Суженая на замену

Глава 1

Во всём виноват лист.

Несколько листьев.

Щедро политые дождём, закончившимся лишь под утро, они слиплись плёнкой, раскрасившей мокрый тёмный асфальт причудливыми жёлтыми узорами.

Как я ухитрилась поскользнуться на этих листьях?

Не знаю.

В какой-то момент подошва ботинка легко, уверенно проехалась по ним, как по льду, увлекая за собой всё тело. На долю секунды я увидела свою ногу, взлетевшую перед моим носом в замахе, повторить который я бы при всём желании не смогла, а затем меня резко, неумолимо швырнуло на спину, прямиком на асфальт. Перед глазами мелькнула жухлая крона ближайшей берёзы, коричневая, будто сожжённая листва рябины рядом и кусочек мглистого серого неба. В спине что-то хрустнуло, опалило вспышкой боли и сознание выключилось.

Вот так просто. Щелчок – и тебя нет. Есть лишь тьма, ни мыслей, ни ощущений, и воспоминания о четырёх десятках прожитых лет почему-то не проносятся увлекательной кинолентой.

Голоса возникли не сразу.

Поначалу зародились где-то вдали, на периферии тьмы, зазвучали вкрадчивым шелестом потревоженной ветром листвы. Нарастали постепенно, становились всё громче и громче, дробились на отдельные голоса и фразы.

– Ясси?

За голосами следовали ощущения.

Твёрдая, жёсткая поверхность под спиной.

Гуляющая по телу волна тупой боли.

Что-то мокрое, колючее в левой руке.

Наверное, в лужу угодила…

Хотя я перчатки надела, помню точно, а они кожаные, не промокают.

Не должны.

Кто-то взял меня за левую руку, коснулся запястья и пальцев, сведённых судорогой так, что разжать их не получилось.

– Ясси, что же ты наделала? – произнёс незнакомый мужской голос.

Говорил он тихо, укоризненно и близко ко мне. Прочие голоса звучали на расстоянии, и различить их сложнее, слова появлялись и исчезали, не откладываясь в сознании, словно сказанные на неизвестном мне языке. Скорее всего, собрались прохожие, смотрят, обсуждают… может, и на телефон кто-то снимает украдкой.

Глядишь, проснусь назавтра звездой соцсетей и местных новостных каналов.

Чужие пальцы коснулись моей щеки, постучали легонько. Я отвернула лицо, пытаясь разорвать непрошеный физический контакт, и открыла глаза.

– Ясси?

Ко мне склонились, загораживая обзор и свет, и я кое-как разглядела над собой мужское лицо. Узкое, немолодое, с аккуратной бородкой. Чёрные волосы коротко острижены, тронуты сединой.

– Ясси, – в тёмных глазах отразилось облегчение.

Это он мне?

Но я не Ясси, я Аля.

Альбина.

– Ох, Ясси-Ясси, как же ты меня напугала, – неизвестный мужчина оставил моё лицо в покое и чуть передвинулся в сторону, позволяя увидеть небо.

Ясное голубое небо.

Когда расчиститься успело? Не могла же я столько проваляться без сознания, фактически на дороге, посреди двора между жилыми домами, что погода так радикально переменилась?

Тем временем мужчина вновь протянул ко мне руки, на сей раз дабы помочь сесть. Сопротивляться я не стала, тело реагировало заторможено, вяло, при всём желании не откажешься от чужих услуг. Неудивительно – с такого размаху об асфальт приложило. Повезло, что переломов не заработала или сотрясения. По крайней мере, боль отступила, я двигалась, пусть медленно и не без посильной помощи незнакомца рядом.

Пальцы левой руки наконец разжались, открывая ладонь, запятнанную кровью и присыпанную чём-то мелким, блестящим, похожем на осколки. Нет, вида крови я не боюсь, но…

Перчатки нет.

И за что стеклянное я успела схватиться? Пустая бутылка под руку попалась или сразу осколки…

Вслед за окровавленной ладонью я разглядела собственную ногу и то, чем моя конечность была прикрыта.

Это юбка. Длинная голубая юбка… не юбка.

Платье.

Из дома я вышла в джинсах, свитере и куртке, какое, к чёрту, платье?!

Из-под края чуть сбившегося подола торчали ступни. В бежевых туфлях самого что ни есть старомодного вида. Рукава полупрозрачные, от локтя свисали какой-то неряшливой, будто разорванной тряпкой. Талия у платья на положенном природой месте, лиф простой, с рядом обтянутых шёлком пуговиц, вырез не слишком низкий. Часть зоны декольте прикрыта бледно-голубой тканью, выбивающейся из-под края выреза. На секунду показалось, что этот кусок ткани пришит к платью наподобие оборки, но нет – я потянула за него и сообразила, что это нечто сродни нижнему платью или нательной сорочке.

Ничего такого в моём гардеробе и близко не ночевало.

В нарастающей панике я принялась ощупывать себя за всё, что только попадалось под руку, едва замечая, как кровь пятнает светлую ткань. Ноги, бёдра, живот, рёбра, грудь, плечи… все части тела на месте, ничего нового или неожиданного не появилось, но не удавалось избавиться от чувства неправильности, раздражающего ощущения неудобства, словно меряешь одежду размера предположительно твоего, а на деле не совсем. И там жмёт, и здесь висит, и тут не натягивается, и вообще сидит как-то не так.