Свадьба и прочие неприятности

Глава 7

Как чувствует себя человек, потерявший последнюю надежду?
Я отвечу одним словом: «Хреново».

Всю ночь я боялась следующего дня, даже думала напиться каких-нибудь сонных таблеток и тихо отдать концы. Но так как я человек по жизни неунывающий, то эта вредная мысль быстро покинула меня.
Зато кофе я напилась так, будто завтра меня отведут на казнь, и ночью у меня был последний шанс напиться вкусненьким.
К утру я была похожа на зомби, ведь так и не поехала домой. Мне хотелось скорее переступить этот страшный, надвигающийся момент и вздохнуть спокойно. Или на худой конец – сдохнуть.

Чем быстрее светало, тем больше я употребляла кофе. И к девяти часам утра меня уже тошнило, и заложило уши. Мои мысли уже были об унитазе, а не о деньгах, которые я не брала, но по какой-то причине их требуют от меня..

В итоге, когда в кабинет вошёл надушенный Павел Олегович, я вылетела оттуда, как сраный веник, и меня минут десять выворачивало в туалете. В кабинет я заползла, а точнее дошла по стенке. И мне хотелось, чтобы хозяин прибил меня уж скорее. Я думала, что умру, всем сердцем ненавидя запах кофе.

Павел Олегович осмотрел меня и сказал:
– Жалости вы во мне не вызовете.​ Если денег нет, то так и скажите.
– Деньги есть. Точнее такие деньги где-то у кого-то есть, – начала я философствовать и, буквально, рухнула на диван. – Только не у меня.
– Тебе смешно? – он посмотрел на меня бесстрастным взглядом.
Между тем я думала, как бы сейчас не вырубиться при нем. А с другой стороны меня это радовало. Все мои мысли были только о моем ужасном состоянии.
– Поверьте, мне сейчас не до смеха. Хотите убивайте меня, хотите сажайте, только оставьте в покое! Нет у меня вашего миллиона!
– Дорогая моя, ты меня подставила, и я такое не прощаю. Да и никто такого не простит.
– А я вас прощаю. И отстаньте от меня... – я почувствовала, что снова поступила тошнота. – Черт! – и понеслась в туалет.
Когда вернулась, то весь кабинет вонял свежесваренным кофе, и я снова ощутила дурноту, но все же села на диван.
– Оставьте меня в покое, прошу, – взмолилась я.

Ну, не похож Павел Олегович на церковного инквизитора или бандита!
– Оставлю и,возможно, все прощу, – хозяинбросил в свою чашку с кофе три кубика сахара и перемешал. – У тебя есть два варианта. Первый: я вызываю своего следователя. Он тебя сажает в тюрьму, и ты сидишь под арестом до конца следствия.
Тут он замолчал и проницательно посмотрел на меня.
А я представила себе вонючую клетку и еду, которой меня все эти месяцы, а может быть, годы будут кормить...
– А второй вариант?
– Второй, думаю, тебе понравится. Ты должна выйти замуж за моего сына.
– Что-о-о?
– Да, именно. Сыграть свадьбу и стать его женой и полноценным членом нашей семьи, – сказал он так, будто это совершенно нормально!
– Что за бред? Я сплю... – не поверила я.

Голова и так почти не соображала, словно я находилась в полусне.
– Это не бред. Это сделка, – пояснил Павел Олегович, отхлебнув из чашки. – И вполне разумная.
– Да разве такое бывает в нашем веке?! – возмутилась я. – А что ваш сын скажет? Да мы друг друга не знаем!
– А моего сына никто не спрашивает, – хозяин допил кофе и поставил чашку на стол. – Вот приедешь сегодня к нам и познакомишься с ним.
Я вспомнила эту наглую рожу красавца и сказала свою мысль вслух:
– Он не согласится.
– Об этом не переживай, – заверил он. – Согласится, куда он денется? Так ты согласна подписать контракт?

***

Пахло морем. И я слышала, как шумел прибой. Солнце из окна слепило. А жара не чувствовалась благодаря включённому кондиционеру. Эти богатые апартаменты принадлежали мне. Я в Европе. У моей кровати спал здоровый лабрадор, о котором я всю жизнь мечтала. А напротив кровати горел камин…

Я сидела в удобном кресле, ела мороженое и даже не думала о своей фигуре, как Полина. А она — большая счастливица — всегда ест все, что хочет, когда хочет и сколько хочет. Не то, что я…

Но сегодня мне можно все. Я богатая, и у меня все есть. И даже муж.

Муж…

Я пыталась вспомнить, а кто мой любимый? Но лишь мучилась и ничего вспомнить не могла. Ни одного человека в моей жизни… Темнота…

Только белое платье, на которое однажды я засмотрелась на витрине магазина… И цветы… Их так много! Я понимала, что это все мои знакомые поздравляли меня со свадьбой.

— Ты должна выйти замуж за моего сына, — услышала я издали голос Павла Олеговича.

Мне не хотелось в это верить. Да как? Я же замужем?.. Свадьба… Я в платье.

И вдруг в красивом костюме я увидела хозяйского сыночка Женечку. Он стоял и, нагло лыбясь, спросил:

— Что пялишься, отцова подстилка?

Я поняла, что он – мой жених, и в ужасе закричала…

— Наташа, Наташа… — по плечу мне стучала Полина.

Я уловила запах свежезаваренного кофе, и мне стало дурно. Промычав, я отвернулась. И не могла понять радоваться мне или на крыше от горя выть.

Это был сон. Страшный сон, предзнаменующий мое будущее.

— Я тебе кофе сварила, — пискнула Полина. — Ты проспала весь рабочий день. А сейчас тебя ждет шофер Стрельцовых. Вот я и пришла тебя поднять.

Услышав это, я вскочила:

— Как? Время уже семь?!

Нет, кошмар только начался. Я проспала весь день! Хуже всего – я не выспалась и совершенно не была готова встретиться со своим «новым счастьем». И вообще не понимаю, как я согласилась на эту авантюру?! На тот момент я чувствовала сильнейшее недомогание, что готова была сама себе подписать смертный приговор. И я это сделала. Не прочитав, я оставила афтограф на какой-то бумажке, лишь бы хозяин свалил из кабинета и не вонял этим кофе!

Но с другой стороны… Я могла запросто попасть в СИЗО… Кто бы меня спасал? Никто. Разве что Полина приносила бы мне передачки…

Мысленно согласившись, что у меня не было выбора, я смыла макияж, собрала волосы в длинный хвост и достала очки. Полина стояла, раскрыв рот, и смотрела на меня, как на сумасшедшую.