Сваха для Дракона

Глава 71.

Дорогие читатели! Я буду очень рада, если Вы подпишетесь на меня. Увеличение числа подписчиков, как ни странно, всегда мотивирует меня писать больше и чаще :)

В самом ближайшем будущем я планирую начать новый проект, не менее интересный (а может - и более, кто знает :) ). Подпишитесь, чтобы не пропустить!

Также, буду благодарна Вашим лайкам и комментариям. Они - лучшая похвала для автора, и мотиватор двигаться дальше.

Приятного чтения!

Момент, когда Кассади обернулся зверем, я не заметила - только прыжок и блеск серебристой волчьей шерсти, жесткой и грубой. Колдун не устраивал спектаклей с постепенной метаморфозой, как тогда, в горах. Он намеревался отомстить за оскорбление, разорвав девицу, что изуродовала его, на мелкие кусочки. 

Желтые бритвенно-острые клыки метили мне прямо в горло, грозясь вот-вот вонзиться в плоть, разбрызгивая вокруг алую кровь. Я представила это так явно, что практически ощутила щекочущую боль, пронзающую меня насквозь, от пяток до макушки. И в последний момент я зажмурилась, отсчитывая про себя короткие секунды до гибели - они тянулись мучительно долго. Выдержать взгляд горящих желтых глаз было невыносимо. 

Зубы лязгнули у самого уха, а вслед за скрежетом раздался хруст рвущейся ткани и тошнотворный звук раздираемой плоти. Плечо обожгло болью, и она была куда реальнее, чем воображаемые страдания. Рукав мгновенно напитался кровью, отяжелел, а по запястью вниз покатились крупные и теплые капли.

Я терпеливо ждала, когда Кассади дотянется и до горла, и мне чудилось, что время тянется с невыносимой медлительностью, как будто кто-то извне желал продлить момент моей гибели до бесконечности. Но следующее, что я услышала, был дикий визг, и клыки, сомкнувшиеся на моем плече, разжались.

 И только тогда я открыла глаза, не понимая, почему ослабла железная хватка Кассади. Рана горела огнем, и я чувствовала, как на языке оседает соленый запах крови. Моей крови. 

Лоркан держал за шиворот волка, и пальцы его, объятые пламенем, все глубже зарывались в густую шерсть оборотня. Тот извивался, клацал челюстями, но не мог вырваться из обжигающих объятий Девятого Дракона. Его шкура трещала под натиском пламени, которое с жадностью перекинулся на спину и мощные лапы, едва довелась такая возможность.  В воздухе повис тошнотворный запах паленой шерсти, и от отчаянного воя Кассади закладывало уши. Мышцы и кости с хрустом перестраивались, пытаясь вернуть хозяину человеческую форму, но что-то пошло не так. Обгоревшая волчья шкура не позволяла Кассади перекинуться обратно и спастись от смертоносного пламени, какие бы кульбиты исполнял. Все было бесполезно. 

В последний момент он рванулся в сторону, надеясь на помощь Вейлин, но та, наблюдая бой со стороны, даже не попыталась вмешаться. С холодным любопытством она разглядывала, как Лоркан отшвыривает от себя обугленную тушу оборотня к ее ногам. 

Мне стало страшно: на лице Лоркана сверкала чешуя, огненно-алая, а черты преобразились в жестокую маску. Он выглядел иначе, и когда открыл рот, чтобы обратиться к Вейлин, в голосе звучал драконий рык. От такого любому было бы не по себе.

- Ты выбрала свою роль, Вейлин, теперь некого винить,  - голос Лоркана гремел набатом и эхом разносился по коридорам дворца. Если Эрооло не знал, что его внучатый племянник воскрес из мертвых, теперь-то он уже был в курсе. Наш план незаметно пробраться во дворец пошел прахом. 

Но думать об этом было невыносимо, боль вытеснила из головы все мысли, тело наполнилось слабостью - вязкой и тягучей, как деготь. Кровь уже не текла, а медленно сочилась из раны, и Марна протянула руку, касаясь раны пальцами. Не знаю, что именно она хотела сделать, но рваные края раны сомкнулись, покрываясь толстой коркой, которая исходила мерзкой на вид сукровицей.

- Жить будешь, - невесело усмехнулась Марна, кидая на Лоркана и Вейлин взгляд, полный опасения. Она заслоняла вход во дворец и никуда не собиралась скрываться. На брата Вейлин смотрела холодно, с видимым пренебрежением, как на насекомое, что появилось перед ее глазами в не самое лучшее время. И в этой новой “Вейлин” не было ничего от немощной, полубольной княжны, какой она прикидывалась ранее. Видимо, эта же мысль пришла в голову Лоркану. Запрокинув голову, он смерил сестру взглядом, в котором перемешалось столько разных чувств: боль от предательства, недоверие и злость. Я почти физически ощущала, как его сердце разбивается, снова и снова, и не могла спасти его от этих мук. 

- Я думал, ты больна. Оберегал тебя, Одхан и лекари составляли тебе бесчисленное количество препаратов, чтобы ты чувствовала себя лучше!

Вейлин в ответ лишь усмехнулась, словно разговаривала с неразумным ребенком:

- Да ты, дорогой братец, слепой на оба глаза. Перед твоим носом происходили такие события, что не заметить мог только глупец. Мое сумасшествие полнейшая фикция, чтобы отвести подозрения от себя и Одхана. Любопытные могли начать задавать вопросы, почему я так много времени провожу в его подземельях, и болезнь стала прекрасным алиби. 

Лоркан с силой стиснул зубы, не выдавая своей ярости. Трудно сохранять спокойствие, когда, наконец, картонные декорации рухнули, обнажая свое нелицеприятное закулисье. Когда выясняется, что все, чем ты жил и во что верил, ложь от буквы “а” до буквы “я”. 

- Я бы спросил, чем вы занимались с Одханом, если не искали лекарство от твоей вымышленной болезни, но полагаю, что это не так важно.

Княжна расхохоталась, искренне и громко. Слова брата ее забавляли, как будто она находила весьма забавным тот факт, что находясь в трех шагах от своей гибели, он смеет задавать вопросы.

- Отчего же? Очень важно. Слышал ли ты, что сапфировые драконы имеют некоторые проблемы в продолжении рода? Одхан имел на этот вопрос очень оригинальную точку зрения, и с помощью магии пытался вывести новый вид сапфировых драконов, которые могли бы быть в несколько раз сильнее всех драконьих разновидностей. К сожалению, не все эксперименты заканчивались успехом.