Суженый по заявке или попаданка для драконьего лорда

Глава 20

Когда я вошла в большой зал, в котором должен состояться обед, за столом уже сидели трое.

Каэллан – во главе стола, в безупречно выглаженном темном камзоле с серебряной вышивкой на воротнике и манжетах. Его лицо, как всегда, было непроницаемым, холодным, и он рассеянно крутил в руке бокал с вином, глядя в окно. Аура вокруг него была спокойной, коричневой с фиолетовыми вкраплениями – сосредоточенность, отстраненность, легкая скука.

Справа от него сидела Люсинда – ослепительная, как всегда. Сегодня на ней было ярко-синее платье, с глубоким декольте и кружевными рукавами. Золотистые волосы были искусно уложены в сложную прическу, украшенную шпильками с маленькими сапфирами. Она что-то говорила Каэллану, наклонившись к нему слишком близко, чем того позволяют приличия, и в ее ауре я видела желто-зеленый оттенок с розоватыми краями – довольство, уверенность в себе, легкое кокетство.

Слева от Каэллана сидела женщина, которую я узнала из чужих воспоминаний – леди Ирэн, моя мачеха.

Высокая, с безукоризненной осанкой, в платье зеленого цвета, с высоким воротником и длинными рукавами, отделанными кружевом. Никаких ярких цветов, никаких вызывающих декольте – все строго, дорого, аристократично. На шее – тонкая цепочка с небольшим кулоном, в ушах – жемчужные серьги. Все кричало о статусе и хорошем вкусе, но при этом было абсолютно лишено тепла.

Аура вокруг нее была примерно такой, какую я видела в видении. Темно-бордовая, плотная, с острыми краями – амбиции, холодный расчет. И тонкая салатовая едва заметная нить, что выдавало напряжение.

Интересно.

Я остановилась у входа в зал, и все трое повернулись ко мне. Каэллан окинул меня равнодушным взглядом и кивнул, указывая на стул напротив Ирэн. Люсинда улыбнулась милой, сладкой улыбкой, в которой не было ни капли искренности, и я видела, как в ее ауре мелькнул грязно-синий оттенок – презрение, едва скрываемое под маской вежливости.

Ирэн смотрела на меня молча, и в ее взгляде я читала то же самое, что видела в воспоминаниях Алисии: неодобрение и уверенность в том, что я – ничтожество, которым можно пренебречь.

Что же, посмотрим.

– Добрый день, – произнесла я, входя в зал и направляясь к указанному месту. Я не торопилась, двигалась плавно, держа спину прямо.

– Алисия, – Ирэн кивнула мне, и в ее голосе не было ни капли тепла. – Рада видеть тебя... устроившейся.

Пауза перед последним словом была красноречивой. Будто она хотела сказать что-то другое, но из вежливости удержалась.

– Благодарю за визит, маменька, – ответила я, усаживаясь на свое место. Один из слуг тут же подошел и налил мне вина в бокал.

– Я не могла не приехать, – продолжила Ирэн, изящно поднимая свой бокал и делая маленький глоток. – Как-никак, ты моя падчерица, и я чувствую ответственность за твою судьбу. Хотела убедиться, что ты адаптируешься к новой жизни.

В последних словах звучала насмешка. Легкая, почти неуловимая, но я ее услышала.

– Как трогательно, – я улыбнулась, беря свой бокал. – Я и не знала, что вы так обо мне заботитесь. У меня сложилось совсем иное впечатление.

Укол был мягким, почти незаметным, но Ирэн уловила его – я видела, как в ее ауре вспыхнула красная искра, как на секунду сжались ее губы. Но она взяла себя в руки мгновенно, и на лице ее не отразилось ничего, кроме легкого недоумения.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, дорогая, – произнесла она ровным тоном. – Я всегда желала тебе только добра. Этот брак – великолепная возможность для тебя. Лорд Каэллан – один из самых влиятельных и богатых людей королевства. Тебе невероятно повезло.

Вот оно. Первое напоминание о "великодушии" лорда и о том, как мне, ничтожеству, посчастливилось оказаться здесь.

Я повернулась к Каэллану, который до сих пор молча наблюдал за нашим обменом репликами, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным, и в его ауре не произошло никаких изменений – все та же коричневая с фиолетовыми вкраплениями.

– Конечно, – согласилась я, глядя прямо на Ирэн. – Мне действительно повезло. Не каждой девушке выпадает честь стать разменной монетой в политической сделке, отдав все земли покойного отца в обмен на титул и положение для своей мачехи.

Наступила тишина.

Люсинда едва не поперхнулась вином. Каэллан медленно повернул голову в мою сторону, и в его глазах впервые с момента моего появления мелькнул интерес. Аура вокруг него дрогнула, в коричневый вплелась тонкая оранжевая нить – любопытство.

Ирэн застыла. На ее лице на секунду отразилось неприкрытое изумление, которое она не успела скрыть за маской вежливости. Красная нить в ее ауре вспыхнула ярче – гнев, который она изо всех сил пыталась подавить.

– Алисия, – начала она ледяным тоном, но я не дала ей договорить.

– Простите, маменька, если я слишком прямолинейна, – я снова улыбнулась, делая маленький глоток вина. Оно было хорошим – терпким, с легкой горчинкой. – Но разве не стоит называть вещи своими именами? Отец завещал мне земли, а вы помогли организовать брак, в котором эти земли перешли к лорду Каэллану, взамен получив титул и щедрое содержание. Разве это не так?

Я говорила мягко, почти мечтательно, но каждое слово било точно в цель.

– Ты забываешься, – Ирэн наконец обрела дар речи, и ее голос стал жестким и холодным, как лед. – Я действовала исключительно в твоих интересах. Ты – слабая, болезненная девушка, неспособная управлять имением. Тебе нужен был сильный муж, который мог бы...

– ...взять на себя управление землями, которые по праву принадлежали мне, – закончила я за нее. – Да, конечно. Как великодушно с вашей стороны – позаботиться о моем благополучии таким образом.

Люсинда наблюдала за перепалкой с нескрываемым интересом, ее аура переливалась яркими оттенками любопытства, азарта, злорадства. Она явно получала удовольствие от зрелища.

– Леди Алисия, – вмешалась она сладким голосом, и я перевела на нее взгляд. – Вы, кажется, недовольны своим положением? Как странно. Я думала, любая девушка мечтает стать женой лорда Каэллана. Он ведь так великодушен, так щедр... И так терпелив.