Суженая для падшего

Глава 30.1.

­­­­Солнце давно закатилось за горизонт, и низкое сине-чёрное небо украсила россыпь звёзд. Здесь, в мире-убежище, который ангелы именовали Хортус, звёзды казались мне ярче, а два спутника-близнеца, отливавшие всеми оттенками зелёного, нависали над домом так низко, что были видны их кратеры. Луны двигались вокруг Хортус и одновременно вокруг друг друга, словно танцуя понятный только им, хаотичный танец.

– Ты не замёрзла? – голос Михаила раздался совсем рядом.

После бурно прошедшего совета, я решила выйти прогуляться и успокоить свои мысли, но далеко уйти не получилось. Лес вокруг дома был непроходимым: между высоких деревьев неизвестной мне породы стеной рос колючий кустарник. Ободрав себе плечи и оцарапав лицо, я отказалась от своей затеи и уселась на скамью в небольшой, увитой каким-то цветущим растением беседке неподалеку от дома.

Я решила, что уйду, как только Михаил уснёт. Я решила, что это единственно верное решение. Я старалась посмотреть на ситуацию под разным углом, не отрицая возможного предательства и со стороны самого Оракула. А что? Очень удобно прийти и убедить меня добровольно сдаться на волю Создателя, который, судя по тому, что я уже знала, совсем не душка!

Сколько существует Вселенная? А Создатель? Миллионы? Миллиарды сотен лет? Никто не знает, но уверенность, что за это время он мог многое сотворить и многое уничтожить, поселилась в моём сердце сразу после разговора с Михаилом. Вряд ли Непостижимые были первыми!

– Нет, но буду не против твоих объятий, – мне хотелось, чтобы муж понял, что я на него не злюсь.

Наши миры, тот, в котором родилась и воспитывалась я: мир обычных людей, лишённый магии, а порой и Бога, и мир Михаила, в котором он пил энергию Вселенной, бился с демонами и беседовал с тем самым существом, именуемым у людей Богом, очень разнились. Я понимала, что мне не ощутить тот груз выбора, который лёг на плечи мужа. Одна жизнь или сотни? Одна туманная жизнь неизвестно кого или сотни жизней братьев и сестёр? Какой выбор сделала бы я?

Грациозно, словно хищник, Михаил перепрыгнул через бортик беседки. Мгновение и я оказалась у него на коленях, в его крепких руках, где было тепло и уютно. Привычный пряный аромат, так необходимый жар тела, такой желанный шёлк кожи.

– Ты настораживаешь меня, Кудряшка, – прошептал муж мне на ухо, щекоча своим дыханием кожу виска. – Ты так спокойно приняла моё решение. Не стала спорить, не устроила ссору. Как ты себя чувствуешь? – Михаил улыбнулся и заглянул мне в глаза.

В его взгляде была тревога, которую он тщётно пытался завуалировать заботливой улыбкой. Почему всё так? Выходя замуж за незнакомого мужчину, я не думала, что он так быстро станет мне самым родным! И уж точно не предполагала, что нам придётся так скоро расстаться!

– Всё хорошо, просто столько всего сразу, – не утерпев, коснулась небритой щеки кончиками пальцев. – Я не хочу тебя отпускать.

– А я не хочу уходить.

В тёмных глазах мужа всполохнуло знакомое пламя, руки бережно и в то же время властно прижали меня к обжигающему мускулистому телу. Я обвила руками его шею, наши губы встретились. Мы слились в тягучем долгом поцелуе. Мы пили друг друга, словно страждущие путники, бродившие по пустыни и, наконец, достигшие живительного источника. Я тонула в этом поцелуе, желая лишь одного, чтобы время застыло, чтобы мгновения близости длились вечно, а разлука была лишь иллюзией, дымкой, растаявшей поутру.

– Ты проведёшь остаток этой ночи со мной? – осипшим от страсти голосом прошептал Михаил.

Вместо ответа, я встала, увлекая мужа за собой в дом. На кухне мирно беседовали Гэбриил и драконы, остальные, видимо, ушли отдыхать. Мы тихо прошмыгнули к лестнице, еле сдерживая смех. Словно мы подростки, скрывающие свои намерения от строгих родителей. Стоило войти в комнату, в которой я до этого очнулась, как Михаил, закрыв за нами двери, притянул меня к себе, опаляя новым поцелуем. На этот раз его губы обрушились на меня, выжигая, уничтожая, стирая мысли о предстоящем расставании, об опасных врагах, о том, что это последние часы, что мы проведём вместе, о том, что одного из нас ждёт неминуемая гибель.

Я ненасытно отвечала на поцелуй любимого, стараясь обласкать руками каждый миллиметр его тела. Пальцы наткнулись на новый шрам на рельефной груди, и я, прервав поцелуй, нежно погладила след от удара, предназначавшегося мне.

– Забудь, – Михаил перехватил мою руку и прижал к губам, целуя каждый пальчик. – Это лучшее из украшений, что я мог бы носить.

Руки мужа, отпустив меня лишь на миг, скользнули под тунику, пока я дрожащими пальцами расстёгивала оставшиеся пуговицы на его рубашке. Быстрые рваные движения, нетерпение, поцелуи, приправленные остротой пережитых потрясений, и наши тела уже сплелись в страстном неукротимом танце, прижавшись друг к другу так близко, что сложно даже представить их существование по отдельности.

– Ты моя, запомни! – заставляя кровь в венах накалиться до предела, прошептал Михаил. – Моя Суженая!

Он был повсюду, он заполнил мою душу до краёв, давая смысл, давая саму суть жизни, и с каждым толчком я чувствовала в себе Силу, чувствовала, как она плескалась во мне, грозясь затопить этот маленький мирок.

– Скажи, – потребовал муж, сжимая меня с такой силой, что казалось, вот-вот затрещат кости, – скажи, что ты моя!

Бархатные глаза сверкали в темноте, и этот дикий взгляд будоражил во мне неизвестные доселе чувства. И я сказала, отдаваясь на его волю, теснее прижимаясь к желанному телу, и мои слова стали сигналом нашего общего финала. Звёзды за окном померкли, луны перестали вращаться, замирая на месте, а мы парили над бездной на волнах наслаждения, без остатка растворяясь друг в друге.