Свадьба на третьем свидании

1

– А что, так можно было? Взять и просто заменить твоего жениха за три дня до венчания? – бойкий, удивленный голос моей подружки невесты Ланы звучит непривычно глухо в вертолетных наушниках.

Тяжелый, монотонный гул мощных лопастей за стеклом кабины глушит все внешние звуки, пока мы летим высоко над горными вершинами.

– Да, мы с девчонками просто ушам своим не поверили, когда вчера вечером обо всем узнали, – тут же подключается к разговору рассудительная и умная Кира. – Все произошло слишком быстро, буквально в один щелчок пальцев. Представить трудно, Яна, каково тебе сейчас.

– Да что вы раньше времени панику-то наводите? – недовольно обрывает их заводная и легкая на подъем Аня. – Из-за чего кукситься? За него, между прочим, многие мечтали бы замуж выйти.

– Я бы так уверенно на твоем месте не говорила, Ань, – упрямо гнет свою линию Лана. – Марат – самый суровый, жестокий и опасный мужчина из их семьи. О нем такие страшные слухи ходят...

– Зато он высокий и привлекательный, – фыркает в микрофон Аня. – А верить всем сплетням – себя не уважать. Да и я, например, слышала от проверенных источников, что он такие безумные подарки умеет делать, что закачаешься.

– А в прессе о нем открыто пишут, что он абсолютно безжалостен с конкурентами и со всеми теми, кто плохо на него работает, – веско вставляет Кира, ломая Анин оптимизм. – Увольняет людей со своих предприятий не задумываясь. Не прощает никаких промахов и спуску вообще никому не дает.

– Вот-вот! – подхватывает Лана. – Я тоже слышала, что у него все по струнке ходят – и в офисах, и дома. А сейчас, когда после смерти дяди он всю власть получил в их семье, мне за Яну даже страшно становится. У нас одно время его бывшая горничная работала, так она говорила, что сама в ужасе уволилась, просто не выдержала его характера. Он вранье, даже самое мелкое, по глупости, вообще никогда не прощает. Был у них там водитель, который без спроса на кухне во время важного банкета полакомился какими-то деликатесами. Так его даже увольнять не стали. Его просто после того вечера больше никто не видел.

– Вот-вот, про его конкурентов то же самое говорят, – тихо соглашается Кира. – Кто дорогу ему посмеет перейти – все. Считай, нет больше человека.

Я слушаю весь этот плотный поток их разговоров каким-то далеким фоном. Сосредоточена на другом. Сижу так, что мне хорошо видны часы на запястье пилота.

Практически все время полета я неотрывно рассматриваю именно их. Монотонный бег секундной стрелки меня хоть как-то успокаивает, заставляя не думать о плохом.

А часы у нашего молчаливого летчика какие-то необычные, крупные, тяжелые. Я никогда в жизни таких не видела.

Элементы их массивного корпуса варьируются от плавных, округлых линий до острых углов. Самих металлических граней почти не видно – все усеяно россыпью мелких черных камней идеальной прямоугольной огранки.

Они завораживающим геометрическим узором, настоящей воронкой уходят глубоко внутрь циферблата, приковывая мое внимание к открытому круглому окну прямо под стрелками. Там отчетливо видны непрерывно двигающиеся детали сложного механизма.

На этих часах хорошо заметно, как быстро, неумолимо бежит время тех коротких трех дней, через которые я официально стану женой человека, которого в глаза еще ни разу не видела. И эта черная воронка драгоценных камней на его запястье меня будто незаметно поглощает.

– Девочки, вот зачем вы ей все это сейчас рассказываете? – недовольно обрывает подруг Аня. – Яна и так уже вовсю на взводе, на нервах.

Она абсолютно права. У меня по спине холод арктический ходит крупными волнами. Только не от их страшных слов про деликатесы и водителя.

Жуткое, давящее чувство возникает внутри от того, будто я физически ощущаю его незримое присутствие прямо здесь. Смешно. Мы еще даже не долетели до его дома, не приземлились на горной площадке. А мне уже кажется, что он прямо сейчас смотрит на меня и внимательно слушает каждое мое слово.

– Яна, ты чего молчишь всю дорогу? – Лана поворачивает ко мне голову. – Что родители говорят? Нельзя вернуть все, как было раньше? Или хотя бы дату венчания немного перенести?

Перевожу свой взгляд от часов на нее. Отрицательно мотаю головой.

– Яна, на тебе просто лица нет, – вздыхает Аня. – Может, воды?

– Спасибо, не надо. Я нормально.

– Мы отлично видим, насколько ты нормально, – качает головой Кира. – Нет, это какой-то сон кошмарный, честное слово. Ущипните меня кто-нибудь.

Аня тут же с явным удовольствием щиплет ее за руку.

– Ай! Больно же! – вскрикивает Кира.

– Вот, видишь, не сон, – отрезает Аня и снова поворачивается ко мне. – Ян, ну может, он тебе еще подойдет в быту? Ну да, в два раза старше тебя, конечно. Это сколько ему? Тридцать шесть?

– Да не в возрасте дело. Просто за три дня человека разве можно узнать по-настоящему, привыкнуть к нему? За такое короткое время даже чувство уважения не возникнет. Не говоря уже о чем-то большем. А совсем без чувств замуж выходить... Это неправильно. Это просто клетка.

– Все, девочки, подлетаем, – Лана прижимает ладонь к губам.

– Ого, вот это дом! – Аня в легком шоке округляет глаза.