Свадьба и прочие неприятности

Глава 19

— Уж много чего, поверь. Этот подлый мажоришка тебе самой скоро станет противен. Он себя покажет. Ты его еще узнаешь. Но я советую тебе так близко с ним не знакомиться.

— И почему? — спросила я. — Что в нем такого плохого?

Тут я услышала смешок рядом со своим лицом и обернулась. Оказывается, пригнувшись ко мне, мой разговор с Игорем подслушивал Евгений. Заметив мое удивление, он быстро выхватил из моих рук телефон и добавил:

— Да! И чего это во мне столько всего плохого и противного? Давай, шланг, рассказывай! А я тебя внимательно послушаю и, быть может, законспектирую, если твоя критика будет обоснованной. Но ты уж постарайся. Вдруг что-нибудь умное родишь!

— Верни телефон! — хотя я ему и приказала, но голос у меня звучал вполне сдержанно.

Женя, видимо, послушал Игоря и спросил:

— Больше тебе нечего сказать? Тогда хочу тебя огорчить. Я с тобой не согласен. Это всего лишь вкусовщина, мнение никому неинтересного человека. Так что адью! И больше не звони ей, — он отключил связь и вернул мне мобильник. — Ты прямо, как училка!

— Ты перешел границы.

— А по-моему, это ты забыла, что на данный момент выходишь замуж и общаешься с сомнительными личностями. Собираешь всякие сплетни про своего же жениха.

— Можно подумать, будто это тебя задевает.

Женя развалился на диване и улыбнулся в тридцать два зуба:

— Ты права. Мне нет дела до того, что обо мне думает всякий… — Женя увидел мою мину на лице и поправился: — Человек низшего класса. Но только к Банщикову не ходи! Уж лучше опроси мою няню, учителей, сходи к моему психологу, попытай ее...

Я представила такую картину, как допрашиваю с пристрастием его личного коуча, а тот мне в ответ выдает: «Профессиональная этика, детка!», и рассмеялась.

— Тогда рассказывай про себя сам.

— А зачем? Чтобы ты потеряла ко мне интерес?

Я молчаливо взглядом сказала ему: «К тебе? Умоляю!». И, взяв сумку, направилась из кабинета. Стрельцов вскочил и вышел за мной следом.

— Куда едем? — поинтересовался он, пока я закрывала кабинет.

— Никуда. Я еду домой, а ты можешь ехать, куда хочешь, только веди себя хорошо, как мы условились.

— Вот здесь я внесу правку: не условились, а как ты меня просила. А я подумал... Тебе разве не интересно, что я надумал?

Разумеется, мне было важно, что там придумал мой женишок. Но я так устала, что у меня сил на него не хватало. Я мечтала лишь о пенной ванне и любимых пирожных. Еще, конечно, шоколадок бы… Но я их не куплю.

— Интересно, — направилась я к выходу. — Но об этом поговорим завтра, когда пройдет мой рабочий день.

— Так не пойдет, — заявил он, взяв меня под руку.

И, обернувшись, я заметила Арину, которая мне громко крикнула:

— До свидания, Наталья… А… как там тебя?!

На что я ей просто махнула рукой. Женя же меня потащил к своему огромному «лексусу». Но я заупрямилась:

— Я не сяду в твою машину!

На что он мне ответил, открывая для меня дверь автомобиля:

— Не бойся, после тебя ее Гера отмоет. Мой «лексус» как-нибудь выдержит твой обшарпанный видок. Я же выдержал!

А я еще допускала, что Евгений может быть нормальным…

— Я не поеду!

— Любимая, я, конечно, всей душой за спорт. Но тебе не кажется, что семь километров пешей прогулки в конце рабочего дня – это уж слишком для первого свидания? Поверь, я не настолько романтичен. Так что, изволь сесть в автомобиль.

Он не давал мне прохода, зажав меня у двери своей машины.

— Я не поеду с тобой, — попыталась я достучаться до его сознания. Он посмотрел на меня своим красивым взглядом, который мне говорил: «Поедешь- поедешь, куда ты денешься?». И я почти ему поверила, но тут же, будто себе напомнив, добавила: — Мне надо домой.

— Мы и поедем домой. С наилучшим комфортом. Ну как? — от его взгляда, наверное, все девчонки теряли голову и соглашались и не на такое…

— Ко мне домой! — подчеркнула я.

Женя удивился и в ухо прошептал:

— Так быстро? Но если ты настаиваешь…

Черт! Все выходит из-под контроля… Уж точно не хочу я его к себе приглашать для этого…

Я вытянула руки, отстраняя его от себя, и отчеканила:

— Я еду одна!

И тут он будто что-то придумал, кинул мне ключи от своей машины.

— Держи!

Я их автоматически поймала и, сообразив, ответила:

— Я на своей поеду, — и протянула ему ключи, но Женя их не взял. Он посмотрел на мое скромное, но горячо любимое авто.

— На этой… — Женя подбирал слова. — Старушке?

— Да, на ней, — я бросила его ключи ему в ноги и, отстранив его, открыла свою машину.

А Женя мне крикнул:

— Моя невеста не ездит на колымагах.

— Ну и отлично. Я рада за твою будущую жену.

— Перестань, — Женя не дал мне закрыть дверь моей машины. — Ты нас позоришь. Возьми мой «лексус», хотя бы пока…

— Тебе же плевать, что о тебе думают такие, как мы?

— Да, но болтать же будут наши партнеры. Не позорь моего отца.

Я засомневалась. Уж очень добреньким мой женишок был. От него несло подвохом.

— Смотри, вон на нас из кухни повара смотрят, — показал Женя на знакомые лица. — Ну, что скажешь?

— На меня документов нет. Вдруг остановят?

— Давай я с тобой поеду?

— Нет.

— Да не остановят! — усмехнулся он. — Здесь все мою тачку знают. Эта старая.

Я с чуть не истерическим смехом посмотрела на его «старую» машину, которая стоила, как квартира в столице.

— Давай, давай, невеста! Переселяйся. Учись жить красиво, — подводил меня к своему «лексусу» мой женишок. Он позволил мне сесть за руль и сунул ключ в зажигание, заведя автомобиль, а сам помчался к моей тачке: — Где там у тебя документы? А! Нашел!

— Вот, держи. А теперь мне ключи, — протянул Женя руку. Я уставилась на него. — Я пешком домой не пойду. И твою машину надо в хороший автосервис сдать. Пусть пока починят. До твоей, как ты там говоришь, свободы.