Свадьба по доверенности

19.1

Эль замерла перед открытой дверью.

Можно было бы подумать, ещё один ближайший родственник явился к ней затем, чтобы поглумиться, но до этого княжич всегда был с нею учтив, и сейчас, встретившись с её удивлённым взглядом, он, слегка замявшись, первым делом торопливо поклонился:

— Доброго вечера, княжна Эльмира! Я нижайше прошу прощения за то, что беспокою вас в столь неурочное время. Но... не позволите ли мне забрать кое-что из моих вещей, оставшихся здесь?..

Забрать свои вещи?

Эль знала, что её самая первая догадка оказалась верна, и она действительно на время отбора, хоть и не по своей воле, заняла покои княжича. Она, конечно, не любопытствовала особо, но супруг Ирмы был до того тих и незаметен, что даже в собственных покоях ничего не указывало на его присутствие здесь до неё. А если и осталось что-то, то мамки бы сами ему принесли.

Чутьё настойчиво подсказывало ей, что он здесь совсем для другого.

Она молча посторонилась, впуская его, но Мал, сделав пару шагов внутрь, продолжил неуверенно переминаться с ноги на ногу у самой двери.

— Ещё раз простите меня, княжна...

— Что вы, княжич – это я должна извиняться, что заняла ваши покои и, совсем того не желая, доставила вам столько хлопот.

Стража стояла не шелохнувшись, когда Мал осторожно прикрыл за собою дверь, и Эль после этого с уверенностью добавила:

— Вы ведь не за вещами ко мне пришли?

Ей было любопытно: она не могла припомнить, чтобы они хоть раз говорили с княжичем – ничего, кроме положенных коротких приветствий при редких встречах за все эти три года, что он поселился в Артаиме. Эль всегда была неразговорчива, а супруг Ирмы и вовсе порой посматривал на неё с откровенным страхом.

Мал помолчал ещё немного, глядя в пол, прежде чем поднять на неё глаза и назвать истинную причину своего визита. Взгляд княжича при этом впервые отразил уверенную решительность, вдруг разительно изменив всегда такое безвольное выражение его бледного лица.

— Я пришёл предупредить вас, княжна. Предостеречь... — заговорил он торопливо, понизив голос, чтобы даже через закрытую дверь никто не смог расслышать его слов. — Вы должны знать – князь задумал худое... Он продал вас...

Эль с удивлением и интересом наблюдала за его неожиданным преображением, думая при этом, что вот уже и Мал оказался в курсе постыдной сделки отца с Пустынником.

Супруг Ирмы и слова против своей жены, а тем более князя, сказать не мог, и всё же пришёл к ней – опальной княжне, чтобы предостеречь, поэтому она ответила ему с теплотой, старательно объясняя:

— Если вы о том, что завтра я должна буду по приказу князя выбрать себе в мужья Пустынного короля – то, думаю, ни для кого в Артаиме страшным известием это уже не станет. Мне кажется, за эти три дня, что прошли после заявления представителя Пустынника об его участии в отборе, все уже вполне свыклись с мыслью, что я могу остановить свой выбор именно на нём. И даже желают этого.

Мал покачал головой, не соглашаясь.

— Поверьте, не один князь умеет просчитывать выгоду, — печально улыбнулась она в ответ на его сомнение. — Наверняка многие уже начали надеяться, что такое решение принесёт долгожданный мир в наши земли. Поэтому завтра я исполню свой долг – объявлю победителем Пустынника. Но я благодарна вам, княжич, за искреннее беспокойство о моей судьбе...

— Нет, княжна, — Мал снова качнул головой, продолжая смотреть на неё с нетерпеливой решимостью: — Дело не в Пустыннике. Я бы не стал предупреждать о том, к чему вас и так давно готовили...

И Эль убедилась – он действительно знал достаточно о сделке князя с Пустынником. Но в чём же тогда причина его визита к ней, если не в этом?

— Помимо Пустынного короля, князь решил продать вас и другим претендентам... — продолжил он, поясняя.

Она всё ещё не понимала. Что значит, продал? Они все внесли необходимый залог для участия в отборе. Немалый даже по меркам богатейших уделов.

— Третьяк предложил выкрасть вас у западников по пути в Пустынное королевство. Не далее как вчера, он вёл беседу об этом с дагирцами...

Эль невольно задержала дыхание. Дагирцы?.. Это просто невероятно!

Но тут же после неожиданного изумления, чуть было не рассмеялась. Дагирцы? Ещё как возможно! Более того – только такой выбор Третьяка и был теперь самым очевидным для неё.

Нет, она никогда не перестанет поражаться изворотливости и смекалке князя! То, что отец должен был найти подходящих исполнителей для того, чтобы она не добралась до Пустынного королевства, было понятно, но о том, насколько искусно он справится с этой сложной задачей, она и представить себе не могла.

Хитрый князь таким образом одним махом решал практически все свои проблемы, придумав при этом, как заодно обезопасить себя и от претензий не менее могущественного дагирского правителя за смерть в Артаиме его младшего брата и её унизительный отказ.

Кто ещё с такой лёгкостью и радостью согласился бы заполучить её в качестве трофея, желая поквитаться при этом не только с Западником, но и с самим Пустынным королём? Пусть и тайно.

Нет, Эль всё же не смогла сдержаться, чтобы не усмехнуться, покачав головой: ведь, получается, что, помимо такой очевидной выгоды от этой сделки, отец на свой замысел и поиски подходящих наёмников ни одной монеты не тратил и даже, по словам княжича, ещё и нажиться на всём в очередной раз сумел!