Свадебный круговорот

Глава 7. Сюрпризы

Вечером у Майи меня ждали сюрпризы.

Подруги не оказалось дома, меня встречала только Красавица. В записке, оставленной на кухонном столе, аккуратно выведено: «Привет! Постелила тебе в комнате для гостей. Приду рано утром. Не теряй. Собака накормлена и выгуляна. Майя.»

Последний раз я держала в руках бумажную записку лет -цать назад, тогда бабушка, уходя на рынок спозаранку, оставляла у моей подушки обрывки клетчатых бумажек с пожеланиями доброго утра и приятного завтрака, который оставался тёплым до самого моего пробуждения потому, что был заботливо накрыт тарелкой и завёрнут в вафельное полотенце.

Промокнула глаза от навернувшихся слёз, затосковав по тем уютным ночёвкам у бабушки, которые уже никогда не повторятся.

«Где, где я буду спать? ― Перечитала записку и цокнула языком при мысли: ― Живут же люди. Своя гостевая комната, как никак».

Теперь нужно было найти эти самые гостевые «покои». Поиск комнаты привёл меня к Красавице, которая свернулась клубочком на клетчатом зелёно-красном пледе в новенькой клетке.

«Смотри-ка у тебя тут и новые игрушки, и тарелочки, и мой грязный сапожок к себе в сокровищницу утащила. Красотка в красоте. Майка похоже закупилась в какой-то ″Скорой шопинг-помощи″». ― Потрепала зевающую собаку за ухо и опустила шторки, цеплявшиеся к крыше клетки.

После чересчур насыщенного вечера делать ничего не хотелось, потому решила принять душ, переодеться и лечь спать.

Вот только уснуть мне не удалось. Ещё будучи в ванной, услышала звонкий лай Красавицы. Наскоро вытершись, прямо босиком побежала к двери, оставляя за собой мокрые следы.

― Майка. ― Дальше послышалось что-то нечленораздельное. ― Открывай! Я всё равно тебя достану, поняла, ― и опять пошла тарабарщина.

― Простите, но вы ошиблись адресом, ― ответила я из-за закрытой двери.

― Да? ― В глазок незнакомца было плохо видно: он стоял, слегка пошатываясь, капюшон скрывал лицо. ― А ты чё, не Майка?

― Нет, я рубашка, ― хихикнула, довольная своим остроумием.

― А где Майка? ― Парень поднял руку и почесал капюшон в районе макушки.

― Не знаю, наверно, в стирке. А может, в глажке. А вы кто?

― Кто? Кто? А тебе зачем? Что ко мне пристала? Кто да что. Мало ли кто я и зачем пришёл…

― Вот именно, зачем пришёл?

― Я не к тебе, а к этой… Как там… Тьфу ты, совсем запутала. Передай Майке, что так не хорошо: людей нельзя обижать.

В это время Красавица, всё это время сидевшая и слушавшая нас, склоняя голову то к одному плечу, то к другому, громко и требовательно тявкнула.

― Тише, солнышко, в туалет хочешь? ― спросила я у собаки.

― Хочу! Пустишь? ― раздалось за дверями.

― Я незнакомым мужчинам двери не открываю.

― Тоже правильно, давай познакомимся. Меня Эдик зовут, а тебя?

― А меня… ― Называть своё имя не хотелось. «Нюська?» В это время щенок потянул меня за полотенце, которое я небрежно придерживала на груди. ― Красавица, ― окрикнула собаку.

― А ты заниженной самооценкой не страдаешь, ― захохотал парень за дверями. ― Ладно, я пошканделябил, Майке привет от Эдика.

― Чего ты?? ― переспросила я.

Красавица продолжала гипнотизировать меня взглядом, что означало одно ― мне не отвертеться от незапланированной вечерней прогулки. Вздохнула и поняла, что, взяв щенка, даже не подозревала, какая это ответственность. Быстро прошла в комнату, вслух уговаривая собаку потерпеть и ничего не делать. Наспех натянула джинсы и свитер, сунула босую ногу в сапожок, выуженный из логова Красавицы. Так на одной необутой ноге доскакала до входа, где надела второй, накинула пуховик и спрятала под шапку мокрые волосы. Красавица всё это время крутилась под ногами, переминаясь с лапки на лапку и жалобно поскуливая. Подхватила собаку под брюшко и выскочила из квартиры, соображая, а взяла ли я ключ.

Февральская ночь швырнула мне в лицо горсть колючек, дыхнула ледяным выхлопом. Красавица, похоже, тоже не оценила выходку погоды. Встала на три лапы, задрав четвёртую и задрожала, жалобно поскуливая.

― Давай бегом и спать пойдём.

Собака меня поняла, сделала несколько кружков и потрусила к подъезду, так ничего и не сделав. Но войдя в тепло, присела и… «Снег тебе за пазуху». Как назло, кроме мешка для собачьего добра, у меня в кармане ничего не было. Аккуратно подцепила «подарочек», вроде собрала всё. Выскочила на улицу, выбросила в урну мешок и вернулась в подъезд. Красавицы нигде не было.

Не будешь почти в полночь кричать на весь подъезд. Побежала на этаж выше. Нет. Тогда села в лифт. Так и ехала, останавливаясь на каждом этаже, но увы. Собаки и след простыл. Снова спустилась, выскочила на улицу, обошла дом несколько раз, заглядывала под каждую стоящую на парковке машину. Как и ни бывало.

Тогда решила подняться, написать объявление и расклеить по подъездам.

Сама не помню, как поднялась на этаж, вышла из лифта, толкнула дверь. Та бесшумно отворилась. По спине холодной змейкой заструился пот. «Неужели я забыла её запереть? А вдруг воры уже обчистили».

Но подсознание надо мной прикалывалось: «Ага, воры сидели и караулили, когда же ты пойдёшь с собакой гулять. Нет, они подговорили собаку, и, как только ты вышла, бац, и уже обворовали».

Выдохнула. В самом деле, мало кто окажется случайно на шестом этаже элитного сталинского дома. Жильцы сами большинством голосов отказались от услуг консьержа и охраны. Сказали, им совсем не нужны сплетни про их частную жизнь.

Когда оказалась в коридоре, присела, чтобы перевести дух и успокоить сердце, которое от бега и волнения готово было выскочить из груди. Внезапно с кухни раздалось бряцание посуды.

― Кто здесь? ― спросила громко, но голос дрогнул. ― Не подходи, я буду драться! ― Окинула быстрым взглядом прихожую, отмечая находу, что это не Майка. Та никогда по дому не ходила в уличной обуви, а никакой другой пары я не находила.

В прихожей кроме ложки для обуви ничего из оружия не находилось. Да и она, так сказать, скорее насмешит, чем защитит. За неимением лучшего, всё-таки сжала ложку в руке и тихо-тихо, на цыпочках, пошла на кухню.