Сваха для Дракона

Глава 15

Утро перед площадью было похоже на подготовку к битве. Не к празднику, не к торжественной церемонии. К битве. В моих покоях (уже не в каморке, а в просторных комнатах, смежных с покоями Дракса, куда я переехала по его настоянию) суетились незнакомые служанки. Их лица были напряжёнными, а взгляды — осторожными, как у людей, которых поставили обслуживать опасный, непредсказуемый артефакт. Они принесли платье.

Не то синее, скромное. Не серое платье служанки. Это было творение из тяжёлого шелка цвета тёмного золота и серебра. Платье, достойное… нет, не принцессы. Достойное той, кто стоит рядом с драконом. Оно было простого, но безупречного покроя, без излишних рюшей, но с вышивкой тончайшими металлическими нитями по подолу и рукавам — узором, напоминающим чешую. На мою шею надели тонкую цепь с кулоном — не драгоценный камень, а маленький, отполированный до блеска обсидиановый щиток, в центре которого мерцала впаянная капля золота. Его герб. Его знак.

Я смотрела на своё отражение в высоком зеркале и не узнавала себя. Это была не Лира-сваха. Это была… леди. Чужая, холодная, закованная в роскошь, как в доспехи. Страх сковал горло. Я не для этого создана. Я для уютных кабинетов, для тихих разговоров, для наблюдения за нитями в полумраке таверн.

В дверь вошёл он. Дракс. Он был облачён в парадные одежды из чёрной кожи и тёмного бархата, на плечи накинут плащ, отороченный чем-то, похожим на пепельно-серебристый мех. Его волосы были убраны назад, лицо — маска спокойной, непроницаемой власти. Но когда он увидел меня, его глаза на мгновение смягчились, в них промелькнуло что-то вроде восхищения и боли.

— Ты прекрасна, — сказал он просто.

— Я боюсь, — ответила я честно, не в силах врать. — Я не знаю, как это делать. Как стоять там, перед всеми.

— Ты не должна ничего делать, — он подошёл и взял мои руки. Его пальцы были тёплыми и твёрдыми. — Просто будь со мной. Стой рядом. Смотри прямо. И помни — за моей спиной не только Совет. За мной — столетия. Сила, которая построила эти стены. Сегодня мы не просим одобрения. Мы заявляем. И весь город будет свидетелем.

Его уверенность была заразительной, но не до конца. Я видела его ауру — мощную, сияющую готовым к бою золотом, но пронизанную стальными нитями предельной концентрации. Он тоже был на взводе. Он просто лучше умел это скрывать.

Мы вышли не через главные ворота Академии. Нас вывели через потайной ход в сад и посадили в простую, но прочную карету с затемнёнными стёклами, запряжённую парой гронтов. Наш кортеж был небольшим: впереди и сзади по два всадника в ненавязчивой, но качественной броне — его личная охрана, «когти», как он их называл.

Путь к центральной площади пролегал по узким улочкам. Сквозь щель в занавеске я видела лица людей. Одни смотрели с тупым любопытством, другие отворачивались, третьи — шептались, указывая пальцами. Слухи уже сделали своё дело. Я была для них ведьмой, авантюристкой, похитившей разум их повелителя. Сегодня они увидят меня вблизи. Что они увидят?

Площадь Аэринделя, Площадь Ясного Неба, была полна народа. Не потому, что народ ждал нас — город жил своей жизнью. Но когда наша карета, сопровождаемая всадниками, выкатилась на брусчатку и остановилась у подножия статуи основателя города, пространство вокруг начало затихать. Люди замечали герб на дверце, узнавали стражу. Шёпот, как ветер перед грозой, пронёсся по толпе.

Дверца открылась. Первым вышел Дракс. На солнце его фигура в чёрном и серебре казалась ещё более монументальной, нечеловеческой. На площади воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь рёвом какой-то повозки вдали. Все взгляды были прикованы к нему. И к той, кто должна была выйти следом.

Я сделала глубокий вдох, собрала в кулак всю свою волю и ступила на подножку. Его рука тут же оказалась под моей, сильная и непоколебимая. Он помог мне выйти.

Тишина сменилась гулом. Тысячи глаз упёрлись в меня. Я чувствовала их на себе, как физическое давление: любопытные, враждебные, насмешливые, испуганные. Моё золото-серебряное платье вдруг показалось мне дурацким маскарадом. Я хотела провалиться сквозь землю.

И тогда он заговорил. Не крикнул. Его голос, низкий и невероятно далеко несущийся, просто перекрыл гул, заполнил собой всю площадь. В нём не было просьбы о внимании. Была констатация факта: его будут слушать.

— Жители Аэринделя!

Тишина стала абсолютной. Даже торговцы замерли.

— Вы знаете меня как ректора. Как хранителя Академии и её традиций. Сегодня я стою перед вами не только как ректор. Я стою перед вами как человек, исполнивший древний долг моего рода.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Пророчество драконов-хранителей гласит: последний в роду должен обрести Истинную Пару, чья душа будет резонировать с его собственной. Без этого — род угаснет, и магия, что хранит стены нашего города, ослабнет. Я искал. Я смотрел туда, куда указывали обычай и политика. И не нашёл. Потому что Истинная Пара — она не в титулах и не в генеалогических древах. Она — в сердце. В свете, который нельзя подделать.

Он повернулся ко мне, и его взгляд, полный такой абсолютной, не скрываемой более уверенности, стал моим якорем.

— Я представляю вам её. Лиру Селвин. Мою Истинную Пару. Ту, чей дар — видеть истинную суть связей между людьми. Ту, чья душа отозвалась на зов моей, когда все остальные оставались глухи. С ней — будущее моего рода. А значит, и будущее Академии, и будущее нашей с вами безопасности.

Он говорил просто, без пафоса, но каждое слово било точно в цель. Он брал грязные слухи («ведьма», «чары») и переворачивал их с ног на голову, представляя как «дар», как благословение, как часть древнего пророчества. Это был гениальный ход.

Но толпа не была однородной. Среди замерших в изумлении лиц были и другие. Внезапно из толпы, из-за спины торговца пряностями, раздался выкрик, злой и насмешливый:

— И сколько он заплатил тебе за эту сказку, «сваха»?! Или это твоя магия на него подействовала?!