Сваха выходит замуж

Глава 3. Мадам

Просыпалась я тяжело, как после долгой болезни. Голова, казалось, была отлита из чугуна. Медленно открыв глаза, я не увидела ничего, кроме опущенного вокруг кровати балдахина. Тут же сморщилась: терпеть не могу тряпки в спальне. Выглядят эффектно, никто не спорит, но пылищи в них – тьма. Поэтому «поваляться в своё удовольствие» отменилось сразу – я поползла из кровати. Отодвинув тяжёлые ткани, свесила босые ноги и угрюмо огляделась по сторонам.

Небольшая и по-своему уютная комната. Камин с не по-старинному изящным порталом, креслица и столик, какие-то совсем небольшие картины по стенам. А ещё в комнате были огромные окна, в переплёты которых там и тут были вставлены яркие витражи. Всё такое маленькое, аккуратное, почти кукольное. А я за год, пока Кьярваль был моим клиентом, уже успела вообразить, что он живёт в готическом замке, устланном шкурами, обвешанном гобеленами, но в целом – холодном и промозглом. Оказалось, что нет. Хотя, может быть, это только комната потенциальной жены такая. Остальные девушки жаловались мне и на каменные ледяные коридоры, и на летучих мышей под высоченными потолками… Короче, пора самой разобраться, кто лукавит: мой дорогой (нет) жених или девчонки, в панике бежавшие от него.

Спрыгнув на пол с высокой кровати, я направилась к шкафу. Туда же должны были поставить обувь, которую с меня сняли, да? Проходя мимо высокого напольного зеркала, я мельком глянула на себя и замерла. Вот так номер! Яркое винтажное платье, которое я всегда надевала на работе, исчезло. Вместо него на мне было что-то батистовое, лёгкое, летящее, обшитое многочисленными кружевами и оборками. Я тут же скользнула рукой по бедру, проверяя, на мне ли бельё. Может быть, Кьярваль воспользовался ситуацией и провёл консумацию брака без моего ведома?! Нет, трусики на месте. Ладно. Но кто-то меня переодел? Не мороки же, в самом деле, у них нет такой опции – раздевать своих жертв.

Стоя перед зеркалом, поворачиваясь то так, то эдак, чтобы себя рассмотреть, увидела, что и волосы заплетены по-другому. Тоже в косы, но совсем иначе. Мои искусственные венки кто-то повытаскивал… Может быть, у Кьярваля всё-таки есть какая-то прислуга? Хотя я давно такого в Правом мире не слышала. Или, может, ко мне за услугами невероятно богатые семьи не обращаются?.. В любом случае, нужно было разобраться сначала в том, что здесь происходит, а потом – как вернуться обратно. Становиться женой в мои планы совершенно не входило. Тем более, в Правом мире. Тем более, Кьярваля. Имя ещё это… хоть язык сломай. Надо подумать, как его называть, чтобы было удобнее.

Обувь действительно нашлась в шкафу. Только не моя, но размер в размер. Выбрав самые неброские тёмно-зелёные туфли с бантами, я начала перебирать вешалки, чтобы подобрать к ним платье. А потом задумалась. Вот выйду я сейчас из спальни – такая модная, стильная. Причёсанная и умытая. И Кьярваль утвердится в мнении, что сделал правильный выбор. А мне это совершенно не нужно. Поэтому я принялась быстро вытаскивать из волос белые ленты и пальцами расчёсывать пряди, устраивая на голове подобие нечёсаной львиной гривы. Ночную белую рубашку решила не менять. Туфли надела – не студить же себе ноги. Так вот сомнительно прихорошившись, гордая и смелая, я распахнула дверь в коридор.

Вопреки моим ожиданиям, он совсем не соответствовал замку. Скорее большому дому. Оглядевшись и прислушавшись, я различила звуки где-то слева. И решительно зашагала туда. Почему-то я была уверена, что увижу именно Кьярваля. Но, когда завернула за угол, в просторную гостиную, налетела совсем не на него. На золотоволосую девушку, юную и очень миловидную. Одетая в тёмное платье, какие раньше носили гувернантки, она округлила ротик в так и не произнесённом: «О-о-о». Оглядела меня с головы до ног. И неожиданно опустила глаза, словно бы смотреть на меня вообще не полагалось. Я не смутилась, но немного расстроилась. Не хотелось тратить весь яростный запал на это славное существо.

– Мадам, – нежно, всё ещё не поднимая глаз, прошептала девушка.

– Мадемуазель, если уж на то пошло, – сухо поправила я. – Вы кто?

– Горничная, мадам, – она проигнорировала мои слова. Но я не сердилась, догадывалась, кто тому причиной. Наверняка Кьярваль, чтоб его черти взяли, велел всем, кто есть в доме, звать меня так. – Я не знала, что вы проснулись. Иначе я была бы уже в вашей комнате, чтобы помочь вам одеться и причесаться. Простите мою нерасторопность, мадам.

– Оставь, всё нормально, – я отмахнулась. – Как видишь, сама и оделась, и причесалась.

– Но… – на хорошеньком румяном личике отразилось недоумение. – Простите, мадам, я никогда не была в Левом мире. Там принято ходить в ночной сорочке?..

Не объяснять же ей, что это – мой знак протеста? Я вдруг почувствовала, как вся моя злость на Кьярваля исчезает. Накатывает усталость от ещё не прошедшего воздействия мороков. От нервов, которые мне накрутил мой внезапный и совершенно нежелательный гипотетический муж. И всё это – потому что я наткнулась на ясноокое чудо, рассматривающее меня со странной смесью удивления и восхищения. Я вдруг поняла, что она мне всё уже простила: и нелепый вид, и суровый взгляд. Почему только – совершенно непонятно.

– Как зовут? – спросила я, теряя кураж. Оглядела гостиную, ища, куда бы присесть. Обойдя девушку, опустилась в кресло, спиной к дверям в сад, и взглянула на неё.

– Амалия, мадам. Но хозяин всегда называет просто Ама, так быстрее, – она улыбнулась.

Я с удивлением наблюдала, что, кажется, и хамство Кьярвалю эта славная девушка тоже готова прощать до потери пульса. А может, она настолько добра, что и вовсе не замечает ничего подобного? Кстати, муженьку тоже не мешало бы придумать имя покороче. Я не удержалась и криво ухмыльнулась, предвкушая, как при встрече начну звать его «Кьяри». Или «Валя»? Может быть, оставить просто «Яр»? То, что выламываться, произнося его проклятое имя, я не буду, это совершенно точно.

– Ама, значит. Хорошо. А меня зовут Анна, можешь называть так…