прошептал Михаил, бережно укладывая меня на кровать и припадая губами к моим щекам, шее, губам.

От этих пряных нежных поцелуев я окончательно потеряла голову. Казалось, что он был везде, поглощая меня, не давая опомниться и пойти на попятную. Когда муж на мгновение отстранился от меня, освобождаясь от одежды, я словно слепой котёнок потянулась за ним. Миг и моя пижама приземлилась рядом с его брюками. От жаркого взгляда тёмных глаз стало не по себе, он блуждал по мне, сверкая от предвкушения:

– Как ты красива! Я никому тебя не отдам, – хрипло прошептал Михаил, не сводя с меня пылающих очей. – Никогда!

Когда большое и при этом удивительно гибкое тело мужа придавило меня к кровати, я чуть не задохнулась от его близости. Знакомый запах сандала действовал как дополнительный афродозиак, заставляя жадно втягивать носом воздух. Поцелуи становились всё более глубокими и сладостными, прикосновения горячих рук всё более дерзкими. От нахлынувших непривычных ощущений тело выгибалось, устремляясь вслед за руками и губами желанного мужчины.

– Ты всё ещё хочешь этого, Кудряшка? – прошептал мне на ухо муж.

– Да! – чуть ли не выкрикнула я, опасаясь, что не расслышав мой ответ, он остановится.

Да, я безумно желала этой близости, осознание этого было сродни экстазу умалишённого. То, что происходило сейчас между нами, было единственной истиной этого мира. Михаил мой, а я его. Мы едины в своём стремлении раствориться друг в друге…

Ласки мужа становились всё более интимными, принося неизведанное ранее наслаждение. Короткая вспышка боли, секундная пауза, и я почувствовала, как мы слились в единое целое. Движения мужа поначалу плавные становились резче, его горящие глаза, не отрываясь, следили за моей реакцией. Сквозь туман страсти я заметила, как покрылось шрамами его лицо. Темп всё нарастал, и одновременно с ним внутри меня нарастало томительное напряжение, выплеснувшееся с очередным толчком в целый фейерверк ощущений. Заполонившее меня чувство было настолько сильным, что за окнами нашего убежища прогремел нешуточный взрыв, остаточная волна которого разбила стеклянную стену, затушив камин и свечи на столе.

Михаил, достигший пика одновременно со мной, бережно закрыл меня своим телом, пряча от осколков. Его частое дыхание стало рваным, грудная клетка странно задёргалась, но когда я испуганно заглянула ему в лицо, оказалось, что он смеётся!

– Прости, Кудряшка, но если наша близость будет так завершаться каждый раз, я потрачу всю магию на ремонт виллы, – и он вновь захохотал, так заразительно, что я не удержалась и засмеялась вместе с ним.

Позже Михаил навёл порядок в нашем нафантазированном мире, и мы нежились в мягкой постели, вслушиваясь в шум прибоя. Я думала, что после освобождения сила будет пульсировать во мне неистовым потоком, и я взглядом смогу двигать горы не меньше, но на практике я не могла ничего!

– Перестань расстраиваться! Тебе просто нужно научиться самоконтролю. С твоим характером это, конечно, будет не просто, – шутливо наставлял меня муж, за что тут же получил укус в плечо. – Эй, ты же не оборотень, я надеюсь? А то мало ли, кто у тебя ещё в роду был, – спросил этот шутник и получил заслуженный…поцелуй.

Жить с Михаилом в мире оказалось гораздо приятнее, чем я могла представить даже в самых фантастических снах. Вот только между нами ещё много не решённых вопросов.

– Почему ты мне отказал вначале? Когда я предложила отправиться сюда? – стараясь не выдать своего волнения, спросила я.

Мне не хотелось, чтобы он знал, насколько важен для меня ответ.

– Дело было не в месте. Я приблизительно понимал, где бы мы могли остаться наедине, – Михаил лежал на спине, его веки были закрыты, но по выражению лица, я поняла, что эта тема волнует его не меньше, чем меня. – Здесь мы не причинили бы вреда другим, сохранили бы мир, который ты считаешь домом. Но оставался риск, – он вдруг распахнул веки, и я в который раз утонула в его глазах, – риск твоей гибели, Кудряшка. Такие как ты должны дарить свой первый раз только тому, кого любят. Секс без любви это своего рода смертный грех для Непостижимых…

Я в изумлении смотрела на мужа. Так вот в чём главная причина его сомнений! А я дурочка возомнила себе, что он по ночам ходит… А куда собственно он ходит по ночам?