Свадьба по доверенности

38.1

Четыре стихии!

Абсолют!

Нет, это было бы уже слишком! Маги четырёх стихий существовали лишь в древности, и всех их знали по именам и чтили, ну... почти как богов, настолько редким и невероятным было такое могущество.

— Нет, — покачала головой Пра. — Насколько мне известно, даром водной магии правитель Пустынников не владеет.

Но Эль уже не могла остановиться, вспыхивая:

— Три стихии – тоже не мало! Чем бы ещё он там не обладал, я уже могу с уверенностью сказать, что Таир третий – самый великий маг, из ныне живущих, о каком я только слышала!

Ей хотелось добавить в более язвительном тоне: зачем ему вообще понадобилась Артаимская княжна с такой-то силой и властью? Что за утеряный родовой дар и призрачная надежда на его восстановление не давали покоя каждому из череды Пустынных правителей? И только ли в этом было дело? Что за настырная одержимость?.. Но промолчала.

А Пра лишь снисходительно улыбнулась:

— Знаю я одного мага, чья сила ни с кем не сравнима...

Эль вскинула взгляд: о ком это она говорила?

Но та уже продолжала о Пустыннике:

— Но ты права – навыки твоего супруга, безусловно, впечатляют. А самые значимые способности он получил от богини Ночи после проведённого ритуала.

И она снова остановилась, словно подогревая её нетерпение. Или всё же не решаясь продолжить?

— Всем известно, что богиня Ночи дарует своим жрицам вечную молодость и красоту. Ты боишься поведать мне о том, что мой супруг – писанный красавец, которому я не чета? — поддразнила её Эль, стремясь сдержать своё всё нараставшее напряжение.

Из-за схожести магии ночного божества с чёрной немудрено, если сейчас вдруг окажется, что первый наделённый такой силой мужчина стал Тёмным магом. Ведь именно женская сущность жриц была призвана сдерживать тонкую грань между этими силами и никогда не давала переступить эту черту. И сдерживала. До Таира...

Не потому ли Пра не решалась продолжить? А она сама, не боялась ли услышать сейчас подтверждение этой своей внезапной догадки?

— Таир, безусловно, должен был вырасти очень красивым мужчиной – всё об этом говорило ещё тогда, когда он был ребёнком, — поддержала та игру, но в глубине её глаз Эль уже читала ответ на свой невысказанный вопрос-догадку.

И она больше не захотела ходить вокруг да около.

— Он стал Тёмным магом?.. — её вопрос прозвучал скорее как утверждение.

Эль могла бы по пальцам одной руки посчитать всех тех людей с сильными магическими источниками, кого она встречала до отбора за всю свою жизнь. И так уж получилось, что самым сильным среди этих немногих, был личный помощник князя – Иммар Чёрный. Тёмный маг. Ужасный и совершенно безжалостный. И, как оказалось, не гнушавшийся самыми страшными вещами в своём колдовстве.

Жестокость и кровожадность – первое и далеко не последнее, что приходило на ум, как только речь заходила о пособниках Тёмной стороны. Души каждого из них становились такими же чёрными, как и наполнявшая их магия. Не способными к свету и добру.

Как там сказал Западник, когда они пробирались тайным ходом из княжеского терема: вы же знаете к каким силам взывают Тёмные маги, и что эти силы требуют взамен за своё покровительство? Получается, он не только об Иммаре говорил?

Укол разочарования был мгновенным и болезненным – Эль не смогла сдержать нахлынувшие эмоции, тут же отразившиеся на её лице.

Будь у неё возможность, она бы крепко задумалась – с чего бы? Ещё несколько дней назад не было человека, которого она считала в этом мире хуже Пустынного правителя и ненавидела бы сильнее. Какая ей разница, если тот оказался ещё и Тёмным магом? Если подумать, это всего лишь совершенное завершение ненавистного образа.

Да. Но только прежнего образа.

Каких-то три дня, немного новых сведений, рассказ Пра и, что уж тут скрывать, умелое и грамотное представительство на отборе его доверенного лица – и вот уже в её мыслях он не просто Пустынник, а живой человек с именем. Таир... Теперь ещё и супруг. И это было уже нечто совсем иное, то, от чего она не могла отмахнуться с былой лёгкостью.

И краткое замешательство Пра и её стремление смягчить удар и успокоить делало внезапное открытие Эль только больнее от осознания собственной беспомощности. Словно прямо сейчас было готово разрушиться что-то и без того совсем ещё призрачное и хрупкое, как самая робкая и недоверчивая в этом мире надежда.

Краем глаза она уловила движение Западника. Он желает вступить в разговор?

Пра тем временем взяла её правую руку в свои ладони, буквально заставив Эль разжать кулак и тем самым перестать бесконечно нащупывать обручальное кольцо у себя на пальце.