Свадьба по доверенности

Глава 27

Что они прочли на её лице? В её взгляде?

Каждый что-то своё и в то же время единое для всех, и потому также молча ждали, чувствуя особенную силу этого момента.

Как и все вокруг, они думали сейчас о волнении, которое должна была переживать юная княжна, и, казалось, прекрасно понимали причину её такого длительного молчания. Не могли не думать о том, что обычно испытывает любая девушка, любого сословия, в любых из земель мира, перед тем как навсегда изменить свою жизнь, расставаясь с родными и всем тем, чем она жила до этого. Не зря ведь у большинства народов вполне справедливо считалось, что девица в день свадьбы умирала для своего рода и рождалась для новой жизни в семье своего супруга.

Но было в большинстве жадных взглядов настороженно замерших в ожидании её ответа женихов и нечто совсем необычное. Новое, мощное чувство, которое с каждым мгновением всё сильнее захватывало их и подчиняло, вытесняя собой все иные мысли.

Отпусти она сейчас свой дар и попробуй ощутить их состояние, Эль увидела бы постепенно, но уверенно охватывающую всех, словно прочной нитью, общую эмоцию – ясное понимание и даже принятие того, что должно было произойти в ближайшие мгновения. Что все они, в том числе и самые отчаянно надеявшиеся на иной исход, глядя на неё, внезапно осознали, чьё имя она сейчас произнесёт.

Что только одно это имя сегодня она и могла назвать.

Первым это понимание она прочла в подёрнувшемся светлой грустью взгляде найона Северных земель, а полуулыбка, тенью мелькнувшая затем на лице Батула, стала знаком смиренного принятия им её выбора.

Следом – вспышка чёрных глаз и плотно сжатые губы наследника Берсии. И он понял. И даже принял. Но не смирился – чело хоть и разгладилось, а взгляд его, который она ощущала на себе острее всех других, оставался печальный, больной.

И у остальных одного за другим на лицах вспыхивали те же чувства, и пусть все они были не так значимы для Эль, но затронули её не меньше. И то же самое настроение – раньше ли, чем среди женихов, или после, она не уловила – растекалось теперь вокруг, неумолимо наполняя пространство и заражая всех собравшихся в палатах.

Как у неё получилось, не произнеся ни единого слова и не применяя дара, дать не просто понять окружающим о своём решении, но и полностью принять её предполагаемый выбор? И пусть многие лишь вынужденно смирились, как некоторые особо гордые и горячие женихи, но даже от них Эль ощущала исходившее молчаливое одобрение.

Это была не её заслуга. Не совсем её – Эль это прекрасно понимала. Тот, благодаря кому палаты всё сильнее и заметнее охватывал этот единый порыв и общий настрой, смотрел сейчас на неё сквозь прорези раздражающей своей безликостью маски.

Вот как ему это удавалось?

Всего лишь один поединок спустя, а большинство из присутствующих на церемонии, если и не встали окончательно на сторону Западника – считай на сторону Пустынного короля – то уже вполне благосклонно к нему относились. И ведь, и это нужно было честно признать, наёмник заставил относиться к себе с таким почти единодушным уважением вовсе не по причине маячайшей за его спиной тени Таира третьего.

Западник оказался и без того значимой и самодостаточной фигурой.

Пустынный правитель не зря направил своим представителем в таком щепетильном деле, как отбор и сопровождение невесты, именно Шейна. Без всякого сомнения, тот превосходно справился с первой и, возможно, самой непростой частью своего задания – представить своего нанимателя так, чтобы никто не оспорил её выбора в дальнейшем и даже мысли не допустил о сделке князя с давним врагом.

И сегодняшний показательный поединок Шейну безусловно помог. Очень помог. Как, впрочем, и самой Эль. По горячим следам триумфальной демонстрации Западником своего мастерства и магических возможностей Пустынного королевства, в потоке обуревавших всех восторженных эмоций, пока впечатления от схватки были особенно сильны, никто не осудит её выбор. Они все его уже внутренне приняли, ей осталось лишь озвучить имя.

Неужели Шейн просчитал всё заранее?

Настолько точно, что ей становилось не по себе, если это так и было...

Эль лишь на мгновение дольше задержала на нём свой взгляд, переводя его на других женихов, а затем на толпу за их спинами, и набирая в грудь побольше воздуха, готовая к речи.

— Уважаемые участники отбора и вы – дорогие гости Артаима! Я признательна каждому кандидату за оказанную мне честь и участие в отборе. Я высоко оценила всех, но избрать в супруги могу лишь одного из вас. Надеюсь, вы станете уважать мой выбор, ибо я выбрала равного среди равных!

Лишь лёгкое волнение волной прошло среди гостей – все жадно ловили её слова и ждали самого главного.

Момент приближался стремительно, и Эль мысленно с горечью усмехнулась: вот уж чего она не ожидала от себя ещё буквально несколько дней назад, так это того, что будет настолько уверена в своём решении. Словно и впрямь выбирала супруга по сердцу.

Но это всего лишь сделка. Не её сделка. Это, как стоять в шаге от пропасти, скрытой за завесой тумана. Не потому ли её сердце бьётся так гулко, когда она смотрит в разномастную толпу, а продолжает видеть перед собой только фигуру Шейна?

Они оба знают, что она сейчас произнесёт. Чьё имя назовёт.

Они оба знают, что её выбор – вынужденный.