Свадьба и прочие неприятности

Глава 15

Полчаса мы потратили на то, чтобы стереть кровь и обработать боевые раны моего женишка. Даже Арина с ним сюсюкалась и не давала ему и рта раскрыть, создавая хозяйскому сыночку полный комфорт. Моему удивлению этой картине не была конца. Арина вела сегодня себя так, как будто стала ангелом во плоти. Неужели ее так обработал бывший муж? Может, она зря с ним развелась?...

Когда нас оставили наедине, я мысленно отсчитала до десяти, чтобы не спустить на Евгения весь свой праведный гнев. Успокоившись, я села напротив него и спросила:

— Что это все значит?

— Вот это? — показал он на разбитый нос. — Значит, что меня побили, а ты позволила этому случиться.

Возмущению моему не было предела!

— Выходит, я виновата, что Банщиков тебя побил?!

— И ты тоже. Не пудрила бы ему мозги, ничего не было бы… Зачем ты ему все рассказала?

Обвинения Жени просто хлестнули меня по щекам. Я понимала, что такие вещи никому нельзя рассказывать. Хотя тогда это было не его дело, а моя большая проблема. Но отчего-то я застыдилась своего обращения за помощью к Игорю.

— Что ему известно? — спросил он меня.

— Ничего, — ответила я. — Про свадьбу ничего, а про пропавший миллион – все.

— Я не понял, какой миллион? — удивился Женя, словно услышал это с моих уст впервые.

Я словно видела, как его мозг заработал со скоростью света.

— Из-за которого я согласилась выйти за тебя замуж, чтобы не сесть в тюрьму. Я уже тебе говорила об этом…

— Это деньги отца?

— Да.

Он снова задумался, глядя в окно. А затем взглянул на меня и спросил:

— А как они оказались у тебя?

— Павел Олегович положил их в этот сейф на хранение, пока отдыхал в сауне с друзьями и о чем-то договаривался. Я все закрыла — и сейф, и кабинет при твоем отце. Ключ был у меня всегда при себе. Но к утру деньги пропали. И Игорь говорит…

— Не называй его имя при мне, — резко оборвал меня Евгений. — Мне совсем неинтересна версия версты коломенской.

Я застыла. Уж очень он злобно реагировал на Банщикова. А тем временем Женя рассуждал вслух:

— Деньги пропали. Значит, пропали… Интересно, как?

Парень поднялся с кресла и заходил по офису.

— Нашел дурочку! — усмехнулся он. — И что ты подписала? — вдруг остановился Евгений.

Я невольно залюбовалась его красивым лицом. Он смотрел на меня с участием, без капли превосходства или высокомерия. И я словно увидела его впервые. Настолько изменились его взгляд и походка, будто сейчас передо мной стоял совершенно другой человек. И самое ужасное, я начала ему верить…

— Что я должна тебя изменить, чтобы стать свободной от долга. После этого я получу свободу и смогу подать на развод.

— Серьезно?! — усмехнулся Евгений. — Ну и интриган мой батя! Хочется аплодировать ему, стоя! — и тут парень спохватился: — А почему он тебя повысил в должности? За какие заслуги?

— Я всегда заменяла всех. Мне очень нужны были деньги. Я живу одна. А во время болезни Татьяны, бывшей управляющей, я ее заменяла, так как Арину тогда уволили. Постоянных работников в «Бане» больше не было. Вот так и получилось…

— Подфартило? — улыбался он.

На этот раз это была открытая дружелюбная улыбка. Я засмущалась, но ответила:

— Получается, так.

— И что мы будем делать?

Тут меня прорвало. Я заговорила с ним по-дружески, как со своим братом:

— Давай ты на время побудешь паинькой, чтобы твой отец до свадьбы нас оставил в покое?

— А потом что? Он увидит, что я ему порчу жизнь, и обратно тебя мне подсунет. А еще хуже — другую мне найдет.

— Нет, ты ему покажешь, что этот метод не работает. Он не станет тебя женить.

— Ага, и сразу в армию отправит! — рассмеялся мой женишок.

— Женя, нам не нужна свадьба, — напомнила я.

— Это тебе она не нужна, — согласился он. — А мне теперь очень даже нужна.

— Постой! — напряглась я. — Нам не нужна свадьба!

— Почему? — уставился он на меня. — Я тебе так противен? Вчера мне показалось, что наоборот.

Я готова была сквозь землю провалиться. Чувствовала себя так, будто я попала в сумасшедший дом! И никак не могу из него выбраться со вчерашнего дня!

— При чём тут вчерашний вечер?! — вырвалось у меня. Я трогала щеки, надеясь, что они не красные, и, поднявшись с кресла, пересела на диван на всякий случай подальше от него. Затем напомнила: — Я не хочу замуж. И ты этого не хочешь...

— Не хотел. А теперь хочу.

— И что теперь поменялось? — не сдержалась я. И тут вспомнила: — Банщиков! Ты назло Игорю хочешь на мне жениться?

— Угадала! — улыбаясь, Женя щёлкнул пальцами. И тут же сел рядом со мной, прошептав над ухом: — Ну, ты об этом моему папе не расскажешь?

— Почему? — отодвигалась от него я.

— А это тебя не касается. Брак у нас фиктивный, — он прожигал меня глазами так, что мне хотелось сбежать. — Ты ничего не потеряешь. Тебе даже батя заплатит. Подумаешь, штамп останется в паспорте! Это же ничего не значит.

Как для него все легко!

— Если ты не изменишься, то меня Павел Олегович не отпустит, — напомнила я обречённым голосом.

Не избежать мне свадьбы!

Женька на меня посмотрел такими тёплыми глазами! Я не могла понять какого они цвета: то ли синего, то ли темно-серого… На мгновение я вдруг подумала, что мы сейчас поцелуемся. От этой мысли я даже дышать забыла, но он совершенно спокойным тоном продолжил:

— Не печалься, я что-нибудь придумаю. И как бате угодить... И как свое не потерять… — Женя вяло улыбнулся. — Отпустит он тебя, обещаю. — затем он поднялся с дивана и неожиданно спросил: — Чаю будешь?

— Мне сейчас... — хотела я сказать «некогда», но он включил чайник.

— Тебе сейчас успокоиться надо, — перебил меня мой женишок. — А мне подумать, как сделать так, чтобы волки были сыты, а овцы — целы.

Я не заметила, что слежу за его каждым движением. И поражалась тому, что он умеет нашими агрегатами пользоваться, знает, где здесь находятся заварка с чашками...